Бомжи в германии


В тепле и добре. Репортаж о жизни бездомных в Германии

Расширение Евросоюза повлекло за собой приток в Германию бродяг — «аусзидлеров» и «евробюргеров».

Жить им здесь на государственном попечении гораздо выгоднее, чем работать на родине, пишет Вероника Мелкозерова в №15 журнала Корреспондент от 17 апреля 2015 года.

Утром в маленький уютный переулок Бонна со всех окрестностей сходится разношёрстная публика разных рода занятий и национальностей. Уставшие проститутки, всё ещё в боевой раскраске, которые целуются в щечку с коллегами по цеху. Уличные попрошайки с собаками. Алкоголики, сжимающие бутылки пива для опохмела. Наркоманы, беспокойно глядящие на часы.

Все ждут открытия столовой в центрепомощи бездомным и зависимым людям VFG. Здесь они получат завтрак за символическую плату в 70 центов и бесплатный хлеб. Рядом в офисе для бродяг-аусзидлеров (иностранцев с немецкими корнями) соцработник Татьяна Бротцман готовится принимать новых подопечных.

Среди тех, кто переехал в Германию из неблагополучных стран и тут же отдался на милость социальных служб, достаточно много эмигрантов с Ближнего Востока и стран бывшего СССР

С последним расширением Евросоюза в 2004 году в Германию хлынул поток иностранцев. Найти здесь работу и жильё непросто, и многие превращаются в бродяг. Среди них немало аусзидлеров — им проще остальных получить гражданские права в Германии, хотя далеко не все они могут говорить по-немецки и найти себе легальное занятие в стране. Среди тех, кто переехал в Германию из неблагополучных стран и тут же отдался на милость социальных служб, достаточно много эмигрантов с Ближнего Востока и стран бывшего СССР.

«Наши алкоголики старой генерации и их дети, тут уже пристрастившиеся к наркомании, как правило, плохо знают язык, — рассказывает Бротцман, которая сама в начале 90-х перебралась в Германию из Санкт-Петербурга как аусзидлер. — Плюс есть такое понятие как менталитет».

Фото Вероники Мелкозеровой

В кафе VFG завтрак стоит всего 70 центов, а хлеб можно взять бесплатно 

Вторая большая группа в среде немецких бомжей — «евробюргеры», то есть жители стран Евросоюза, перебравшиеся в Германию, чтобы жить здесь на пособия. В основном это румыны и болгары.

Многие клиенты VFGв прошлом отсидели в тюрьмах, плотно сидят на наркотиках и алкоголе. Попрошайничать в стране экономического чуда для них гораздо выгоднее, чем работать в родных странах, говорит Бротцман.

В 2013 году в Германии насчитывалось более 300 тыс. граждан без определённого места жительства, и за последние два года их число выросло в несколько раз

По словам  Сюзанны Пол, пресс-офицера немецкого филиала Красного креста, в Германии нет официальной статистики количества асоциального контингента. Поэтому она опирается на данные Федеральной ассоциации по правам бездомных Германии (BAGW), согласно которым в 2013 году в стране насчитывалось более 300 тыс. граждан без определённого места жительства, и за последние два года их число выросло в несколько раз.

Бундестаг до сих пор всех принимал с распростёртыми объятьями, объясняет Бротцман. «Предполагается, что каждый приезжий тут устроится на работу, где будет не только зарабатывать, но и приносить пользу Германии, и жильё сам себе оплатит, — объясняет мотивы правительства Бротцман и тут же задумчиво добавляет, — Но едут не только трудоспособные, а и инвалиды, наркоманы и просто нахлебники».

Собачья жизнь

Один из клиентов VFG Александр Запельфельд, коренастый бритоголовый мужчина 35 лет — бывший заключённый, два с половиной года отсидевший в немецкой тюрьме за хранение наркотиков. В 1995-м он эмигрировал в Германию из России в 12-летнем возрасте вместе с родителями, у которых немецкие корни.

«Сначала всё было хорошо, женился, дети пошли. Два раза был женат, — рассказывает Запельфельд. — Потом что-то вроде соскочило [пристрастился к наркотикам]. Начал с анаши, потом одно надоело, другое надо было попробовать».

В итоге плотно подсевший на героин иммигрант так и не смог получить в Германии ни высшего, ни даже среднего образования, а потом и вовсе попал в тюрьму за хранение наркотиков.

«Освободившись, не хотел возвращаться в старые группы, хотел жизнь свою поменять. Приехал сюда, в Бонн. Вообще без ничего, — вспоминает Запельфельд. — А в тюрьме знакомые пацаны, которые тут жили, дали мне адрес этого заведения. Сказали, что можно приехать сюда, тут помогут».

Бродяга не прогадал — он получил от государства социальное пособие для малоимущих в размере 260 евро в месяц, а недавно и квартиру в Бонне.

Превратиться из бомжа в обычного бюргера с крышей над головой здесь имеет шанс любой аусзидлер, проживший в стране пять лет. По закону, ему полагается бесплатная государственная жилплощадь размером 50 кв. м

Превратиться из бомжа в обычного бюргера с крышей над головой здесь имеет шанс любой аусзидлер, проживший в стране пять лет. По закону, ему полагается бесплатная государственная жилплощадь размером 50 кв. м.

«Расскажи, как мы о тебе позаботились! Убивать ему не надо, грабить не надо», — по-матерински хлопая по плечу бывшего зека, присоединяется к разговору Корреспондента с Запельфельдом Бротцман.

Фото Вероники Мелкозеровой

Бывшая россиянка Татьяна Бротцман (слева) уже несколько лет работает в центре помощи бездомным в Бонне 

«Ну, убивать ещё не приходилось», — многозначительно парирует Запельфельд и, хотя говорит, что на оплату коммунальных услуг и еду пособия ему вполне хватает, признаётся, что не брезгует мелким воровством.

«А сколько у кого найду денег в сумке или кошельке, столько и заработаю», — ухмыляется он, когда остается один на один с Корреспондентом.

В целом клиенты VFGне бедствуют. Пятница здесь — день раздачи продуктовых талонов, которые предоставляет центру один из его спонсоров — католическая церковь.

«По ним, при наличии удостоверения личности, можно скупиться в местном супермаркете Nettoна 6 евро [на эту сумму можно скромно питаться три дня]. Купить можно всё, кроме сигарет и алкоголя», — объясняет Бротцман.

В кафе центра заканчивается завтрак, и бомжи чинно попивают кофе. К ним традиционно выходит перекинуться словцом заведующий столовой Майк Хайнц. Бывший алкоголик, он устроился в центр, чтобы помогать выйти из кризиса таким же, каким он был ещё недавно.

«Мы существуем не только за счёт государства, а и за счёт финансовой помощи спонсоров. Любой желающий может нам перечислить деньги на карточку», — рассказывает Майк, демонстрируя богатые склады пищевого блока, уставленные коробками с кофе, кондитерскими изделиями, крупами и питьевой водой.

Различные городские службы также поддерживают VFG вещами. Например, полиция присылает тёплую одежду и спальные мешки для тех, кто предпочитает жить под открытым небом.  Наркоманы в центре могут под наблюдением медперсонала получить чистый шприц и уколоться принесённым с собой наркотиком, а в специальном боксе – покурить марихуану. У входа в него с утра собирается очередь из желающих уйти в легальный «трип».

«Покупают они, как правило, кокаин или героин. Это все у нас можно найти в месте, которое называется Бонн Хёльш (Боннская дырка). Возле подземного перехода на центральном автовокзале», — рассказывает Бротцман.

Согласно законам Германии, преступлением здесь является не употребление наркотиков, а распространение, и арестовать продавца могут лишь, если поймают за руку в момент продажи, что с ловкими дилерами из перехода сделать практически невозможно. Тем же, кто принял решение слезть с наркотиков, центр предлагает заместительную терапию с использованием метадона.

Ещё одна преференция для бездомных, которые живут в ночлежках VFG, — возможность держать собак. Собака для немецкого бродяги — не только друг, но и источник заработка

Ещё одна преференция для бездомных, которые живут в ночлежках VFG, — возможность держать собак. Собака для немецкого бродяги — не только друг, но и источник заработка. Тем, кто попрошайничает «на корм собачке» больше подают на улицах. А если содержать четвероногого питомца сытым и чистым, то от организаций по защите животных можно получить пособие на них в 200 евро в месяц.

Двое немцев у пищеблока центра пытаются разнять двух сцепившихся псов, что-то не поделивших между собой. «Славяне редко заводят себе собак, — комментирует эту сценку Бротцман. — Домашних любимцев тут в основном немцы себе из приютов берут. Наши ребята не хотят дополнительной ответственности».

Плата за страх

Центр VFG — последняя инстанция для тех, кому, выражаясь языком Достоевского, некуда уже больше идти, кто достиг социального дна. Наиболее распространённые предпосылки, которые ведут к потере крыши над головой в Германии — асоциальный образ жизни и безработица.

Значительным толчком к росту числа бездомных в этой стране стал разразившийся в 2011 году европейский долговой кризис, когда зарплаты в Германии снизились на 20 %, а стоимость аренды жилья стремительно выросла, достигнув 700-800 евро в месяц за двухкомнатную квартиру.

После 2011-го изменился и собирательный портрет немецкого бездомного — он стал более интеллигентным и опрятным за счёт пополнения контингента средним классом. Немецкие бомжи и в целом выглядят гораздо более ухоженно, чем украинские. Благодаря созданным для них условиям, они тщательно следят за собой, имеют возможность бесплатно принять душ в VFGили за символическую плату — на вокзале.

Один из клиентов центра 65-летний уроженец Коломыи Степан Мороз, одетый в добротную куртку, отглаженные брюки и обутый в начищенные туфли, волне соответствует стандарту европейского бомжа. Вот уже четыре с половиной года он живёт в ночлежке для наркоманов Себастьян Хаус, однако не является ни наркоманом, ни алкоголиком, ни бывшим зеком.

В Германию украинец впервые отправился в 1990-е, как и многие его земляки, на заработки разнорабочим — чтобы обеспечить семью с четырьмя детьми. Однако со временем остался здесь навсегда, разведясь с украинской супругой и женившись на немке. С Маргаретой Мороз прожил 11 лет, при этом не забывая о детях от предыдущего брака, которые приезжали к ним в гости, а потом и на заработки.

После развода с Маргаретой украинец буквально оказался на улице Берлина, и вместо того, чтобы продлить уже имеющийся у него вид на жительство, Мороз предпочёл купить у случайного приятеля фальшивую гринкарту. Не дожидаясь проблем с полицией, он сам явился в VFGи попросил помощи.

«Мы помогли ему не только остаться [в Германии], а также оформить пособие и стать в очередь на квартиру. Но ему не нравится та квартира, которую я ему нашла через интернет. Ему надо 50 квадратных метров, а я могу предложить только 30», — жалуется Бротцман на своего подопечного.

Поэтому принципиальный бомж Мороз до сих пор кантуется в ночлежке — бок о бок с наркоманами, что накладывает на него определённый отпечаток.

Фото Вероники Мелкозеровой

Уроженец Коломыи Степан Мороз ждет большую квартиру от государства и не соглашается на более скромные варианты 

«Постоянно слезятся глаза от того, что курят и употребляют мои соседи», — сетует он. Не смотря на такую жизнь, на родину украинец возвращаться не хочет. Говорит, что будет добиваться положенные ему 50 квадратов до последнего.

При этом скромное пособие бездомного его вполне устраивает. Он даже ухитряется посылать с него помощь детям в Украине. Например, отправил 150 евро на форму и бронежилет для старшего сына Ивана, воевавшего добровольцем в АТО.

За десять лет работы в центре Бротцман сталкивалась с множеством таких историй. В самом тяжёлом положении, по её мнению, находятся евробюргеры, у которых в Германии нет никаких прав. Тем не менее, если они попадают по скорой помощи в больницу, то государство обязано оплатить их лечение, а при отсутствии немецкой страховки это стоит больших денег — неделя пребывания в стационаре обойдется в среднем 5 тыс. евро в неделю. Поэтому VFG добивается от стран, откуда прибыли евробюргеры, чтобы те сами страховали или оплачивали лечение своих граждан в Германии.

«Вчера я весь день занималась оформлением EKA — банковской карты медстраховки для одного нашего австрияка», — рассказывает Бротцман.

Центр также помогает бездомным с поиском работы, ведь евробюргеры не имеют возможности официально трудоустроиться без вида на жительство. К примеру, при VFGдействует программа Работа за 1 евро, когда бомжи могут прийти в центр и помочь с мелким ремонтом и уборкой за это скромное жалование в день.

Фото Вероники Мелкозеровой

Боннские бомжи выполняют мелкие работы на территории центра за 1 евро в день 

Жизнь и проблемы бездомных, мигрантов и беженцев в Бонне и Дюссельдорфе освещает еженедельная газета FiftyFifty. Подобная пресса есть и в других регионах страны. Распространением изданий занимаются только бродяги. Боннская газета принадлежит профосоюзу FiftyFifty Bayrat и является единственным легальным источником дохода для бездомных, который не облагается налогами.

«Вот он [бездомный] у нас покупает газету за 90 центов, то есть оплачивает себестоимость, а продает он её за 1,5 евро или еще дороже», — рассказывает Бротцман.

Немецкие налогоплательщики, по её словам, вполне разделяют заботу государства о бездомных за их счет, а налоги в Германии составляют сегодня в среднем 50 % от дохода немцев. Они считают, что поддержка бродяг — это залог безопасного существования всех остальных граждан страны.

«В Германии один из самых низких уровней преступности в Западной Европе, — объясняет Бротцман. — Мы можем спокойно ходить по улицам даже ночью, не боясь, что нам дадут по голове, потому что мы именно вот таким вот образом откупаемся от тех, кто ради наживы мог бы отобрать у нас жизнь».

***

Этот материал опубликован в №15 журнала Корреспондент от 17 апреля 2015 года. Перепечатка публикаций журнала Корреспондент в полном объеме запрещена. С правилами использования материалов журнала Корреспондент, опубликованных на сайте Корреспондент.net, можно ознакомиться здесь.

korrespondent.net

Бомжи и нищие в Германии

Премодерируемое участие
1310 участников
Администратор London

Активные участники:

Последние откомментированные темы:

20171014004714

Реклама

Одно утешает: им подают в Евро...

 

 

 

'; TmplReply = TmplReply + '

{T.content}

'; TmplReply = TmplReply + ''; TmplReply = TmplReply + ''; TmplReply = TmplReply + ''; var CommentApiErrorHash = { 'error/api/request/field/comment_body/required':'Нет текста комментария', 'error/api/request/field/topic_id/required':'Не заполнено поле топик', 'error/db/internal':'Внутренняя ошибка', 'error/group/group/banned':'Группа заблокирована', 'error/group/noright':'Нет прав для написания комментариев', 'error/group/topic/banned':'Тема заблокирована', 'error/group/topic/notexists':'Тема не существует', 'error/member/locked':'Пользователь заблокирован', 'error/member/notexists':'Пользователь не существует', 'error/group/comment/wrongparent':'Ответ на несуществующий комментарий', 'error/group/comment/notexists':'Ответ на несуществующий комментарий', 'error/group/topic/onmoderation':'Тема на модерации', 'error/undefined':'Неизвестный код ошибки', }; Для того чтобы писать комментарии, необходимо вступить в группу

вот пусть петрович им про роддом и уборку мусора расскажет

та не может быть!!!

год назад уже обсосали тему нищих в Германии 

Есть ли в Германии нищие?

Написал Xoзяин  28.04.2014 http://subscribe.ru/group/svobodnyij-mikrofon/6558011/

Что-то Виктор Петрович язык в ж.... засунул - молчит- не оправдывается (((

 Я давно писал. что в крупных городах Германии я лично встречал нищих на вокзалах особенно часто и возле церквей.Почему я должен спорить,я не понимаю? Есть и немцы,есть и румыны среди них.Я писал о том,как содержаться и где живут так называемые "обдахлос".Дословно без крыши,по русски бомжи.Вероятно это просто пропускали все мимо глаз.И тему я размещал о том,как один человек,которого выселяли за неуплату квартплаты принёс домой три канистры бензина и поджёг себя.Вы этого не помните? Так это Ваши проблемы. Но от того,что в Германии есть нищие туалеты и родильные дома хуже не становятся.Одно с другим никак не связано.Это Аграфена утверждала,что в Москве нищих нет и она лично ни одного не видела.

Если кто-нибудь вспомнит,так я писал о собаках.Почти у каждого,кто живёт в специальном доме для нищих алкоголиков и наркоманов есть собака,на собаку дают наличные деньги,на которые можно купить алкоголь. и подают больше ,если человек с собакой просит.Так что ничего нового Агрофена не написала.Фото подтверждают только мои слова.

subscribe.ru

Немецкий бомж - самый гордый в мире? | Русский Базар

Факты. События. Комментарии

В официальных документах и прессе бездомных в Германии именуют Odbachlosen (букв. перев.- без крыши над головой), в обиходе же насмешливо называют «братьями вермута» (Wermutbrьder - за пристрастие к этому напитку) или пеннерами (Penner – презрит.синоним бродяги). Точное их количество официальной статистике неизвестно - имеются лишь оценочные данные, да и те исходят не из государственных ведомств, а из благотворительных организаций. По оценке самой, пожалуй, из них сведущей в этом вопросе - Федерального союза помощи бездомным, - в Германии по состоянию на февраль 2006 года число людей, не имеющих жилья (Wohnungslosen, букв. перев. - без квартиры), составляло 345 тысяч человек, из них минимум десятая часть постоянно живет на улице, составляя ту самую категорию Obdachlosen, которую немцы и называют пеннерами. «Бесквартирники» отличаются от пеннеров тем, что хоть какую-то собственную крышу над головой имеют – например, жилой автомобильный модуль или машину. Так, по сведениям ганноверскогого отделения благотворительной организации Евангелической церкви Германии Diakonische Werk, только в Ганновере людей, живущих в машинах, от 250 до 300 человек. И это еще не самый низ социальной лестницы. По сравнению с теми, кто спит на улицах, у них преимущество: машина по крайней мере предполагает защиту от дождя и нападений. Жизнь под откосУ 76-летних Хайнца-Иоахима С. и его жены Лилли прежде были роскошная квартира в престижном районе Ганновера и налаженный бизнес - модный бутик в самом центре города. И всё пошло прахом. Когда много лет назад скончалась мать Лилли и она с братом унаследовали дом в Брауншвайге, объявились дальние родственники, ставшие претендовать на часть наследства. Поскольку мирно договориться не удалось, спор пришлось продолжить в суде. Но высокие ставки госпошлин и оплата услуг адвокатов вначале съели все имевшиеся накопления, затем потребовали подпитки из текущей выручки бутика, а потом был продан и сам бутик. Из роскошной квартиры пришлось переехать в менее престижную, а из нее – уж совсем в скромную. В итоге судебный процесс не без «помощи» братца, принявшего сторону родни, был вчистую проигран, все средства иссякли, а чета С. оказалась полностью на мели. На скудное пропитание денег еще хватало – за гроши продавали на «блошиных рынках» что-то из домашней утвари, Лилли подрабатывала мелким ремонтом одежды. Но осенью 2005 года за неуплату отключили электричество и отопление, а после того, как они задолжали за аренду квартиры за 3 месяца, домовладелец прислал уведомление о выселении. И тогда Хайнц-Иоахим и Лилли, заперев входную дверь и опустив ключи в почтовый ящик, ушли на улицу. У них оставалось последнее пристанище - на бесплатной парковке неподалеку от покинутого дома стоял их старенький Mercedes-190. Ездить на нем было нельзя – из-за безденежья оплатить ежегодную пошлину супруги были не в состоянии, но от дождей машина спасала. В ней они и жили весь март нынешнего года до того дня, когда Лилли, приспустив стекло в боковой двери, подозвала проходившую мимо женщину и попросила ее вызвать сюда врача, так как Хайнцу стало плохо, а самостоятельно они добраться были не в силах. Женщина тут же созвонилась с полицией и службой спасения. И стариков доставили в больницу. Теперь они живут в доме для престарелых евангелической миссии Diakonische Werk. Но как же могло получиться, что в сегодняшней Германии - стране чуть ли не с наивысшей в Европе степенью социальной защиты своего населения - два старика оказались в полном смысле этого слова на улице? Задав этот вопрос социальному педагогу ганноверской Диаконии Карлу Ширмейеру, я получил от него следующий ответ: «Они никуда не обращались за помощью. Для них принять помощь со стороны – значит обречь себя на позор. И это не единичный случай. Наличие такой внутренней установки встречается у представителей всех возрастных групп современных немцев – такова их ментальность. Трагизм их положения усугубляется тем, что они, попав в тяжелую жизненную ситуацию, как правило, даже не знают, куда и к кому обращаться. И очень скоро оказываются в порочном круге - без квартиры, без адреса, без медицинской страховки...».И всё-таки «человек без квартиры» - не последняя степень падения. Ниже их - те, кто «без крыши». А ведь в ФРГ каждому жителю гарантируется право на благоустроенное жилье. Причем не из расчета 9 кв.м на человека, как это было в СССР, а раза в два больше. Что такое «коммуналка», тут вообще знать не знают. Спрашивается: как же надо «отличиться» в Германии, чтобы оказаться вообще без крыши над головой? Скольжение вниз В абсолютном своем большинстве бездомные в ФРГ – это коренные немцы. Иностранцев среди них ничтожное меньшинство - в основном это жители соседних с Германией стран шенгенской зоны. Незначительную часть немецких бомжей составляют лица, склонные к бродяжничеству в силу нарушения психики. Но типичный немецкий бездомный - это или наркоман со стажем, или хронический алкоголик, утративший связь с семьей и прежним кругом друзей и знакомых. Как дошли они до столь плачевного состояния?Схема, как правило, такова: пьянка или наркотики – потеря работы – возникновение 3-месячной задолженности по квартплате – выселение. Или: потеря работы – пьянка или наркотики «с горя» – далее по первому варианту, и в итоге человек очень скоро становится не только бомжем, т.е. субъектом без определенного места жительства, но и, пользуясь терминологией советского уголовного кодекса, «лицом, ведущим паразитический образ жизни». Но поскольку законами ФРГ за это не предусмотрено ни уголовной, ни даже административной ответственности, а от алкогольной и наркозависимости в Германии лечат хоть и бесплатно, но только по желанию самого страдальца, то с правовой точки зрения бездомный наркоман или алкоголик, протягивающий руку за милостыней на корм лежащей рядом собачке, субъектом преступления не является. Чем живут эти люди? Перебиваются случайными заработками, приворовывают по мелочи, ненавязчиво попрошайничают - в Германии попрошайничество как вид «промысла» не запрещен. Есть, правда, места, куда попрошайкам доступ закрыт, например, у ганноверской Ратуши. Но, скажем, у главного железнодорожного вокзала, что в самом центре города, хоть сутками стой. И стоят. Точнее, сидят – кто на скатанном спальнике, кто на раскладном стульчике, извлеченном из рюкзака с нехитрым скарбом. Рядом собачка - типичный «двортерьер», умница и невероятно преданный своему хозяину. По мнению ветеринаров, собаки бездомных обычно нормальной упитанности и в хорошей физической форме. Складывается впечатление, что их хозяева заботятся о них лучше, чем состоятельные бюргеры. И еще один факт: в тех случаях, когда ветврачам приходится оказывать медпомощь собакам бездомных, владельцы непременно расплачиваются за медуслуги, иногда даже в рассрочку (по инструкции ветеринарам запрещено оказывать помощь бесплатно). Эти славные псы - добытчики для своих двуногих спутников в прямом смысле этого слова. Во-первых, на его питание владелец вправе ежедневно получать в социальном ведомстве 3 Евро. Во-вторых, усаживаясь за подаянием, попрошайка обычно выставляет картонку-объявление с просьбой дать кто сколько может на прокорм песика. И хоть прохожие прекрасно понимают, что к чему, но мелочь бросают. И при том, что поллитровка 37-градусного «Корна» стоит меньше пятерки, часа за три набирается с десятку. На каждую монетку следует почтительный кивок и не менее почтительное «Danke» - такие вот благородные манеры у немецких бомжей. Есть ли у них возможность вернуться к нормальной жизни? Теоретически – да. Для этого достаточно обратиться в социальное ведомство: зарегистрировавшись, человек получит и социальное пособие, и медстраховку, и направление на бесплатное лечение от алкоголизма или наркомании, а подысканное им жилье станет оплачивать местное самоуправление. Но на практике это происходит в единичных случаях. Почему?Невостребованный шансО том, что для коренного немца статус получателя социального пособия постыдней, чем стать бездомным попрошайкой, мне говорили и монахиня из католической мисcии при центральном вокзале Ганновера, и сотрудница отделения Красного Креста, и старший офицер из полицейского управления. Их разъяснения сводились к тому, что бездомный в Германии – понятие относительное: немецкое государство в любой миг подаст ему руку помощи, достаточно лишь тому захотеть эту помощь принять. Есть масса социальных программ по оказанию помощи бездомным. Есть целая сеть отвечающих европейским стандартам приютов религиозных и общественных благотворительных организаций, где нуждающиеся найдут и кров, и стол, и вполне пристойную одежку-обувку, и даже бесплатную стоматологическую помощь (благотворительные организации Германии заслуживают отдельного разговора, настолько обширна и плодотворна их деятельность). Есть армия специально подготовленных социальных работников, консультирующих по поводу возвращения бездомных к нормальной жизни. Да только пеннеры (а речь идет именно о них) не докучают им вопросами, поскольку и сами прекрасно знают, что и как нужно сделать. Но не хотят. И, думается, причина их нежелания не в чрезмерной гордыне. Взять, к примеру, квартирный вопрос. Ведь ордеров на вселение в Германии не выдают – нуждающийся в жилье должен сам подыскать себе квартиру, после чего обратиться в социальное ведомство с ходатайством об оплате. Найти сдатчика - не проблема. Но тот, с первого взгляда определив социальный статус соискателя, найдет благовидный предлог для отказа. Потому как знает: вскоре квартира превратится в притон, подъезд – в клоаку, полиция из-за непрестанных жалоб соседей станет ходить в дом, как на работу, сами соседи начнут съезжать, а на их место желающих будет не найти. Однако это в теории. На практике же «классический» немецкий бомж поисками жилья себя не обременяет. Деградирующая в результате наркомании или алкоголизма личность в минуты «просветления» отдает себе отчет в том, что не выполнит обязательств, вытекающих из статуса получателя социальной помощи. Ведь и квартиру нужно будет содержать в порядке, как это предписано условиями аренды. И работать придется, поскольку иначе лишат денежного пособия. Но бродягам проще вести ставший привычным образ жизни. И то сказать! Утром бесплатную опохмелку всегда можно получить в благотворительной раздаточной - ведь куда выгодней выдать «страдальцу» шкалик, чем ждать, когда он пойдет крушить витрины винных магазинов. Из тех же соображений хроническим наркоманам бесплатно выдают, в зависимости от диагноза, метадон или дозу героина. Согласно своей Конституции, Германия – демократическое государство, дающее реальный шанс выплыть, даже если кто-то оказался на самом дне общества. И не вина общества, если спасительный шанс остается невостребованным. Германия

www.russian-bazaar.com

Посмотрите, как живут бездомные в Германии. ФОТО — УКРОП

Жить им здесь на государственном попечении гораздо выгоднее, чем работать на родине, пишет Вероника Мелкозерова в №15 журнала Корреспондент от 17 апреля 2015 года.

Утром в маленький уютный переулок Бонна со всех окрестностей сходится разношёрстная публика разных рода занятий и национальностей. Уставшие проститутки, всё ещё в боевой раскраске, которые целуются в щечку с коллегами по цеху. Уличные попрошайки с собаками. Алкоголики, сжимающие бутылки пива для опохмела. Наркоманы, беспокойно глядящие на часы.

Все ждут открытия столовой в центрепомощи бездомным и зависимым людям VFG. Здесь они получат завтрак за символическую плату в 70 центов и бесплатный хлеб. Рядом в офисе для бродяг-аусзидлеров (иностранцев с немецкими корнями) соцработник Татьяна Бротцман готовится принимать новых подопечных.

Среди тех, кто переехал в Германию из неблагополучных стран и тут же отдался на милость социальных служб, достаточно много эмигрантов с Ближнего Востока и стран бывшего СССР

С последним расширением Евросоюза в 2004 году в Германию хлынул поток иностранцев. Найти здесь работу и жильё непросто, и многие превращаются в бродяг. Среди них немало аусзидлеров — им проще остальных получить гражданские права в Германии, хотя далеко не все они могут говорить по-немецки и найти себе легальное занятие в стране. Среди тех, кто переехал в Германию из неблагополучных стран и тут же отдался на милость социальных служб, достаточно много эмигрантов с Ближнего Востока и стран бывшего СССР.

«Наши алкоголики старой генерации и их дети, тут уже пристрастившиеся к наркомании, как правило, плохо знают язык, — рассказывает Бротцман, которая сама в начале 90-х перебралась в Германию из Санкт-Петербурга как аусзидлер. — Плюс есть такое понятие как менталитет».

Фото Вероники Мелкозеровой

В кафе VFG завтрак стоит всего 70 центов, а хлеб можно взять бесплатно 

Вторая большая группа в среде немецких бомжей — «евробюргеры», то есть жители стран Евросоюза, перебравшиеся в Германию, чтобы жить здесь на пособия. В основном это румыны и болгары.

Многие клиенты VFGв прошлом отсидели в тюрьмах, плотно сидят на наркотиках и алкоголе. Попрошайничать в стране экономического чуда для них гораздо выгоднее, чем работать в родных странах, говорит Бротцман.

В 2013 году в Германии насчитывалось более 300 тыс. граждан без определённого места жительства, и за последние два года их число выросло в несколько раз

Фото Вероники Мелкозеровой

Бывшая россиянка Татьяна Бротцман (слева) уже несколько лет работает в центре помощи бездомным в Бонне 

В целом клиенты VFGне бедствуют. Пятница здесь — день раздачи продуктовых талонов, которые предоставляет центру один из его спонсоров — католическая церковь.

«По ним, при наличии удостоверения личности, можно скупиться в местном супермаркете Nettoна 6 евро [на эту сумму можно скромно питаться три дня]. Купить можно всё, кроме сигарет и алкоголя», — объясняет Бротцман.

В кафе центра заканчивается завтрак, и бомжи чинно попивают кофе. К ним традиционно выходит перекинуться словцом заведующий столовой Майк Хайнц. Бывший алкоголик, он устроился в центр, чтобы помогать выйти из кризиса таким же, каким он был ещё недавно.

Различные городские службы также поддерживают VFG вещами. Например, полиция присылает тёплую одежду и спальные мешки для тех, кто предпочитает жить под открытым небом.  Наркоманы в центре могут под наблюдением медперсонала получить чистый шприц и уколоться принесённым с собой наркотиком, а в специальном боксе – покурить марихуану. У входа в него с утра собирается очередь из желающих уйти в легальный «трип».

Покупают они, как правило, кокаин или героин. Это все можно найти в месте, которое называется Бонн Хёльш (Боннская дырка). Согласно законам Германии, преступлением здесь является не употребление наркотиков, а распространение, и арестовать продавца могут лишь, если поймают за руку в момент продажи, что с ловкими дилерами из перехода сделать практически невозможно.

Ещё одна преференция для бездомных, которые живут в ночлежках VFG, — возможность держать собак. Собака для немецкого бродяги — не только друг, но и источник заработка

Центр VFG — последняя инстанция для тех, кому, выражаясь языком Достоевского, некуда уже больше идти, кто достиг социального дна. Наиболее распространённые предпосылки, которые ведут к потере крыши над головой в Германии — асоциальный образ жизни и безработица.

Значительным толчком к росту числа бездомных в этой стране стал разразившийся в 2011 году европейский долговой кризис, когда зарплаты в Германии снизились на 20 %, а стоимость аренды жилья стремительно выросла, достигнув 700-800 евро в месяц за двухкомнатную квартиру.

После 2011-го изменился и собирательный портрет немецкого бездомного — он стал более интеллигентным и опрятным за счёт пополнения контингента средним классом. Немецкие бомжи и в целом выглядят гораздо более ухоженно, чем украинские. Благодаря созданным для них условиям, они тщательно следят за собой, имеют возможность бесплатно принять душ в VFGили за символическую плату — на вокзале.

Один из клиентов центра 65-летний уроженец Коломыи Степан Мороз, одетый в добротную куртку, отглаженные брюки и обутый в начищенные туфли, волне соответствует стандарту европейского бомжа. Вот уже четыре с половиной года он живёт в ночлежке для наркоманов Себастьян Хаус, однако не является ни наркоманом, ни алкоголиком, ни бывшим зеком.

В Германию украинец впервые отправился в 1990-е, как и многие его земляки, на заработки разнорабочим — чтобы обеспечить семью с четырьмя детьми. Однако со временем остался здесь навсегда, разведясь с украинской супругой и женившись на немке. С Маргаретой Мороз прожил 11 лет, при этом не забывая о детях от предыдущего брака, которые приезжали к ним в гости, а потом и на заработки.

После развода с Маргаретой украинец буквально оказался на улице Берлина, и вместо того, чтобы продлить уже имеющийся у него вид на жительство, Мороз предпочёл купить у случайного приятеля фальшивую гринкарту. Не дожидаясь проблем с полицией, он сам явился в VFGи попросил помощи.

«Мы помогли ему не только остаться [в Германии], а также оформить пособие и стать в очередь на квартиру. Но ему не нравится та квартира, которую я ему нашла через интернет. Ему надо 50 квадратных метров, а я могу предложить только 30», — жалуется Бротцман на своего подопечного.

Поэтому принципиальный бомж Мороз до сих пор кантуется в ночлежке — бок о бок с наркоманами, что накладывает на него определённый отпечаток.

Фото Вероники Мелкозеровой

Уроженец Коломыи Степан Мороз ждет большую квартиру от государства и не соглашается на более скромные варианты.

«Постоянно слезятся глаза от того, что курят и употребляют мои соседи», — сетует он. Не смотря на такую жизнь, на родину украинец возвращаться не хочет. Говорит, что будет добиваться положенные ему 50 квадратов до последнего.

При этом скромное пособие бездомного его вполне устраивает. Он даже ухитряется посылать с него помощь детям в Украине. Например, отправил 150 евро на форму и бронежилет для старшего сына Ивана, воевавшего добровольцем в АТО.

Фото Вероники Мелкозеровой

Боннские бомжи выполняют мелкие работы на территории центра за 1 евро в день 

xn--j1aidcn.org

бомжи, секс-шопы и самый скандальный долгострой Германии – Варламов.ру

Меня часто обвиняют, что в России я показывают только мусор и разруху, а в Европе только хорошее! Как же так!? Все просто… Мне нет дела до европейской грязи, я там не живу, и местные жители, думаю, с этим разберутся сами. В Европе меня интересует только хорошее, что можно перенять и внедрить у нас! А у нас меня в первую очередь волнуют проблемы. Чтобы проблемы решить, их надо выявить и признать. Этим мы с вами обычно занимаемся. А хорошее есть и будет. Но если вы вдруг думали, что в Гамбурге все идеально, то давайте я вас немного расстрою.

01. В некоторых районах много бездомных… Их никто не трогает, они могут жить тут неделями.

02. Стены и окна часто залеплены стикерами и исписаны разными надписями.

03. Полиция пытается усмирить буйных говнарей, но безрезультатно.

04. Самый центр города!

05. Хватит?

06. Вот, кстати, неплохой стрит-арт )

07. В Германии много зон с диким благоустройством. Иногда его делают сами жители.

08. Вид на Эльбскую филармонию. Ее строили почти 10 лет, из-за этого ее прозвали «самым скандальным долгостроем Германии». Скандальность была в том, что изначально ее планировали построить за 77 млн евро, а в итоге построили за 789 млн. Здание проектировало архитектурное бюро Herzog & de Meuron. В основании у него старый портовый кофейный склад, а сверху — большая надстройка, облицованная изогнутыми стеклянными панелями. Идея родилась совершенно случайно: общаясь с хозяином здания, Жак Херцог просто набросал примерный рисунок здания на какой-то открытке. Хозяину рисунок понравился, и он попросил сделать примерный 3D-эскиз. Этот эскиз выложили на городской портал, и гамбуржцы оказались в полнейшем восторге. И в конце концов этот проект был утвержден.

09. Центр города

10. Как и большинство немецких городов, Гамбург очень приятен для прогулок. Ходить по нему одно удовольствие. В чем же секрет? Как думаете?

11. Обратите внимание на мощение и чистоту фасадов. Город насыщен деталями, ласкающими взгляд.

12. Пешеходные переходы в один уровень.

13. Много зелени.

14. Несмотря на то, что Гамбург, как и многие другие европейские города, сильно пострадал во время Второй мировой войны, здесь восстановили многие исторические здания и бережно их хранят. У нас города, которые никто не бомбил, сами сносят свои исторические кварталы и строят всякое нелепое говно. Передаю привет Нижнему Новгороду.

15. Улица

17. Парковка в кармане

18. Современные здания очень аккуратно вписывают в городской пейзаж.

19. Зарядка

20. Когда еще не было приложений по заказу такси, стояли такие вот штуки. Сейчас они уходят в историю.

21. Новый жилой район. Круто? Вот если такое будут делать в рамках программы реновации, я буду очень рад.

22. Никто не стеклит балконы и не вешает кондеи )

23. Район с борделями выглядит не таким опрятным )

24. Кстати, неужели есть люди, кому нравятся вот такие прилепленные шариками сиськи? Ужас же. Кого эта картинка должна привлечь?

25. Городской парк

26.

27.

28.

29.

30.

31. Мусорные контейнеры закрыты специальной сеткой, которую по плану должны оплести растения.

32. Детская площадка

33. Работа с рельефом

34. Детский сад

35.Немецкий почтальон

Я уже выложил на «Ютуб» два ролика про прогулки по мирному Гамбургу. Смотрите и подписывайтесь на мой канал.

varlamov.ru

Немецкий бомж - самый гордый в мире? | Русский Базар

Факты. События. Комментарии

В официальных документах и прессе бездомных в Германии именуют Odbachlosen (букв. перев.- без крыши над головой), в обиходе же насмешливо называют «братьями вермута» (Wermutbrьder - за пристрастие к этому напитку) или пеннерами (Penner – презрит.синоним бродяги). Точное их количество официальной статистике неизвестно - имеются лишь оценочные данные, да и те исходят не из государственных ведомств, а из благотворительных организаций. По оценке самой, пожалуй, из них сведущей в этом вопросе - Федерального союза помощи бездомным, - в Германии по состоянию на февраль 2006 года число людей, не имеющих жилья (Wohnungslosen, букв. перев. - без квартиры), составляло 345 тысяч человек, из них минимум десятая часть постоянно живет на улице, составляя ту самую категорию Obdachlosen, которую немцы и называют пеннерами. «Бесквартирники» отличаются от пеннеров тем, что хоть какую-то собственную крышу над головой имеют – например, жилой автомобильный модуль или машину. Так, по сведениям ганноверскогого отделения благотворительной организации Евангелической церкви Германии Diakonische Werk, только в Ганновере людей, живущих в машинах, от 250 до 300 человек. И это еще не самый низ социальной лестницы. По сравнению с теми, кто спит на улицах, у них преимущество: машина по крайней мере предполагает защиту от дождя и нападений. Жизнь под откосУ 76-летних Хайнца-Иоахима С. и его жены Лилли прежде были роскошная квартира в престижном районе Ганновера и налаженный бизнес - модный бутик в самом центре города. И всё пошло прахом. Когда много лет назад скончалась мать Лилли и она с братом унаследовали дом в Брауншвайге, объявились дальние родственники, ставшие претендовать на часть наследства. Поскольку мирно договориться не удалось, спор пришлось продолжить в суде. Но высокие ставки госпошлин и оплата услуг адвокатов вначале съели все имевшиеся накопления, затем потребовали подпитки из текущей выручки бутика, а потом был продан и сам бутик. Из роскошной квартиры пришлось переехать в менее престижную, а из нее – уж совсем в скромную. В итоге судебный процесс не без «помощи» братца, принявшего сторону родни, был вчистую проигран, все средства иссякли, а чета С. оказалась полностью на мели. На скудное пропитание денег еще хватало – за гроши продавали на «блошиных рынках» что-то из домашней утвари, Лилли подрабатывала мелким ремонтом одежды. Но осенью 2005 года за неуплату отключили электричество и отопление, а после того, как они задолжали за аренду квартиры за 3 месяца, домовладелец прислал уведомление о выселении. И тогда Хайнц-Иоахим и Лилли, заперев входную дверь и опустив ключи в почтовый ящик, ушли на улицу. У них оставалось последнее пристанище - на бесплатной парковке неподалеку от покинутого дома стоял их старенький Mercedes-190. Ездить на нем было нельзя – из-за безденежья оплатить ежегодную пошлину супруги были не в состоянии, но от дождей машина спасала. В ней они и жили весь март нынешнего года до того дня, когда Лилли, приспустив стекло в боковой двери, подозвала проходившую мимо женщину и попросила ее вызвать сюда врача, так как Хайнцу стало плохо, а самостоятельно они добраться были не в силах. Женщина тут же созвонилась с полицией и службой спасения. И стариков доставили в больницу. Теперь они живут в доме для престарелых евангелической миссии Diakonische Werk. Но как же могло получиться, что в сегодняшней Германии - стране чуть ли не с наивысшей в Европе степенью социальной защиты своего населения - два старика оказались в полном смысле этого слова на улице? Задав этот вопрос социальному педагогу ганноверской Диаконии Карлу Ширмейеру, я получил от него следующий ответ: «Они никуда не обращались за помощью. Для них принять помощь со стороны – значит обречь себя на позор. И это не единичный случай. Наличие такой внутренней установки встречается у представителей всех возрастных групп современных немцев – такова их ментальность. Трагизм их положения усугубляется тем, что они, попав в тяжелую жизненную ситуацию, как правило, даже не знают, куда и к кому обращаться. И очень скоро оказываются в порочном круге - без квартиры, без адреса, без медицинской страховки...».И всё-таки «человек без квартиры» - не последняя степень падения. Ниже их - те, кто «без крыши». А ведь в ФРГ каждому жителю гарантируется право на благоустроенное жилье. Причем не из расчета 9 кв.м на человека, как это было в СССР, а раза в два больше. Что такое «коммуналка», тут вообще знать не знают. Спрашивается: как же надо «отличиться» в Германии, чтобы оказаться вообще без крыши над головой? Скольжение вниз В абсолютном своем большинстве бездомные в ФРГ – это коренные немцы. Иностранцев среди них ничтожное меньшинство - в основном это жители соседних с Германией стран шенгенской зоны. Незначительную часть немецких бомжей составляют лица, склонные к бродяжничеству в силу нарушения психики. Но типичный немецкий бездомный - это или наркоман со стажем, или хронический алкоголик, утративший связь с семьей и прежним кругом друзей и знакомых. Как дошли они до столь плачевного состояния?Схема, как правило, такова: пьянка или наркотики – потеря работы – возникновение 3-месячной задолженности по квартплате – выселение. Или: потеря работы – пьянка или наркотики «с горя» – далее по первому варианту, и в итоге человек очень скоро становится не только бомжем, т.е. субъектом без определенного места жительства, но и, пользуясь терминологией советского уголовного кодекса, «лицом, ведущим паразитический образ жизни». Но поскольку законами ФРГ за это не предусмотрено ни уголовной, ни даже административной ответственности, а от алкогольной и наркозависимости в Германии лечат хоть и бесплатно, но только по желанию самого страдальца, то с правовой точки зрения бездомный наркоман или алкоголик, протягивающий руку за милостыней на корм лежащей рядом собачке, субъектом преступления не является. Чем живут эти люди? Перебиваются случайными заработками, приворовывают по мелочи, ненавязчиво попрошайничают - в Германии попрошайничество как вид «промысла» не запрещен. Есть, правда, места, куда попрошайкам доступ закрыт, например, у ганноверской Ратуши. Но, скажем, у главного железнодорожного вокзала, что в самом центре города, хоть сутками стой. И стоят. Точнее, сидят – кто на скатанном спальнике, кто на раскладном стульчике, извлеченном из рюкзака с нехитрым скарбом. Рядом собачка - типичный «двортерьер», умница и невероятно преданный своему хозяину. По мнению ветеринаров, собаки бездомных обычно нормальной упитанности и в хорошей физической форме. Складывается впечатление, что их хозяева заботятся о них лучше, чем состоятельные бюргеры. И еще один факт: в тех случаях, когда ветврачам приходится оказывать медпомощь собакам бездомных, владельцы непременно расплачиваются за медуслуги, иногда даже в рассрочку (по инструкции ветеринарам запрещено оказывать помощь бесплатно). Эти славные псы - добытчики для своих двуногих спутников в прямом смысле этого слова. Во-первых, на его питание владелец вправе ежедневно получать в социальном ведомстве 3 Евро. Во-вторых, усаживаясь за подаянием, попрошайка обычно выставляет картонку-объявление с просьбой дать кто сколько может на прокорм песика. И хоть прохожие прекрасно понимают, что к чему, но мелочь бросают. И при том, что поллитровка 37-градусного «Корна» стоит меньше пятерки, часа за три набирается с десятку. На каждую монетку следует почтительный кивок и не менее почтительное «Danke» - такие вот благородные манеры у немецких бомжей. Есть ли у них возможность вернуться к нормальной жизни? Теоретически – да. Для этого достаточно обратиться в социальное ведомство: зарегистрировавшись, человек получит и социальное пособие, и медстраховку, и направление на бесплатное лечение от алкоголизма или наркомании, а подысканное им жилье станет оплачивать местное самоуправление. Но на практике это происходит в единичных случаях. Почему?Невостребованный шансО том, что для коренного немца статус получателя социального пособия постыдней, чем стать бездомным попрошайкой, мне говорили и монахиня из католической мисcии при центральном вокзале Ганновера, и сотрудница отделения Красного Креста, и старший офицер из полицейского управления. Их разъяснения сводились к тому, что бездомный в Германии – понятие относительное: немецкое государство в любой миг подаст ему руку помощи, достаточно лишь тому захотеть эту помощь принять. Есть масса социальных программ по оказанию помощи бездомным. Есть целая сеть отвечающих европейским стандартам приютов религиозных и общественных благотворительных организаций, где нуждающиеся найдут и кров, и стол, и вполне пристойную одежку-обувку, и даже бесплатную стоматологическую помощь (благотворительные организации Германии заслуживают отдельного разговора, настолько обширна и плодотворна их деятельность). Есть армия специально подготовленных социальных работников, консультирующих по поводу возвращения бездомных к нормальной жизни. Да только пеннеры (а речь идет именно о них) не докучают им вопросами, поскольку и сами прекрасно знают, что и как нужно сделать. Но не хотят. И, думается, причина их нежелания не в чрезмерной гордыне. Взять, к примеру, квартирный вопрос. Ведь ордеров на вселение в Германии не выдают – нуждающийся в жилье должен сам подыскать себе квартиру, после чего обратиться в социальное ведомство с ходатайством об оплате. Найти сдатчика - не проблема. Но тот, с первого взгляда определив социальный статус соискателя, найдет благовидный предлог для отказа. Потому как знает: вскоре квартира превратится в притон, подъезд – в клоаку, полиция из-за непрестанных жалоб соседей станет ходить в дом, как на работу, сами соседи начнут съезжать, а на их место желающих будет не найти. Однако это в теории. На практике же «классический» немецкий бомж поисками жилья себя не обременяет. Деградирующая в результате наркомании или алкоголизма личность в минуты «просветления» отдает себе отчет в том, что не выполнит обязательств, вытекающих из статуса получателя социальной помощи. Ведь и квартиру нужно будет содержать в порядке, как это предписано условиями аренды. И работать придется, поскольку иначе лишат денежного пособия. Но бродягам проще вести ставший привычным образ жизни. И то сказать! Утром бесплатную опохмелку всегда можно получить в благотворительной раздаточной - ведь куда выгодней выдать «страдальцу» шкалик, чем ждать, когда он пойдет крушить витрины винных магазинов. Из тех же соображений хроническим наркоманам бесплатно выдают, в зависимости от диагноза, метадон или дозу героина. Согласно своей Конституции, Германия – демократическое государство, дающее реальный шанс выплыть, даже если кто-то оказался на самом дне общества. И не вина общества, если спасительный шанс остается невостребованным. Германия

www.russian-bazaar.com


Смотрите также