Германия после Первой Мировой Войны: От унижения к нацизму. Германия после первой мировой войны


Германия после Первой Мировой Войны: От унижения к нацизму - Общество - Аналитические статьи

Ни одна страна после Первой Мировой Войны не была в столь жалком положении, как Германия. Входившая в XX века как один из двух мировых лидеров, наряду с Англией, после Версальского мирного трактата Германия была унижена и оскорблена.

Весь мир клеймил позором немецкую военно-политическую машину и приветствовал полный ее разгром и тяжелейшие условия договора 1919г. Показательным примером изменения отношения к войне может служить судьба великого немецкого писателя Томаса Манна, который в 1914г. с воодушевлением приветствовал войну как «народную» (что повлекло даже обвинения в национализме), а уже через несколько лет чувствовал глубокую горечь от поражения и всестороннего кризиса в его родной стране.

По суровым условиям Версальского договора Германия оказывалась в полной изоляции. Зато за ее счет обогатились практически все союзники. Франция вернула Эльзас и Лотарингию. Значительные территориальные приобретения получили Бельгия и Польша, которая была буквально соткана из бывших восточногерманских и части уже советских земель.

Также Германия потеряла некоторые пограничные земли в результате плебисцитов: к Дании отошел Шлезвиг, к Польше — часть Верхней Силезии. Саарская область на 15 лет переходила под контроль Лиги Наций, после чего ее судьбу должен был решить плебисцит. 50 км пограничной зоны между Францией и Германией подлежали демилитаризации. Еще одним важным и унизительным фактом стала потеря Германией всех колоний и их передел державами-победительницами. Именно в результате этого пункта в Версальской договоре Того и Камерун перешли к Франции и Англии.

Однако на этом союзники не остановились. Отныне германские вооруженные силы должны были быть ограничены 100-тысячной армией. Подавляющая часть военно-морского флота передавалась победителям; вводился запрет на использование новейшего оружия массового поражения. Огромным ударом по экономике Германии стали непомерные репарации странам-победителям.

Версальский договор стал ударом для Германии. Официально только она становилась ответственной за разжигание войны. А о выработке совместных мирных решений союзники не помышляли: они в ранге триумфаторов решили навязать свои условия, о последующем пересмотре которых не могли быть и речи. Поэтому и неудивительно то разочарование, которым был встречен договор. Как заметил один из французских военных, прочтя договор: «Это не мир. Это перемирие на 20 лет». Его слова стали пророческими. Ровно через 20 лет Германия напала на Польшу.

Сейчас, спустя почти век, становится очевидным, что положение, в котором оказалась Германия после Первой Мировой Войны и столь унизительного мира, не могло не вызвать рост радикальных настроений в обществе. Не способствовала их искоренению и Веймарская республика, возникшая на развалинах Второго Рейха. Новая форма правления не могла решить старых проблем.

Несмотря на общую либеральную направленность, в Веймарском государстве не была выработана четкая политическая доктрина, в рамках которой нашлось бы место всем политическим движениям. Поэтому Веймарской республики пришлось все 15 лет своего существования лавировать между кайзеровскими традициями, которые оказались весьма живучими, и новыми радикальными течениями — коммунистами и крайне правыми партиями. Невозможность найти выход из сложившейся политической ситуации привела в итоге к падению Республики.

Веймарскому государству пришлось расплачиваться за недальновидную политику кайзера Вильгельма II. Необходимость выплачивать огромные репарации, опустошение казны привели к самому значительному обесцениванию денег в истории и гиперинфляции. К концу 1923г. курс доллара к марке составил более 150 млн (!) марок за один доллар. И хотя правительству удалось — временно — остановить инфляцию, реформы ударили по малообеспеченным слоям населения.

На несколько лет в Республике наступило затишье. Эти «золотые годы» связаны прежде всего с именем блестящего политика Густава Штреземана, который смог добиться постепенного выхода Германии из внешнеполитической изоляции, роста государственных доходов и улучшения климата внутри страны. Однако смерть политика в 1929 г. ознаменовала начало заката Веймарской Республики.

Основной удар по Республике пришел из США вместе с финансовым кризисом 1929г., названным впоследствии «Великой депрессией». Хрупкая экономическая стабильность, выстроенная в середине 20-х гг. непомерными усилиями правительства, рухнула в одночасье. Несмотря на попытки взять под контроль банковский сектор, позитивных результатов добиться не удалось. За короткое время в Германии сменилось несколько кабинетов министров, но остановить кризис не удавалось. И тогда, на волне тяжелого финансового положения и уязвленной после Первой Мировой Войны национальной гордости, на первый план вышла Национал-социалистическая немецкая рабочая партия во главе с Гитлером.

Становление диктатуры в Германии стало возможным не только благодаря бедственному положению населению, но и потому, что все 15 лет своего существования Республика своим главным врагом мнила коммунистов.

Левые партии достигли внушительных успехов в 20-е гг., но после прихода на пост рейхпрезидента генерал-фельдмаршала Пауля фон Гинденбурга в высших слоях росли антисоциалистические и антикоммунистические настроения.

Тем не менее, вплоть до прихода Гитлера к власти коммунисты представляли собой значительную силу, с которой приходилось считаться. Однако на волне антикоммунизма стало возможно выдвижение националистических партий правого толка, которые с учетом тяжелого положения внутри страны находили серьезную поддержку простого народа.

Не все знают, но становление диктатуры в Германии происходило демократическим путем. Сам Гитлер неоднократно заявлял, что стремится захватить власть не в результате вооруженного восстания, а конституционным путем. В ходе продолжительных политических игр было решено создать коалиционное правительство во главе с Гитлером.

30 января 1933г. Гинденбург назначил его рейхканцлером. Однако на выборах НСДАП не получила большинства, даже несмотря на официальный запрет коммунистической партии, и с этого момента глава нацистской партии перестал играть в демократические игры. И хотя либеральные принципы конституции Веймарской республики еще официально действовали, это не мешало новому правителю.

Только со смертью Гинденбурга 2 августа 1934г. и объединением функций рейхканцлера и рейхпрезидента в одних руках можно говорить об окончательных - с юридической точки зрения - падении Веймарского государства и официальном переходе всей полноты власти к Гитлеру.Ованес Акопян,историк, аспирант МГУ им. М. В. Ломоносова

05.08.2011

Информационно-правовой портал "ЗАКОНИЯ"

www.zakonia.ru

Германия после первой мировой войны кратко

Германия после Первой мировой войны, кратко говоря, понесла всю тяжесть ответственности за начало этого конфликта. Ни одна стране не оказалась после окончания мирового вооруженного противостояния в таком жалком положении, как бывшая Германская империя.

Версальский мир

По условиям мирного договора, подписанного в Версале в 1919 году, Германия, видевшая себя самой крупной и великой державой Европы и мира после войны, оказалась в полной изоляции. Она была полностью лишена всех колоний и части своих территорий. Франция вернула себе Эльзас и Лотарингию, другие земли были переданы Бельгии, Польше и т.д.Также Германии пришлось отказаться от всех своих концессий в Китае, собственности в Сиаме. Не имела она права и заключать какие-либо договорные отношения с Либерией.Помимо этого, она должна была выплатить огромные репарации в размере 132 миллиардов марок золотом, чтобы возместить остальным участникам войны их убытки, понесенные в ходе боев и оккупации.При всем этом германскому государству было строго запрещено иметь большинство современных видов вооружения, весь его флот передавался странам – победительницам, а строительство новых судов также было под запретом.

Экономика

Практически полное опустошение казны в ходе боевых действий и гонки вооружений и при этом необходимость репарационных выплат привели Германию к колоссальной инфляции (в 1023 году 1 американский доллар стоил 150 миллионов германских марок.Так как разоренная после Первой мировой войны Германия, кратко говоря, просто не имела возможности быстро и своевременно обеспечить репарационные выплаты, страны-победительницы в счет оплаты долга вывозили из Германии все, что представляло для них какую-либо ценность: ресурсы, оборудование, скот и т.д. В 1923 году по инициативе французских властей при поддержке бельгийского правительства была оккупирована Рурская область. Однако оккупанты получили от своей деятельности совершенно противоположный эффект: вместо того, чтобы получить «свои» деньги, они остались полностью без угля и металла, так как работать на оккупированной территории было некому. Да и крупнейшие страны мира их не поддержали. Пришлось спешно снимать оккупациюВ первые послевоенные годы в стране, до войны занимавшей одно из лидирующих мест в мире по производству промышленной продукции, этот показатель сократился почти вдвоеНевероятными усилиями правительству удалось приостановить обесценивание национальной валюты, однако проведенные реформы негативно сказались на малообеспеченных жителях страны.Постепенная стабилизация экономики началась в 1924 году, чему в немалой степени способствовали США и некоторые европейские государства, которые разработали план, облегчающий Германии выплату репараций. Сама сумма, несмотря на требования германских политиков, не была сокращена, но был введен новый порядок выплат, соответствующий экономическому положению государства.Стоит отметить, что сделано это было совсем не по доброте душевной, а потому, что многим странам была невыгодна внутренняя политическая напряженность Германии, которая могла усилить социалистический лагерь в самом сердце Европы.После этого в Германии установилась относительная стабильность. Но продлилось это всего несколько лет до начала всемирного экономического кризиса, который свел на «нет» все старания.

Внутренняя политика

Так же, как и немногим ранее в России, в 1918 году в Германии назревала революционная обстановка, вызванная недовольством многих сил убытками, наносимыми боевыми действиями, да и чересчур затянувшимся характером самого конфликта.Решение о прекращении военных действий и подписании перемирия привело к смене власти в стране. Монархия была свергнута. Вместо Германской империи образовалась Веймарская республика.Однако произошедшие в Германии после Первой мировой войны изменения, кратко говоря, ничуть не уменьшили напряжения внутри страны. Политические партии никак не могли прийти к единому мнению по поводу дальнейшего развития государства, что в итоге привело к очередной попытке произвести переворот. Весной 1920 года организаторы путча попытались восстановить монархическую власть. Это, в свою очередь привело к всеобщей забастовке.Ситуацией решила воспользоваться коммунистическая партия страны. Однако, как только коммунисты попытались «поднять голову», бывшие в противоположных лагерях правительство и путчисты объединились против нового общего противника.В такой противоречивой обстановке в стране стало набирать обороты фашистское движение, была создана Национал-социалистская германская рабочая партия, которая выступала за отмену условий Версальского договора и возвращалась к идее «Велико Германии».

pervaya-mirovaya.ru

Германия после Первой мировой войны.

Кaк пpoигpaвшaя cтpaнa Германия после Первой мировой войны пeрeжилa тяжeлый экoномичecкий и coциaльный кpизиc. В cтpaнe былa cвepгнyтa мoнapхия, a нa ee мecтo пpишлa pecпyбликa, пoлyчившaя нaзвaниe Вeймapcкoй. Этoт пoлитичecкий рeжим пpocyщecтвoвaл дo 1933 года, кoгда к влacти пpишли нaциcты вo глaвe c Адoльфoм Гитлepoм.

Осенью 1918 года кайзеровская Германия оказалась на грани поражения в Первой мировой войне. Страна была истощена кровопролитием. В обществе давно созрело недовольство властью Вильгельма II. Оно вылилось в Ноябрьскую революцию, начавшуюся 4 ноября с восстания матросов в городе Киле. Совсем недавно произошли схожие события в России, где уже рухнула многовековая монархия. То же самое в итоге случилось и в Германии.

9 ноября глава правительства Максимилиан Баденский объявил о завершении правления Вильгельма II, уже потерявшего контроль над происходящим в стране. Рейхсканцлер передал свои полномочия политику Фридриху Эберту и покинул Берлин. Новый глава правительства являлся одним из лидеров популярного в Германии социал-демократического движения и СДПГ (Социал-демократической партии Германии). В тот же день было объявлено об учреждении республики.

Конфликт с Антантой фактически остановился. 11 ноября в Компьеньском лесу в Пикардии было подписано перемирие, которое окончательно прекратило кровопролитие. Теперь будущее Европы оказалось в руках дипломатов. Начались кулуарные переговоры и подготовка к большой конференции. Результатом всех этих действий стал Версальский договор, подписанный летом 1919 года. В те несколько месяцев, которые предшествовали заключению соглашения, Германия после Первой мировой войны пережила множество внутренних драматических событий.

Любая революция приводит к властному вакууму, который пытаются занять самые разные силы, и Ноябрьская революция в этом смысле не была исключением. Спустя два месяца после падения монархии и окончания войны в Берлине вспыхнуло вооруженное противостояние между силами, лояльными правительству, и сторонниками Коммунистической партии. Последние хотели построить в родной стране Советскую республику. Ключевой силой в этом движении был Союз Спартака и его самые известные члены: Карл Либкнехт и Роза Люксембург.

5 января 1919 года коммунисты организовали забастовку, охватившую весь Берлин. Вскоре она переросла в вооруженное восстание. Германия после Первой мировой войны представляла собой пылающий котел, в котором схлестнулись самые разные течения и идеологии. Восстание спартакистов было ярким эпизодом этого противостояния. Через неделю выступление оказалось разгромленным войсками, сохранившими лояльность Временному правительству. 15 января были убиты Карл Либкнехт и Роза Люксембург.

Политический кризис в Германии после Первой мировой войны вылился в еще одно крупное восстание сторонников марксизма. В апреле 1919 года власть в Баварии принадлежала Баварской советской республике, настроенной против центральной власти. Правительство в ней возглавил коммунист Евгений Левине.

Советская республика организовала собственную Красную Армию. Некоторое время ей удавалось сдерживать давление правительственных войск, однако уже через несколько недель она потерпела поражение и отступила в Мюнхен. Последние очаги восстания были подавлены 5 мая. События в Баварии привели к массовой ненависти к левой идеологии и сторонникам очередной революции. Тот факт, что во главе Советской республики стояли евреи, вылился в волну антисемитизма. На этих народных чувствах стали играть радикальные националисты, в том числе и сторонники Гитлера.

Через несколько дней после окончания восстания спартакистов, в начале 1919 года, прошли всеобщие выборы, на которых был избран состав Веймарского учредительного собрания. Примечательно, что именно тогда право голоса впервые получили немецкие женщины. Впервые учредительное собрание собралось 6 февраля. Вся страна внимательно следила за тем, что происходило в небольшом тюрингийском городе Веймаре.

Ключевой задачей народных избранников стало принятие новой конституции. Подготовкой главного закона Германии руководил леволиберал Гуго Прейсс, который позже стал рейхсминистром внутренних дел. Конституция получила демократическую основу и сильно отличалась от кайзеровской. Документ стал компромиссом между разными политическими силами левого и правого толка.

Закон учреждал парламентскую демократию с социальными и либеральными правами для ее граждан. Главный законодательный орган рейхстаг избирался на четыре года. Он принимал государственный бюджет и мог смещать с должности главу правительства (рейхсканцлера), а также любого министра.

Восстановление Германии после Первой мировой войны не могло быть осуществлено без отлаженной и сбалансированной политической системы. Поэтому конституция ввела новую должность главы государства – рейхспрезидента. Именно он назначал главу правительства и получил право роспуска парламента. Рейхспрезидент избирался на всеобщих выборах на 7-летний срок.

Первым главой новой Германии стал Фридрих Эберт. Он занимал эту должность в 1919-1925 гг. Веймарская конституция, заложившая фундамент новой страны, была принята учредительным собранием 31 июля. Рейхспрезидент подписал ее 11 августа. Этот день был объявлен в Германии национальным праздником. Новый политический режим получил название Веймарской республики в честь города, где прошло эпохальное учредительное собрание и появилась конституция. Эта демократическая власть просуществовала с 1919 по 1933 год. Начало ей положила Ноябрьская революция в Германии после Первой мировой войны, а сметена она была нацистами.

Тем временем летом 1919 года во Франции собрались дипломаты со всего мира. Они встретились, чтобы обсудить и решить, какой будет Германия после Первой мировой войны. Версальский договор, ставший итогом длительного переговорного процесса, был подписан 28 июня.

Основные тезисы документа были следующими. Франция получала от Германии спорные провинции Эльзас и Лотарингию, потерянные ею после войны с Пруссией в 1870 году. Бельгии достались приграничные округа Эйпен и Мальмеди. Польша получила земли в Померании и Познань. Данциг стал нейтральным вольным городом. Державы-победительницы получили контроль над прибалтийской Мемельской областью. В 1923 году она была передана недавно появившейся независимой Литве.

В 1920-м в результате проведенных народных плебисцитов Дания получила часть Шлезвига, а Польша – кусок Верхней Силезии. Малый ее участок также был передан соседней Чехословакии. В то же время в результате голосования Германия сохранила за собой юг Восточной Пруссии. Проигравшая страна гарантировала независимость Австрии, Польши и Чехословакии. Территория Германии после Первой мировой войны изменилась и в том смысле, что республика потеряла все кайзеровские колонии в других частях света.

Принадлежавшее Германии левобережье Рейна подлежало демилитаризации. Вооруженные силы страны больше не могли превышать отметки в 100 тысяч человек. Отменялась обязательная служба в армии. Многие еще не потопленные военные корабли были переданы странам-победительницам. Также Германия больше не могла иметь современную бронетехнику и боевую авиацию.

Репарации с Германии после Первой мировой войны составили 269 миллиардов марок, что равнялось приблизительно 100 тысячам тонн золота. Так она должна была возместить убытки, которые понесли страны Антанты в результате четырехлетней кампании. Для определения требуемой суммы была организована специальная комиссия.

Экономика Германии после Первой мировой войны сильно пострадала от репараций. Выплаты истощали разоренную страну. Ей не помог даже тот факт, что в 1922 году советская Россия отказалась от репараций, обменяв их на согласие с национализацией немецкой собственности в только что образованном СССР. За все время своего существования Веймарская республика так и не выплатила условленную сумму. Когда к власти пришел Гитлер, он и вовсе прекратил переводы денег. Выплата репараций возобновилась в 1953 году, а затем еще раз - в 1990 году, после объединения страны. Окончательно репарации с Германии после Первой мировой войны были выплачены только в 2010-м.

Никакого спокойствия после окончания войны в Германии не наступило. Общество было озлоблено своим бедственным положением, в нем постоянно возникали левые и правые радикальные силы, которые искали предателей и виновников кризиса. Экономика Германии после Первой мировой войны не могла восстановиться из-за постоянных забастовок рабочих.

В марте 1920 года произошел Капповский путч. Попытка государственного переворота чуть было не привела к ликвидации Веймарской республики всего на второй год ее существования. Часть распущенной согласно Версальскому договору армии взбунтовалась и захватила правительственные здания в Берлине. Общество раскололось. Законная власть эвакуировалась в Штутгарт, откуда призывала людей не поддерживать путчистов и устраивать забастовки. В итоге заговорщики потерпели поражение, но экономическое и инфраструктурное развитие Германии после Первой мировой войны вновь получило серьезный удар.

Тогда же в Рурском регионе, где было много шахт, произошло восстание рабочих. В демилитаризованный регион были введены войска, что противоречило решениям Версальского договора. В ответ на нарушение соглашения армия Франции вошла в Дармштадт, Франкфурт-на-Майне, Ганау, Хомбург, Дуйсбург и некоторые другие западные города.

Иностранные войска вновь покинули Германию только летом 1920 года. Однако напряженность в отношениях со странами-победительницами сохранялась. Ее вызвала финансовая политика Германии после Первой мировой войны. У правительства не хватало денег на выплаты репараций. В ответ на простои в платежах Франция и Бельгия оккупировали Рурскую область. Их армии оставались там в 1923-1926 гг.

Внешняя политика Германии после Первой мировой войны ориентировалась на задачу найти хоть какое-то выгодное сотрудничество. Руководствуясь этими соображениями, в 1922 году Веймарская республика подписала с советской Россией Рапалльский договор. Документ предусматривал начало дипломатических контактов между изолированными странами-изгоями. Сближение Германии и РСФСР (а позже СССР) вызывало недовольство у европейских капиталистических стран, игнорировавших большевиков, и особенно у Франции. В 1922 году террористы убили Вальтера Ратенау – министра иностранных дел, организовавшего подписание договора в Рапалло.

Внешние проблемы Германии после Первой мировой войны блекли перед внутренними. Из-за вооруженных выступлений, забастовок и репараций экономика страны все дальше катилась в пропасть. Правительство пыталось спасти положение, увеличив выпуск денег.

Закономерным итогом подобной политики стала инфляция и массовое обнищание населения. Стоимость национальной валюты (бумажной марки) безостановочно снижалась. Инфляция переросла в гиперинфляцию. Зарплата мелких чиновников и учителей выплачивалась килограммами бумажных денег, однако купить на эти миллионы было нечего. Валютой топили печи. Бедность привела к озлоблению. Многие историки уже позже отмечали, что именно социальные потрясения позволили прийти к власти пользовавшимся популистскими лозунгами националистам.

В 1923 году Коминтерн попытался воспользоваться кризисом и организовал попытку новой революции. Она провалилась. Центром противостояния коммунистов и правительства стал Гамбург. В город вошли войска. Однако угроза исходила не только от левых. После упразднения Баварской советской республики Мюнхен стал оплотом националистов и консерваторов. В ноябре 1923 года в городе произошел путч, организатором которого стал молодой политик Адольф Гитлер. В ответ на очередной мятеж рейхспрезидент Эберт ввел чрезвычайное положение. Пивной путч был подавлен, а его инициаторов судили. Гитлер просидел в тюрьме всего 9 месяцев. Вернувшись на свободу, он с новой силой приступил к восхождению к власти.

Гиперинфляция, сотрясшая молодую Веймарскую республику, была пресечена введением новой валюты – рентной марки. Денежная реформа и приход иностранных инвестиций постепенно привели страну в чувство, даже несмотря на обилие внутренних конфликтов.

Особенно благотворно сказались средства, пришедшие из-за рубежа в виде американских кредитов по плану Чарльза Дауэса. Уже через несколько лет экономическое развитие Германии после Первой мировой войны привело к долгожданной стабилизации ситуации. Период относительного благополучия в 1924-1929 гг. получил название «золотых двадцатых».

Внешняя политика Германии после Первой мировой войны тех лет также была успешна. В 1926 году она вступила в Лигу Наций и стала полноправным членом мирового сообщества, созданного после ратификации Версальского договора. Поддерживались дружеские отношения с СССР. В 1926 году советские и немецкие дипломаты подписали новый Берлинский договор о нейтралитете и ненападении.

Другим важным дипломатическим соглашением стал пакт Бриана – Келлога. Этот договор, подписанный в 1926 году ключевыми мировыми державами (в том числе и Германией), декларировал отказ от войны в качестве политического инструмента. Так начался процесс создания системы европейской коллективной безопасности.

В 1925 году прошли выборы нового рейхспрезидента. Главой государства стал генерал Пауль фон Гинденбург, который также носил звание фельдмаршала. Он был одним из ключевых военачальников кайзеровской армии во время Первой мировой войны, в том числе руководил действиями на фронте в Восточной Пруссии, где шли бои с армией царской России. Риторика Гинденбурга заметно отличалась от риторики его предшественника Эберта. Старый военный активно пользовался популистскими лозунгами антисоциалистического и националистического характера. К таким неоднозначным итогам привело семилетнее политическое развитие Германии после Первой мировой войны. Наблюдалось еще несколько признаков нестабильности. Например, в парламенте не было ведущей партийной силы, а компромиссные коалиции постоянно оказывались на грани распада. Депутаты почти по каждому поводу конфликтовали с правительством.

В 1929 году в США произошел биржевой крах Уолл-стрит. Из-за этого прекратилось иностранное кредитование Германии. Экономический кризис, вскоре названный Великой депрессией, затронул весь мир, однако именно Веймарская республика пострадала от него сильнее прочих. И это неудивительно, ведь страна достигла относительной, но совсем не прочной стабильности. Великая депрессия быстро привела к развалу немецкой экономики, нарушению экспорта, массовой безработице и многим другим кризисным явлениям.

Новая демократическая Германия после Первой мировой войны, кратко говоря, была сметена обстоятельствами, изменить которые она была не в силах. Страна сильно зависела от США, и американский кризис не мог не нанести ей фатальный удар. Однако масло в огонь подливали и местные политики. Правительство, парламент и глава государства постоянно конфликтовали и не могли наладить столь необходимое взаимодействие.

Закономерным итогом недовольства населения сложившейся обстановкой стал рост радикалов. Возглавляемая энергичным Гитлером НСДАП (Национал-социалистическая немецкая партия) год за годом получала на разных выборах все больше голосов. В обществе стали популярными рассуждения об ударе в спину, предательствах и еврейском заговоре. Особенно острую ненависть к неведомым врагам испытывала молодежь, выросшая уже после войны и не узнавшая ее ужасов.

Популярность НСДАП привела ее лидера Адольфа Гитлера в большую политику. Члены правительства и парламента стали рассматривать амбициозного националиста в качестве участника внутренних властных комбинаций. Демократические партии так и не сформировали единого фронта против все набиравших популярность нацистов. Многие центристы искали в Гитлере союзника. Другие считали его недолговечной пешкой. На самом деле Гитлер, конечно, никогда не был управляемой фигурой, а ловко пользовался каждой удобной возможностью увеличить свою популярность, будь то экономический кризис или критика коммунистов.

В марте 1932 года прошли очередные выборы рейхспрезидента. Гитлер принял решение участвовать в избирательной кампании. Барьером для него было собственное австрийское гражданство. Накануне выборов министр внутренних дел провинции Брауншвейг назначил политика атташе в берлинском правительстве. Эта формальность позволила Гитлеру получить немецкое гражданство. На выборах в первом и втором туре он занял второе место, уступив лишь Гинденбургу.

Рейхспрезидент относился к лидеру НСДАП с осторожностью. Однако бдительность пожилого главы государства была усыплена его многочисленными советниками, считавшими, что Гитлера опасаться не стоит. 30 января 1930 года популярный националист был назначен рейхсканцлером – главой правительства. Приближенные Гинденбурга считали, что смогут контролировать баловня судьбы, однако они ошибались.

Фактически 30 января 1933 году наступил конец демократической Веймарской республики. Вскоре были приняты законы «О чрезвычайных полномочиях» и «О защите народа и государства», которые установили диктатуру Третьего рейха. В августе 1934 года, вслед за смертью престарелого Гинденбурга, Гитлер стал фюрером (вождем) Германии. НСДАП была объявлена единственной легальной партией. Не учтя недавний исторический урок, Германия после Первой мировой войны вновь встала на путь милитаризма. Важной частью идеологии нового государства стал реваншизм. Потерпевшие поражение в прошлой войне немцы начали готовиться к еще более страшному кровопролитию.

homsk.com

liqe.livejournal.com

Как возраждали Германию после разгрома в Первой мировой (окончание).: mikle1

Были и чисто конъюнктурные соображения. Недавние союзники: Англия, Франция, Италия — не могли погасить свои долги Соединенным Штатам без получения в свою очередь репараций с Германии. Таким образом, помогая восстановить немецкий хозяйственный потенциал, амери­канский капитал рассчитывал пополнить свои сейфы при­током платежей от вчерашних союзников.Вместе с тем, восстанавливая Германию как военно-промышленную державу, американская олигархия надея­лась, что сможет использовать эту последнюю при необхо­димости как противовес своим вчерашним союзникам, т. е. включить ее в игру как сильную фигуру на некой европей­ской «шахматной доске».В этой обстановке родились и стали проводиться в жизнь планы, касавшиеся германских репарационных пла­тежей, восстановления военно-промышленного потенциала Германии. Среди них наибольшее значение обрели план Дауэса в 1924 г. и затем позднее в 1930 г. план Юнга. Много раньше на Парижской конференции министров союзных держав в январе 1919 г. Германии было предъ­явлено требование выплатить 226 млрд. золотых марок (Золотая марка (Германия) составляла примерно 0,24 долл.) в течение 42 лет, начиная с 1921 г. Затем на второй Лон­донской конференции в апреле — мае 1921 г. общая сумма репараций была уменьшена до 132 млрд. марок (35 млрд. долл.), а позднее в ходе этой же конференции снижена до 126,5 млрд. марок с выплатой ежегодно 3,5 млрд. ма­рок.

План Дауэса, принятый на Лондонской конференции в июле — августе 1924 г., не устанавливал общей суммы репараций, а ограничивался указанием годовых платежей, которые были снижены до 1 млрд. марок в 1924 г.; 1,2 млрд. — в 1925 г.; 1,2 млрд. — в 1926 г., а дальше — по 2,5 млрд. марок в год.Свое название план получил по имени Чарльза Гейтса Дауэса — банкира и вице-президента США от республи­канской партии. Он возглавил комитет экспертов, выработавший план. Этот план предусматривал также предоставление Германии займов и кредитов для восстановления ее военно-промышленного потенциала.

План Дауэса был разработан с активным участием печально известного немецкого финансиста Яльмара Шах­та, который потом за свою помощь приходу нацистов к власти и экономические преступления «третьего рейха» угодил на скамью подсудимых в Нюрнберге.

Однако план Дауэса не удовлетворил ни американскую олигархию, ни тем более немецких реваншистов. Поэтому за планом Дауэса вскоре последовал план Юнга. Принятый на конференции в Гааге (август 1929 и январь 1930 г.) план Юнга, названный по имени пред­седателя комитета экспертов — американского банкира О. Юнга, подготовившего проект этого плана, устанавливал общую сумму платежей в 113,9 млрд. рейхсмарок с выплатой в 59 лет. В плане Юнга была прямо отражена связь между выплатой репараций Германией западно­европейским странам и платежами последних в погашение военных долгов.

В действительности все эти цифры остались на бумаге. На самом деле Германия заплатила по плану Дауэса 7,5 млрд. марок, а по плану Юнга — 3,7 млрд. марок. Всего же с 1919 по 1931 г. сумма германских платежей составила только 21,8 млрд. марок. Небезынтересно отме­тить, что за этот же период Германия получила иностран­ных инвестиций на сумму примерно 35—38 млрд. марок.Официальная историография сообщает нам, что план Юнга просуществовал очень недолго. К середине 1931 г. экономический кризис охватил Германию. Золото стало быстро переводиться из немецких банков за рубеж. Нача­лось банкротство германских банков. В июне германское правительство потребовало пересмотреть план Юнга. Американский президент Г. Гувер при поддержке банков США предложил годичный мораторий на репарации Гер­мании и выплату долгов Соединенным Штатам. За мораторием Гувера последовали новые американские займы Германии. Впрочем, мораторий должен был подготовить оформление отмены германских репараций, что фактиче­ски и произошло на Лозанской конференции в 1932 г. После конференции Германия должна была выкупить свои репарационные обязательства на сумму 3 млрд. марок в течение 15 лет при 5 % годовых.

Интересно, что с мораторием Гувера согласилась не только Англия, но даже Франция, которая в вопросах репараций занимала наиболее жесткую позицию. В 1931 г. французский премьер, посетивший США, подписал соот­ветствующее коммюнике. Впрочем, этим премьером был ни кто иной, как Лаваль, тот самый Лаваль, который затем через 15 лет будет казнен по окончании Второй мировой войны как предатель родины и пособник нацистов. Так мы видим, что не только истоки войны следует искать в экономической борьбе, но и корни политической измены ино­гда начинаются в предательстве экономическом.В соответствии с планом Дауэса в октябре 1924 г. Гер­мании был предоставлен репарационный заем в 200 млн. долл., из которого 110 млн. долл. было размещено в США. Приток же иностранных инвестиций в Германию составил 10—15 млрд. марок долгосрочных и более 6 млрд. марок краткосрочных вложений. На долю американского капитала приходилось 70 % всех иностранных долгосрочных займов.

Результатом плана Дауэса было восстановление гер­манского военно-промышленного потенциала. За пятиле­тие, 1924—1929 гг., действия плана объем промышленной продукции в Германии достиг довоенного, а экспорт соста­вил 13,4 млрд. золотых марок против 10 млрд. в 1913 г. План Юнга, заменивший план Дауэса, преследовал ту же цель. В осуществлении плана Юнга активную роль иг­рал Банк международных расчетов (МБР), созданный банкирами США по решению Гаагской конференции в августе 1931 г. взамен упраздненной Репарационной комиссии.

МБР среди прочего координировал деятельность круп­нейших банков по финансированию военной промышлен­ности Германии. Основные положения Банка международ­ных расчетов были подготовлены американскими банкирами Юнгом, Стюартом, Барджесом. Наибольшим весом в международных расчетах пользовались крупные банкиры Уолл-стрита. Соединенные Штаты немедленно присоеди­нились к статуту банка, утвержденному на Гаагской конференции. США были представлены в МБР тремя ведущими американскими банками.О масштабах финансирования Германии Соединенными Штатами и другими западными странами свидетельствуют суммы иностранных капиталов в Германии. В 1931 г. они достигали, по разным оценкам, от 30 до 38 млрд. марок. Интересно, что среди основных получателей займов постоянно числились известные имена владельцев военно-промышленных концернов — Круппа, Тиссена и Сименса. Всего через два года они приведут к власти в Германии нацистов, а еще через 5—6 лет преступно развяжут вторую мировую войну, в которой погибнут 60 млн. человек.

Тогда же, в 1924—1930 гг., Германия разместила за рубежом (в основном в США) займы на сумму в 1,4 млрд. долл. Займы для германской химической промышленности предоставлял преимущественно «Чейнз нэшнл бэнк» Морга­на, о стальной и угольной промышленности Германии заботились «Дилон, Рид энд компани», развитие электро­технической промышленности финансировалось «В. А. Гарриман энд компани» и т. д.За несколько лет была обновлена и модернизирова­на германская тяжелая промышленность. Казалось, аме­риканская финансовая олигархия могла поздравить себя с успехом. Ведь планы банкиров принесли ожидаемые ими результаты. Похоже, что американский капитал, принимая желаемое за действительность, закрывал глаза на то, что происходило.

Тем временем в 1933 г. к власти в Германии пришли фашисты. Однако и это не смутило американские монополии. Банковские и промышленные корпорации про­должали, хотя и не так открыто, предоставлять займы и кредиты германским концернам. Предполагалось прямое сотрудничество американских и германских монополий. Некоторые виды оружия и военной техники выпускались на предприятиях, принадлежавших американскому капита­лу.

Так, германская фирма по производству вооружения перешла под американский контроль. После 1933 г. фирма «Опель», принадлежавшая «Дженерал моторc» (конт­ролировалась все той же группой Дж. П. Моргана), и «Форд АГ» — филиал «Форда» (США) выпускали танки. Тот же Морган через ряд фирм: «Микс унд Генест», «Лоренц» и др. — поставлял 2/5 средств связи для германской армии и часть боевых самолетов через фирму «Фокке-Вульф». Небезызвестная ИТТ («Интернэшнл телефон энд телеграф Ко» ), та самая, которая в наши дни помогла захватить власть в Чили фашистской хунте во главе с генералом Пиночетом, в 1938 г. купила в Германии крупный пакет акций авиа­строительной фирмы. Производимые фирмой бомбардиров­щики  в Отечественную войну вовсю бомбили СССР.После победы в 1945 г. военный преступник Яльмар Шахт, услышав в своей камере во время Нюрнбергского процесса, что немецким промышленникам будет предъявлено обвинение, сказал американскому офицеру, что США должны будут судить своих собственных промышленников. Он напомнил, что заводы «Опель», принадлежавшие «Дже­нерал моторc», работали только на войну. Разумеется, Шахт сделал это заявление с полным знанием дела. Не кто иной, как он сыграл активную роль в укреплении преступных связей фашистов с американскими монополиями. Еще в 1933 г. он заявлял, что фашизм «не представляет никакой опасности для американского бизнеса в Германии». Затем после своего назначения президентом Рейхсбанка он специально посетил США, добиваясь новых американских займов.

В целом банковские круги внесли свой зловещий вклад в становление германского фашизма в 30-х годах. Так, кельнский банкир барон Шредер много сделал для привлечения финансовых средств. Более чем знаменательно, что в США банк Шредера сотрудничал с известной адвокатской фирмой «Салливэн энд Кромвел», во главе которой стояли пресловутые братья Даллес. Старший из них Джон Фостер позднее, в 1953—1959 гг., станет государственным секретарем США и будет до конца неутомимым вдохновителем и проводником «холодной войны» против СССР. Младший брат — Аллен во время второй мировой войны сделается руководителем политической разведки в Европе. На этом посту он попытается навести мосты между Западом и терпящим поражение на Советском фронте гитлеровским руководством с тем, чтобы вывести Германию из-под удара советских войск. Здесь, однако, его планы терпят неудачу.

Позднее, в 1953—1961 гг., он будет руководить ЦРУ, став в некотором отрицательном смысле олицетворением всей этой организации. Это позднейшее развитие событий, как мы видим, корнями уходит в 30-е годы. Тогда же, как вспоминает в своих мемуарах американский посол в Германии Додд, фашистов посетили представители американских банковских кругов Олдрич и Манн для обсуждения вопросов финансирования перевооружения Германии. В беседе с Доддом они сказали, что с Гитлером «можно иметь дело».

С помощью американских займов и кредитов была восстановлена и укреплена германская тяжелая промышленность, включая военную. Тем временем за 1924—1931 гг. США получили в покрытие задолженности союз­ников сумму, эквивалентную 8 млрд. марок. Репарацион­ные платежи Германии за этот период составили 11,28 млрд. марок. В то же время займы, полученные Германией, превысили все эти суммы, вместе взятые. Большая часть займов была получена у США. Неудивительно, что в этот период пышным цветом распускаются многочисленные картельные соглашения между американскими и немецкими фирмами.В 1925 г. их уже насчитывалось до 3 тыс. Многие из монопольных соглашений охватывали военное производство. Так, концерн «Иг Фарбениндустри», который затем во время войны вел откровенно преступную деятель­ность, в 1933 г. заключил соглашение с американской корпорацией «Дюпон» о закупке взрывчатых материалов и боеприпасов, перевозившихся в Германию через Гол­ландию. Впрочем «Иг Фарбениндустри» имел соглашения и с такими корпорациями, как «Стандард ойл оф Нью-Джер­си», АЛКОА, «Доу Кемикл», и многими другими.

Система картельных соглашений позволила германским концернам получить доступ к святая святых американских корпораций — к новейшим данным, последним технологи­ческим секретам, имевшим военное значение. Позднее, в 1940 г., под нажимом общественного мнения сенатская комиссия США вынуждена будет признать, что «американские промышленники с согласия правительства США свободно продавали германскому правительству патенты и права на конструирование моторов». Впрочем, в 20—30-е годы американской олигархии, видимо, казалось, что она ведет правильную политическую игру. Когда в 1936 г. на съезде фашистов в Нюрнберге Гитлер открыто заявил о всесторонней мобилизации германских ресурсов в течение последующих четырех лет для подготовки войны с Советским Союзом, это воспринималось как нечто вполне уме­щавшееся в рамки стратегических планов правящих клас­сов США.

Финансовые круги США оказывали помощь и другим фашистским странам. Только за 1925—1927 гг. Италия получила от США 300 млн. долл. Внешние кредиты США были использованы и для поддержки японского империа­лизма. Первый крупный заем Японии предоставил в 1923 г. «Нэшнл Сити бэнк оф Нью-Йорк». В 1924 г. было предоставлено еще 150 млн. долл. японскому правительству и 25 млн. Японскому банку. Значительные кредиты были по­лучены Японией в 1928—1930 гг. Неудивительно, что в 1931 г. она оказалась в состоянии оккупировать Маньч­журию, а в 1932 г. создать на ее территории марионеточное государство Маньчжоу-Го. Как мы видим, американская олигархия была последовательна, финансируя японский милитаризм и свой будущий Перл Харбор.Разумеется, это сотрудничество между импери­листическими державами было строго целенаправленным. Каждая из сторон старалась установить свой контроль над стратегически важными сферами в международных экономических отношениях. Например, каждая из импери­алистических держав стремилась к гегемонии в морской торговле. Соединенные Штаты, торговый флот которых с 1900 по 1910 г. возрос с 5,1 млн. до 7,5 млн. т, за годы Первой мировой войны развернули большое строительство стандартных судов и к 20-м годам их флот превратился в большую силу. В это время торговый флот Англии сохра­нился на стабильном уровне 1914 г. — 18,9 млн. т и к началу второй мировой войны даже несколько уменьшил­ся — до 17,8 млн. т. Эти две державы доминировали в мировом судоходстве. Ни Германия, морской торговый тоннаж которой перед первой мировой войной вырос в 3,5 раза, ни Япония, переместившаяся вначале на шестое, а затем на третье место в мире по тоннажу, не могли все-таки поколебать англо-американскую гегемонию на морских путях. Тем более что экономическое господство последних было подкреплено военно-морской мощью. Между тем после Первой мировой войны соотноше­ние военно-морских сил коренным образом изменилось.

Британский военный флот лишился доминирующего по­ложения. Англия по экономическим причинам была вы­нуждена отказаться от «двухдержавного стандарта», согласно которому ее флот по своей мощности равнялся двум самым сильным флотам мира. Самое большое, что могла себе позволить теперь Англия, это поддерживать свой флот на уровне флота США — самого сильного в мире.

Германия после своего поражения потеряла право иметь военно-морской флот, ее основные надводные ко­рабли и подводные лодки были переданы странам Антан­ты. Державы-победительницы получили также все транс­портные суда крупнее 1,6 тыс. т и еще половину более мелких судов. Оборудование морских верфей было пере­дано Англии.

Таким образом, державы Антанты хотели лишить Гер­манию средств к возвращению на морские пути, вытеснив ее с морских просторов. Этому придавалось большое зна­чение. Только позднее, в 30-е годы, положение стало ме­няться. Для того чтобы использовать Германию, Италию и Японию в качестве непосредственной военной силы против СССР, было допущено восстановление военно-морского потенциала Германии, и державы Антанты согласились на этот опасный и ошибочный шаг.

Лондонская конференция 1936 г. по регулированию строительства флотов провалится, и Германия будет фор­сировать строительство военно-морских кораблей. При этом господство на море будет означать для фа­шистских держав прежде всего возможность нанести удар по западным государствам, нарушить их экономические и другие связи с колониями, а также иными заморскими странами и территориями. Для Германии это было частью ее борьбы за мировое господство, за захват колоний. Фа­шистские государства спешно готовились к тому, чтобы обеспечить себе доступ к источникам сырья и коммуника­ции к ним, а это требовало господства на море .Вступление немецких частей в Данциг (Гданьск). 1939 г.Становяс  с 20-х годов на путь сотруд­ничества с немецкими и другими милитаристами, на путь попустительства их экспансионизму в целях использова­ния Германии, Японии и Италии в качестве фигур в борьбе на мировой арене, англо-американский капитал все больше затем втягивался в рискованную игру. К концу 20-х годов внешнеэкономическая стратегия, исходившая во многом из сомнительных политических и военных концепций привела к экономическому возрождению Германии, усилении Италии и Японии.

С приходом к власти Гитлера шахматная фигура обрела самостоятельность и начала собственную игру, поставившую вскоре самих игроков на край пропасти. Смешно и горько, но именно СССР, для уничтожения которого и накачивали Германию деньгами, спас Европу от катастрофы. Спас, чтобы получить долгие десятилетия холодной войны, развал СССР и кровавые 90-е.

На этом фоне продажа немцам советского зерна и три школы, созданные за немецкие деньги на территории СССР и прекратившие свою работу после прихода к власти Гитлера, выглядят просто смешно. Это менее 1% от реальных ленег, закачанных американцами в экономику нацистской Германии в виде кредитов, займов, долей в уставных капиталах крупнейших предприятий.И если наша история способна чему-нибудь научить, то прежде всего - жёсткому прагматизму. Капитализм не приемлет понятий дружбы, братской помощи и бескорыстной помощи. По материалам http://konspekts.ru/ekonomika-2/dva-tipichnyx-bankira/Фото  http://sporf.ru/%D0%93%D0%B5%D1%80%D0%BC%D0%B0%D0%BD%D0%B8%D1%8F/%D0%A4%D0%BE%D1%82%D0%BE%D0%B3%D1%80%D0%B0%D1%84%D0%B8%D0%B8/%D0%A1%D0%A1%D0%A1%D0%A0/%D0%9F%D1%80%D0%B5%D0%B4%D0%B2%D0%BE%D0%B5%D0%BD%D0%BD%D1%8B%D0%B5_%D0%B3%D0%BE%D0%B4%D1%8B_%2819_%D1%84%D0%BE%D1%82%D0%BE%29

http://2photo.ru/8268-111_fotografijj_nacistskojj_germanii_life_c.html

mikle1.livejournal.com

Германия после Первой мировой войны.

Как проигравшая страна Германия после Первой мировой войны пережила тяжелый экономический и социальный кризис. В стране была свергнута монархия, а на ее место пришла республика, получившая название Веймарской. Этот политический режим просуществовал до 1933 года, когда к власти пришли нацисты во главе с Адольфом Гитлером.

Ноябрьская революция

Осенью 1918 года кайзеровская Германия оказалась на грани поражения в Первой мировой войне. Страна была истощена кровопролитием. В обществе давно созрело недовольство властью Вильгельма II. Оно вылилось в Ноябрьскую революцию, начавшуюся 4 ноября с восстания матросов в городе Киле. Совсем недавно произошли схожие события в России, где уже рухнула многовековая монархия. То же самое в итоге случилось и в Германии.

9 ноября глава правительства Максимилиан Баденский объявил о завершении правления Вильгельма II, уже потерявшего контроль над происходящим в стране. Рейхсканцлер передал свои полномочия политику Фридриху Эберту и покинул Берлин. Новый глава правительства являлся одним из лидеров популярного в Германии социал-демократического движения и СДПГ (Социал-демократической партии Германии). В тот же день было объявлено об учреждении республики.

Конфликт с Антантой фактически остановился. 11 ноября в Компьеньском лесу в Пикардии было подписано перемирие, которое окончательно прекратило кровопролитие. Теперь будущее Европы оказалось в руках дипломатов. Начались кулуарные переговоры и подготовка к большой конференции. Результатом всех этих действий стал Версальский договор, подписанный летом 1919 года. В те несколько месяцев, которые предшествовали заключению соглашения, Германия после Первой мировой войны пережила множество внутренних драматических событий.

Восстание спартакистов

Любая революция приводит к властному вакууму, который пытаются занять самые разные силы, и Ноябрьская революция в этом смысле не была исключением. Спустя два месяца после падения монархии и окончания войны в Берлине вспыхнуло вооруженное противостояние между силами, лояльными правительству, и сторонниками Коммунистической партии. Последние хотели построить в родной стране Советскую республику. Ключевой силой в этом движении был Союз Спартака и его самые известные члены: Карл Либкнехт и Роза Люксембург.

5 января 1919 года коммунисты организовали забастовку, охватившую весь Берлин. Вскоре она переросла в вооруженное восстание. Германия после Первой мировой войны представляла собой пылающий котел, в котором схлестнулись самые разные течения и идеологии. Восстание спартакистов было ярким эпизодом этого противостояния. Через неделю выступление оказалось разгромленным войсками, сохранившими лояльность Временному правительству. 15 января были убиты Карл Либкнехт и Роза Люксембург.

Баварская советская республика

Политический кризис в Германии после Первой мировой войны вылился в еще одно крупное восстание сторонников марксизма. В апреле 1919 года власть в Баварии принадлежала Баварской советской республике, настроенной против центральной власти. Правительство в ней возглавил коммунист Евгений Левине.

Советская республика организовала собственную Красную Армию. Некоторое время ей удавалось сдерживать давление правительственных войск, однако уже через несколько недель она потерпела поражение и отступила в Мюнхен. Последние очаги восстания были подавлены 5 мая. События в Баварии привели к массовой ненависти к левой идеологии и сторонникам очередной революции. Тот факт, что во главе Советской республики стояли евреи, вылился в волну антисемитизма. На этих народных чувствах стали играть радикальные националисты, в том числе и сторонники Гитлера.

Веймарская конституция

Через несколько дней после окончания восстания спартакистов, в начале 1919 года, прошли всеобщие выборы, на которых был избран состав Веймарского учредительного собрания. Примечательно, что именно тогда право голоса впервые получили немецкие женщины. Впервые учредительное собрание собралось 6 февраля. Вся страна внимательно следила за тем, что происходило в небольшом тюрингийском городе Веймаре.

Ключевой задачей народных избранников стало принятие новой конституции. Подготовкой главного закона Германии руководил леволиберал Гуго Прейсс, который позже стал рейхсминистром внутренних дел. Конституция получила демократическую основу и сильно отличалась от кайзеровской. Документ стал компромиссом между разными политическими силами левого и правого толка.

Закон учреждал парламентскую демократию с социальными и либеральными правами для ее граждан. Главный законодательный орган рейхстаг избирался на четыре года. Он принимал государственный бюджет и мог смещать с должности главу правительства (рейхсканцлера), а также любого министра.

Восстановление Германии после Первой мировой войны не могло быть осуществлено без отлаженной и сбалансированной политической системы. Поэтому конституция ввела новую должность главы государства – рейхспрезидента. Именно он назначал главу правительства и получил право роспуска парламента. Рейхспрезидент избирался на всеобщих выборах на 7-летний срок.

Первым главой новой Германии стал Фридрих Эберт. Он занимал эту должность в 1919-1925 гг. Веймарская конституция, заложившая фундамент новой страны, была принята учредительным собранием 31 июля. Рейхспрезидент подписал ее 11 августа. Этот день был объявлен в Германии национальным праздником. Новый политический режим получил название Веймарской республики в честь города, где прошло эпохальное учредительное собрание и появилась конституция. Эта демократическая власть просуществовала с 1919 по 1933 год. Начало ей положила Ноябрьская революция в Германии после Первой мировой войны, а сметена она была нацистами.

Версальский договор

Тем временем летом 1919 года во Франции собрались дипломаты со всего мира. Они встретились, чтобы обсудить и решить, какой будет Германия после Первой мировой войны. Версальский договор, ставший итогом длительного переговорного процесса, был подписан 28 июня.

Основные тезисы документа были следующими. Франция получала от Германии спорные провинции Эльзас и Лотарингию, потерянные ею после войны с Пруссией в 1870 году. Бельгии достались приграничные округа Эйпен и Мальмеди. Польша получила земли в Померании и Познань. Данциг стал нейтральным вольным городом. Державы-победительницы получили контроль над прибалтийской Мемельской областью. В 1923 году она была передана недавно появившейся независимой Литве.

В 1920-м в результате проведенных народных плебисцитов Дания получила часть Шлезвига, а Польша – кусок Верхней Силезии. Малый ее участок также был передан соседней Чехословакии. В то же время в результате голосования Германия сохранила за собой юг Восточной Пруссии. Проигравшая страна гарантировала независимость Австрии, Польши и Чехословакии. Территория Германии после Первой мировой войны изменилась и в том смысле, что республика потеряла все кайзеровские колонии в других частях света.

Ограничения и репарации

Принадлежавшее Германии левобережье Рейна подлежало демилитаризации. Вооруженные силы страны больше не могли превышать отметки в 100 тысяч человек. Отменялась обязательная служба в армии. Многие еще не потопленные военные корабли были переданы странам-победительницам. Также Германия больше не могла иметь современную бронетехнику и боевую авиацию.

Репарации с Германии после Первой мировой войны составили 269 миллиардов марок, что равнялось приблизительно 100 тысячам тонн золота. Так она должна была возместить убытки, которые понесли страны Антанты в результате четырехлетней кампании. Для определения требуемой суммы была организована специальная комиссия.

Экономика Германии после Первой мировой войны сильно пострадала от репараций. Выплаты истощали разоренную страну. Ей не помог даже тот факт, что в 1922 году советская Россия отказалась от репараций, обменяв их на согласие с национализацией немецкой собственности в только что образованном СССР. За все время своего существования Веймарская республика так и не выплатила условленную сумму. Когда к власти пришел Гитлер, он и вовсе прекратил переводы денег. Выплата репараций возобновилась в 1953 году, а затем еще раз - в 1990 году, после объединения страны. Окончательно репарации с Германии после Первой мировой войны были выплачены только в 2010-м.

Внутренние конфликты

Никакого спокойствия после окончания войны в Германии не наступило. Общество было озлоблено своим бедственным положением, в нем постоянно возникали левые и правые радикальные силы, которые искали предателей и виновников кризиса. Экономика Германии после Первой мировой войны не могла восстановиться из-за постоянных забастовок рабочих.

В марте 1920 года произошел Капповский путч. Попытка государственного переворота чуть было не привела к ликвидации Веймарской республики всего на второй год ее существования. Часть распущенной согласно Версальскому договору армии взбунтовалась и захватила правительственные здания в Берлине. Общество раскололось. Законная власть эвакуировалась в Штутгарт, откуда призывала людей не поддерживать путчистов и устраивать забастовки. В итоге заговорщики потерпели поражение, но экономическое и инфраструктурное развитие Германии после Первой мировой войны вновь получило серьезный удар.

Тогда же в Рурском регионе, где было много шахт, произошло восстание рабочих. В демилитаризованный регион были введены войска, что противоречило решениям Версальского договора. В ответ на нарушение соглашения армия Франции вошла в Дармштадт, Франкфурт-на-Майне, Ганау, Хомбург, Дуйсбург и некоторые другие западные города.

Иностранные войска вновь покинули Германию только летом 1920 года. Однако напряженность в отношениях со странами-победительницами сохранялась. Ее вызвала финансовая политика Германии после Первой мировой войны. У правительства не хватало денег на выплаты репараций. В ответ на простои в платежах Франция и Бельгия оккупировали Рурскую область. Их армии оставались там в 1923-1926 гг.

Экономический кризис

Внешняя политика Германии после Первой мировой войны ориентировалась на задачу найти хоть какое-то выгодное сотрудничество. Руководствуясь этими соображениями, в 1922 году Веймарская республика подписала с советской Россией Рапалльский договор. Документ предусматривал начало дипломатических контактов между изолированными странами-изгоями. Сближение Германии и РСФСР (а позже СССР) вызывало недовольство у европейских капиталистических стран, игнорировавших большевиков, и особенно у Франции. В 1922 году террористы убили Вальтера Ратенау – министра иностранных дел, организовавшего подписание договора в Рапалло.

Внешние проблемы Германии после Первой мировой войны блекли перед внутренними. Из-за вооруженных выступлений, забастовок и репараций экономика страны все дальше катилась в пропасть. Правительство пыталось спасти положение, увеличив выпуск денег.

Закономерным итогом подобной политики стала инфляция и массовое обнищание населения. Стоимость национальной валюты (бумажной марки) безостановочно снижалась. Инфляция переросла в гиперинфляцию. Зарплата мелких чиновников и учителей выплачивалась килограммами бумажных денег, однако купить на эти миллионы было нечего. Валютой топили печи. Бедность привела к озлоблению. Многие историки уже позже отмечали, что именно социальные потрясения позволили прийти к власти пользовавшимся популистскими лозунгами националистам.

В 1923 году Коминтерн попытался воспользоваться кризисом и организовал попытку новой революции. Она провалилась. Центром противостояния коммунистов и правительства стал Гамбург. В город вошли войска. Однако угроза исходила не только от левых. После упразднения Баварской советской республики Мюнхен стал оплотом националистов и консерваторов. В ноябре 1923 года в городе произошел путч, организатором которого стал молодой политик Адольф Гитлер. В ответ на очередной мятеж рейхспрезидент Эберт ввел чрезвычайное положение. Пивной путч был подавлен, а его инициаторов судили. Гитлер просидел в тюрьме всего 9 месяцев. Вернувшись на свободу, он с новой силой приступил к восхождению к власти.

«Золотые двадцатые»

Гиперинфляция, сотрясшая молодую Веймарскую республику, была пресечена введением новой валюты – рентной марки. Денежная реформа и приход иностранных инвестиций постепенно привели страну в чувство, даже несмотря на обилие внутренних конфликтов.

Особенно благотворно сказались средства, пришедшие из-за рубежа в виде американских кредитов по плану Чарльза Дауэса. Уже через несколько лет экономическое развитие Германии после Первой мировой войны привело к долгожданной стабилизации ситуации. Период относительного благополучия в 1924-1929 гг. получил название «золотых двадцатых».

Внешняя политика Германии после Первой мировой войны тех лет также была успешна. В 1926 году она вступила в Лигу Наций и стала полноправным членом мирового сообщества, созданного после ратификации Версальского договора. Поддерживались дружеские отношения с СССР. В 1926 году советские и немецкие дипломаты подписали новый Берлинский договор о нейтралитете и ненападении.

Другим важным дипломатическим соглашением стал пакт Бриана – Келлога. Этот договор, подписанный в 1926 году ключевыми мировыми державами (в том числе и Германией), декларировал отказ от войны в качестве политического инструмента. Так начался процесс создания системы европейской коллективной безопасности.

В 1925 году прошли выборы нового рейхспрезидента. Главой государства стал генерал Пауль фон Гинденбург, который также носил звание фельдмаршала. Он был одним из ключевых военачальников кайзеровской армии во время Первой мировой войны, в том числе руководил действиями на фронте в Восточной Пруссии, где шли бои с армией царской России. Риторика Гинденбурга заметно отличалась от риторики его предшественника Эберта. Старый военный активно пользовался популистскими лозунгами антисоциалистического и националистического характера. К таким неоднозначным итогам привело семилетнее политическое развитие Германии после Первой мировой войны. Наблюдалось еще несколько признаков нестабильности. Например, в парламенте не было ведущей партийной силы, а компромиссные коалиции постоянно оказывались на грани распада. Депутаты почти по каждому поводу конфликтовали с правительством.

Великая депрессия

В 1929 году в США произошел биржевой крах Уолл-стрит. Из-за этого прекратилось иностранное кредитование Германии. Экономический кризис, вскоре названный Великой депрессией, затронул весь мир, однако именно Веймарская республика пострадала от него сильнее прочих. И это неудивительно, ведь страна достигла относительной, но совсем не прочной стабильности. Великая депрессия быстро привела к развалу немецкой экономики, нарушению экспорта, массовой безработице и многим другим кризисным явлениям.

Новая демократическая Германия после Первой мировой войны, кратко говоря, была сметена обстоятельствами, изменить которые она была не в силах. Страна сильно зависела от США, и американский кризис не мог не нанести ей фатальный удар. Однако масло в огонь подливали и местные политики. Правительство, парламент и глава государства постоянно конфликтовали и не могли наладить столь необходимое взаимодействие.

Закономерным итогом недовольства населения сложившейся обстановкой стал рост радикалов. Возглавляемая энергичным Гитлером НСДАП (Национал-социалистическая немецкая партия) год за годом получала на разных выборах все больше голосов. В обществе стали популярными рассуждения об ударе в спину, предательствах и еврейском заговоре. Особенно острую ненависть к неведомым врагам испытывала молодежь, выросшая уже после войны и не узнавшая ее ужасов.

Приход к власти нацистов

Популярность НСДАП привела ее лидера Адольфа Гитлера в большую политику. Члены правительства и парламента стали рассматривать амбициозного националиста в качестве участника внутренних властных комбинаций. Демократические партии так и не сформировали единого фронта против все набиравших популярность нацистов. Многие центристы искали в Гитлере союзника. Другие считали его недолговечной пешкой. На самом деле Гитлер, конечно, никогда не был управляемой фигурой, а ловко пользовался каждой удобной возможностью увеличить свою популярность, будь то экономический кризис или критика коммунистов.

В марте 1932 года прошли очередные выборы рейхспрезидента. Гитлер принял решение участвовать в избирательной кампании. Барьером для него было собственное австрийское гражданство. Накануне выборов министр внутренних дел провинции Брауншвейг назначил политика атташе в берлинском правительстве. Эта формальность позволила Гитлеру получить немецкое гражданство. На выборах в первом и втором туре он занял второе место, уступив лишь Гинденбургу.

Рейхспрезидент относился к лидеру НСДАП с осторожностью. Однако бдительность пожилого главы государства была усыплена его многочисленными советниками, считавшими, что Гитлера опасаться не стоит. 30 января 1930 года популярный националист был назначен рейхсканцлером – главой правительства. Приближенные Гинденбурга считали, что смогут контролировать баловня судьбы, однако они ошибались.

Фактически 30 января 1933 году наступил конец демократической Веймарской республики. Вскоре были приняты законы «О чрезвычайных полномочиях» и «О защите народа и государства», которые установили диктатуру Третьего рейха. В августе 1934 года, вслед за смертью престарелого Гинденбурга, Гитлер стал фюрером (вождем) Германии. НСДАП была объявлена единственной легальной партией. Не учтя недавний исторический урок, Германия после Первой мировой войны вновь встала на путь милитаризма. Важной частью идеологии нового государства стал реваншизм. Потерпевшие поражение в прошлой войне немцы начали готовиться к еще более страшному кровопролитию.

homsk.com

Германия после Первой мировой войны

Брест-Литовск

Германские и российские представители заключают перемирие в Брест-Литовске (современный белорусский г. Брест). 1917.12.22 09 (22) дек. Открытие мирной конференции в Брест-Литовске: Германию представляют статс-секретарь (министр иностранных дел) фон Кюльман и генерал Гофман, Австрию - министр иностранных дел Чернин. Советская делегация, которую возглавляет А. Иоффе, требует заключения мира без аннексий и репараций, с соблюдением права народов распоряжаться своей судьбой. 1918.01.18 05 (18) янв.

В Брест-Литовске генерал Гофман в форме ультиматума предъявляет условия мира, выдвинутые центрально-европейскими державами (Россия лишается своих западных территорий). 1918.01.24 11 (24) янв. В ЦК партии большевиков сталкиваются три позиции относительно переговоров в Брест-Литовске:

Ленин стоит за принятие предложенных условий мира ради укрепления революционной власти в стране; "левые коммунисты" во главе с Бухариным выступают за продолжение революционной войны; Троцкий предлагает промежуточный вариант (прекратить военные действия, не заключая мира), за который голосует большинство. 1918.01.28 (15 января по юлианскому календарю) Декрет об организации РККА (Рабоче-крестьянской Красной Армии).

Ее организацией занимается Троцкий, и вскоре она станет действительно мощной и дисциплинированной армией (добровольный набор заменен обязательной военной службой, набрано большое количество старых военных специалистов, отменены выборы офицерского состава, в частях появились политические комиссары). 1918.02.09 27 янв. (9 февр.), В Брест-Литовске подписан сепаратный мир между центрально-европейскими державами и Украинской Радой. 1918.02.10 28 янв. (10 февр.).

Л. Троцкий заявляет о том, что "прекращается состояние войны между Россией и центрально-европейскими державами", реализуя. свою формулу "ни мира, ни войны" 1918.02.14 (31 января по юлианскому календарю) В России вводится новое летоисчисление - григорианский календарь. За 31 января по юлианскому календарю сразу наступало 14 февраля по григорианскому. 1918.02.18

После предъявления России ультиматума начато австро-германское наступление по всему фронту; несмотря на то что советская сторона в ночь с 18 на 19 февр. принимает условия мира, наступление продолжается. 1918.02.23 Новый германский ультиматум с еще более тяжелыми условиями мира. Ленину удается добиться от ЦК принятия его предложения о немедленном заключении мира (7 "за", 4 - в том числе Бухарин - "против", 4 воздержались, среди них Троцкий).

Принят декрет- воззвание "Социалистическое отечество в опасности!". Враг остановлен под Нарвой и Псковом. 1918.03.01 Германские войска оккупируют Киев на Украине и Нарву в Эстонии (2 февраля). 1918.03.01 При поддержке Германии Центральная Рада возвращается в Киев. 1918.03.03 В Брест-Литовске подписан Брестский мирный договор. Советской Россией и центрально-европейскими державами (Германией, Австро-Венгрией) и Турцией.

По договору Россия теряет Польшу, Финляндию, Прибалтику, Украину и часть Белоруссии, а также уступает Турции Карс, Ардаган и Батум. В целом потери составляют 1/4 населения, 1/4 обрабатываемых земель, около 3/4 угольной и металлурги- ческой промышленности. После подписания договора Троцкий уходит с поста наркома иностранных дел и с 8 апр. становится наркомом военно-морских дел. 1918.03.03 Большевики переводят столицу России из Петрограда в Москву, отодвигая ее дальше от русско-германского фронта.

1918.03.09 Высадка англичан в Мурманске (изначально эта высадка планировалась для отражения наступления немцев и их союзников-финнов). См. Историю гражданской войны и интервенции 1918.03.12 Турецкие войска оккупируют Баку, столицу Азербайджана (удерживали город до 14 мая). 1918.05.01 Германские части оккупируют Севастополь. 1918.05.07 Румыния подписывает в Бухаресте мирный договор с Германией и Австро-Венгрией.

Румынии разрешается провести аннексию Бессарабии, однако Россия отказывается признать ее законность. 1918.05.29 В России издан Декрет о всеобщей мобилизации в Красную Армию. 1918.07.06 Во время проведения съезда левые эсеры предпринимают попытку мятежа в Москве: И. Блюмкин убивает нового германского посла графа фон Мирбаха; арестован Ф. Дзержинский, председатель ВЧК; занят телеграф. Угроза возобновления войны России с Германией. 1918.09.30 Болгария заключает перемирие с союзными державами. 1918.11.13

В связи с подписанием перемирия между союзниками и Германией советское правительство объявляет Об аннулировании Брестского мирного договора. 1918.12.01 Начало оккупации Германии союзными войсками. 1919.05.07

Парижская мирная конференция Лига Наций

На Парижской мирной конференции союзные державы ставят перед Германией ряд безоговорочных условий: отказаться от значительной части своей территории, демилитаризовать Рейнскую зону и согласиться с ее частичной оккупацией на срок от 5 до 15 лет, выплатить репарации, согласиться с ограничением численности своих вооруженных сил, согласиться со статьей о "военном преступлении", признав свою ответственность за развязывание первой мировой войны. 1919.05.29

Германская делегация делает контрпредложения участникам Парижской мирной конференции. 1919.06.20 Вследствие отказа подписать мирный договор на условиях союзных держав германский канцлер Шейдеман уходит в отставку (21 июня социал-демократ Густав Бауэр формирует новое правительство из представителей социал-демократов, центристов и демократов). 1919.06.21 Германские моряки затопили свои корабли на британской военно-морской базе на Оркнейских островах. 1919.06.22

Германская Национальная ассамблея принимает решение подписать мирный договор. 1919.06.28 Германские представители подписывают мирный договор (Версальский мир) в Зеркальном зале Версальского дворца под Парижем.

Но основная борьба между европейским и американским финансовым капиталом, развернулась на послевоенных международных конференциях и прежде всего на самой основной из них - Версальской мирной конференции 1919 г.

В ходе этой конференции американский президент Вудро Вилсон выдвинул идею создания “Лиги Наций”, которая по мысли лидеров американского финансового капитала должна была стать мировым правительством, управляющим миром в его интересах. Рейнскую зону оккупировали войска держав-победительниц. Саар переходил под управление Лиги Наций, а его угольный бассейн отдавался в пользование Франции. Германия обязана была выплачивать огромные репарации. Параграфом 231 на Германию возлагалась вся ответственность за развязывание первой мировой войны. Был запрещен союз Германии и Австрии. Все эти меры, которые назывались заслуженной карой, способствовали подъему новой волны германского шовинизма и реваншизма. В ряды консерваторов пришли отъявленные монархисты, старые генералы, уволенные со службы солдаты, помещики с восточного берега Эльбы, антисемиты, банкиры и влиятельные газетные бароны, сочинившие миф о том, что война была проиграна изнутри, что стране был нанесен удар в спину

Давая оценку этим американским планам, Коминтерн в документах своих II и III конгрессов отмечал, что, предлагая создать Лигу Наций, американский финансовый капитал пытается “прикрепить к своей золотой колеснице народы Европы и других частей света, обеспечив над ними управление из Вашингтона. Лига Наций должна была стать по существу мировой монопольной фирмой “Янки и Ко” (Коммунистический Интернационал в документах 1919-1932 гг., М., 1933, с. 140).

Лига Наций была создана в 1919 г., однако захватить в ней руководящую роль США не удалось. Англия и Франция решительно воспротивились этому, после чего американцы демонстративно покинули Лигу Наций, и она весь период своего фактического существования (1919-1939 гг.) являлась наднациональным органом европейского финансового капитала.

Вопрос о Лиге в повестке дня оказался одним из главных как минимум по двум основным причинам. Во-первых, как международный орган Лига в самом деле могла внести практический вклад в регулирование международных отношений и уменьшение опасности войны. Во-вторых, Лига и ее Устав были призваны дать правовую и моральную санкцию политике великих держав, легализовать ее в глазах общественного мнения, которое к 20-м годам ХХ века уже становилось важным политическим фактором - прежде всего в демократических и либеральных странах.

Вопросы создания Лиги вызвали серьезные споры между главными участниками конференции. На одном из первых заседаний выяснилось, что планы ее создания, исходящие от разных делегаций, отличаются мерой пространности и степенью проработки деталей. Французский план, в частности, был гораздо детальнее британского. Париж непримиримо требовал включения в Устав пункта о создании международных вооруженных сил, способных поддерживать безопасность в Европе. Франция надеялась использовать свое превосходство в сухопутных силах и сделать их основой будущей международной армии, которую при необходимости можно было бы направить против Германии. Одновременно французская делегация считала, что сначала необходимо подготовить и подписать договор с Германией, а потом заниматься созданием международной организации.

В этом Клемансо встретил очень серьезное сопротивление Вильсона, полагавшего, что создание мирового порядка нужно начинать как раз со строительства Лиги. По мнению США, Лиге как главной международной организации по созданию новой системы коллективной безопасности можно было даже вообще делегировать право разработки мирного договора с Германией. Вильсон настоял на подготовке проекта создания Лиги специальной комиссией. В рамках конференции был образован (25 января 1919 г.) комитет по подготовке проекта Лиги наций. Резолюция о его учреждении, предложенная британской делегацией, предусматривала, что Лига

1) будет создана для урегулирования всех вопросов, связанных с установлением мира и содействия международному сотрудничеству, осуществлению гарантий выполнения принятых международных обязательств;

2) станет неотъемлемой частью общего договора о мире и останется открытой для присоединения каждой цивилизованной нации, которая примет и поддержит ее цели;

3) обеспечит периодические встречи ее членов на международных конференциях (сессиях), в интересах чего будут созданы постоянная организация и секретариат для обеспечения работы Лиги в перерывах между конференциями (сессиями).

Принятие резолюции было несомненным успехом Вильсона, но оно не гарантировало подготовки Устава организации до окончания работы по договору с Германией. Оппоненты Вильсона не скрывали надежд на провал работы комиссии под его председательством. Но американская делегация проявила упорство. Сам президент США с помощью члена американской делегации Д. Х. Миллера дважды перерабатывал свой исходный проект Лиги. Последний был закончен уже 2 февраля 1919 г.

11 апреля 1919 г. вся работа по Уставу после споров и согласований была завершена. 28 апреля Устав был одобрен конференцией и вошел в качестве составной части во все мирные договоры с Германией и ее европейскими союзниками - Версальский, Сен-Жерменский, Трианонский и Нейиский.

Давая характеристику взаимоотношений США и Европы после Первой Мировой войны, В. И. Ленин отмечал: “Америка не может помириться с Европой, потому что между ними глубочайшая экономическая рознь, потому что американцы богаче других” (В. И. Ленин, ПСС, т. 42, с. 67-68)

Как отмечалось, в США существовала сильная оппозиция политике демократической партии США и лично президента В. Вильсона. Американские консерваторы опасались, что приняв на себя обширные политические и военные обязательства перед европейскими странами, США обрекут себя на неоправданные финансовые затраты и, возможно, в случае войны - человеческие жертвы. Выгоды же от "увязания" в европейских проблемах (облегченный доступ американского капитала к рынкам стран Европы и подмандатных территорий Африки и Азии, признание США в качестве ведущей державы мира и т.п.) противники Вильсона не считали достаточными и очевидными.

Изоляционистскую оппозицию возглавляло руководство республиканской партии США. Вильсона упрекали в том, что Устав Лиги наций не только не подчиняет ее американскому Конгрессу, но даже наоборот кое в чем ограничивает его права в сфере внешней политики. Особое раздражение вызывала статья 10, предусматривавшая принятие коллективных мер в случаях возникновения агрессии. Противники Лиги называли ее "связывающим обязательством", покушением на независимость Америки, диктатом Британии и Франции, а также угрозой доктрине Монро - последнее на том основании, что в принципе Лига в самом деле могла претендовать на участие в регулировании конфликтов Западного полушария.

Версальский договор

Напряженная дискуссия в Конгрессе о Версальском договоре началась 10 июля 1919 г. и продолжалась более восьми месяцев. После внесения 48 поправок и 4 оговорок сенатского комитета по иностранным делам в договоре были произведены такие серьезные изменения, что они стали фактически противоречить достигнутым в Париже договоренностям. Но даже это не спасло дела. 19 марта 1920 г. резолюция о ратификации Версальского договора со всеми внесенными в него поправками была отвергнута сенатом. Соответственно, не мог вступить в силу подписанный в Версале "перестраховочный" и "перекрестный" договор США с Францией. Следовательно, и договор Франции с Великобританией в силу вступить не мог. Это был крупный удар по европейской безопасности.

В. Вильсон потерпел серьезное поражение в одном из самых главных своих начинаний. США, превращавшиеся в сильнейшую страну мира, юридически и во многом фактически оказалась вне Версальского порядка. Это обстоятельство не могло не сказаться на перспективах международного развития.

За сотни лет в Версале было подписано много договоров. Однако наиболее известен договор 1919 года, положивший конец Первой мировой войне. Договор заключили четыре мировых лидера (Lбольшая четверка¦)? президент Уилсон (США), премьер Клемансо (Франция), премьер-министр Ллойд Джордж (Великобритания) и премьер Орландо (Италия). Соглашение требовало принятия многочисленных мер, в основном призванных ограничить военную, политическую и экономическую мощь Германии. Резолюции договора накладывали ограничения на германские вооруженные силы, определяли способ выплаты репараций, восстанавливали законную принадлежность различных городов и территорий, предписывали демилитаризацию Рейнской области и объявляли о создании Лиги наций. К несчастью, условия Версальского договора были настолько суровыми, что вызвали недовольство населения Германии. В двадцатые годы немецкая экономика претерпела значительный упадок, и это, вкупе с раздражением строгими условиями Версальского договора, создало атмосферу, в которой к власти пришел Гитлер.

Этот договор был подписан 28 июля 1919 г. в Зеркальном зале Версальского дворца, где в 1871 г. канцлер Отто фон Бисмарк после победы над Францией в франко-прусской войне торжественно провозгласил создание Германской империи. Договор предполагалось подписать между

Германией, с одной стороны, и союзными державами, с другой. В число последних согласно официальному списку были включены: США, Великобритания, Франция, Италия, Япония, Бельгия, Боливия, Бразилия, Куба, Китай, Эквадор, Греция, Гватемала, Гаити, Хиджаз (будущая Саудовская Аравия), Гондурас, Либерия, Никарагуа, Панама, Перу, Польша, Португалия, Румыния, КСХС, Сиам, Чехословакия и Уругвай. Из списка союзных держав Китай не подписал договор, не согласившись с предусмотренной в нем передачей захваченной Германией у Китая провинции Шаньдун Японии.

Самой сложной проблемой, из обсуждавшихся при подготовке мирного договора с Германией, была пограничная. На западе Германия должна была вернуть Франции две французские области - Эльзас и восточную часть Лотарингии, отторгнутые у Франции после франко-прусской войны 1871 г. Кроме того, Париж настаивал на передаче под французский контроль богатой полезными ископаемыми Саарской области, несмотря на то, что этнически большинство населения Саара состояло из немцев. Из-за сопротивления делегации США, поддержанной британскими представителями, французские требования были отклонены, и Саарская область была передана под контроль Лиги наций на 15 лет с условием проведения в ней в будущем плебисцита с целью окончательного решения вопроса о ее государственной принадлежности.

Весьма острая полемика развернулась и вокруг Рейнской зоны. Этот процветающий промышленно развитый район между Рейном и границами Франции и Бельгии был экономически тесно связан с центром немецкой военной промышленности в Руре. Франция требовала отделения Рейнской области от Германии и установления там франкофильского правительства. США и Великобритания не поддержали этот вариант. В итоге было принято компромиссное решение. Левый берег Рейна и 50 километровая зона вдоль правого его берега объявлялись демилитаризованной зоной и там союзники (в основном силами французских оккупационных войск) вводили режим временной оккупации сроком на 15 лет. Оккупация Рейнской области вызывала негативную реакцию в Германии и стала питательной средой для антифранцузских, реваншистских, да еще и расистских настроений (во французский оккупационный контингент были включены черные солдаты из африканских колоний Франции) в германском обществе

Кроме того, Бельгия получила от Германии округи Эйпен и Мальмеди, а так же так называемые нейтральную и прусскую части территории Морене, населенные валлонами. Плебисцит 1920 г. окончательно узаконил это решение. Дания получила от Германии северную часть Шлезвига, со смешанным датско-немецким населением после проведения предусмотренного Версальским договором референдума в 1920 г.

Версальский договор ограничил численность германской армии 100 тыс. чел., отменив и запретив введение всеобщей воинской повинности, а также лишил Германию права создавать военную авиацию, танковые части и подводный флот. Германский военно-морской флот подлежал ограничению, а Генеральный штаб и Военная академия распускались.

Болезненно решался и вопрос о репарациях. Согласно практике предшествовавших войн, побежденная сторона была обязана выплачивать победителю компенсацию за его потери и затраты в ходе войны. Французская делегация настаивала на необходимости получить с Германии достаточно крупные репарации, мотивируя это тем, что германская агрессия нанесла большой ущерб экономике северо-восточной части Франции. Кроме того, в Париже считали, что выплата репараций тоже замедлит возрождение военной мощи Германии. Великобритания была склонна поддержать Францию в вопросе репараций, так как сама рассчитывала получить с Германии средства для выплаты пенсий семьям погибших британских военнослужащих.

Вместе с тем, эксперт британской делегации, виднейший экономист ХХ в. Джон Мэйнард Кейнс высказал оказавшееся впоследствии правильным мнение о том, что слишком крупная сумма репараций вызовет депрессию германской экономики, в результате чего замедлится восстановление хозяйства всей Европы и усугубятся трудности мировой экономики в целом. Вильсона также пугала большая сумма германских выплат. В результате союзники не смогли договориться об общей сумме платежей и решили передать вопрос о репарациях на усмотрение специальной репарационной комиссии, которой предписывалось собраться через два года после подписания Версальского договора. Нерешенность репарационного вопроса негативно сказалась на международной ситуации. Во-первых, германские националисты в течение двух лет нагнетали самые невероятные слухи о размерах предстоящих выплат Антанте, чем подогревали антифранцузские, антибританские и антиамериканские настроения. Во-вторых, неуверенность в платежеспособности германского правительства в 1919-1921 гг. отпугивала инвесторов, и новых вложений в разрушенную экономику страны практически не было.

С вопросом о репарациях связан политически важный вопрос об исторической ответственности за Первую мировую войну. Именно для обоснования наложенной на Берлин контрибуции в Версальский договор была включена ст. 231, в которой эта ответственность целиком возлагалась на Германию. Эта статья на долгие годы стала одной из самых травматичных и ненавистных для немцев. Ее наличие сыграло роль в накапливании потенциала реваншизм в германском общественном мнении.

Вопрос о восточных границах Германии в Версальском договоре был урегулирован ценой меньших усилий, хотя условия для применения принципа самоопределения в Восточной Европе с ее этнически разнородным и смешанным населением были сложнее. Действительно, практически каждое из созданных в 1919-1920 гг. государств включило в себя большие группы населения, этнически не принадлежавшие к титульной нации.

Самые большие трудности возникли при определении границ вновь создаваемой Польши. Союзники решили создать "сильную Польшу", способную противостоять и Советской России, и Германии. С этой целью Польша должна была получить после проведения референдумов на протяжении 1920-1921 гг. территории, которые Пруссии приобрела в ходе исторических разделов Польши в XVIII в. Кроме того Германия лишилась части Восточной Пруссии и провинции Позен, из которых был сформирован так называемый Польский (Данцигский) коридор, который обеспечивал новому государству выход к морю. Германская Восточная Пруссия таким образом была "разрезана" территорией Польши. В результате приобретения коридора под польской юрисдикцией оказались районы, в которых проживало более 2 млн. немцев. Новая Польша оказалась многоэтничным образованием, в котором помимо поляков проживали весьма крупные общины украинцев, белорусов и немцев, нелояльные к Польскому государству.

Кроме того, из-под юрисдикции Германии были изъяты и переданы под контроль Лиги наций крупные восточнопрусские порты на Балтике - Данциг (Гданьск) и Мемель (Клайпеда). 11 января 1923 г. Литва предприняла военную операцию с целью занятия Мемеля, хотя это был город с преобладающим немецким населением. Расквартированный в городе французский контингент под флагом Лиги наций под давлением литовских вооруженных сил был вытеснен из города. Прибывшая затем комиссия представителей союзных держав после изучения обстановки на месте представила свои рекомендации, на основании которых 16 февраля 1924 г. Мемельский край с портом Мемель был сохранен за Литвой с обязательством предоставить ему автономию. Вопрос был окончательно урегулирован с подписанием послами Франции, Великобритании, Италии и Японии Мемельского статута 8 мая 1924 г.

Версальское урегулирование не могло быть полным без включение в европейскую подсистему бывших германских партнеров по войне - Австро-Венгрии и Болгарии.

Сен-Жерменский и Трианонский договоры.

С учетом распада Австро-Венгрии на австрийскую и венгерскую части с каждой из частей бывшей империи страны Антанты стали урегулировать отношения порознь. Сен-Жерменский договор с Австрией был подписан 10 сентября 1919 г. в г. Сен-Жермен-ан-Ло под Парижем. В договоре констатировался распад бывшей монархии Габсбургов на Австрию, Венгрию, Чехословакию и Словено-Хорвато-Сербию. Причем из состава австрийской части бывшей империи Чехословакии передавались Богемия и Моравия, населенная австрийскими немцами Судетская область и Австрийская Силезия. Сама Австрия получила от Венгрии Бургенланд на том основании, что большинство тамошнего населения составляли немцы.

Населенные южными славянами (словенцами, хорватами и сербами) австрийские владения на Балканах - большая часть Крайны, Далмация, Южная Штирия и Юго-Восточная Каринтия - были объединены с Сербией и образовали единое Королевство Сербов, Хорватов и Словенцев (КСХС), которое с октября 1929 г. стало называться Королевством Югославия. Италии отходили части австрийских провинции Крайны и Каринтии, а также Кюстенланд и Южный Тироль со смешанным немецко-итальянским населением. В состав Румынии была передана входившая в австрийские владения Буковина.

Численность австрийской армии была ограничена 30 тыс. человек.

Австрия оказалась довольно компактным государством с этнически однородным немецким населением. Это повлияло на состояние умов в австрийском обществе, где возникло довольно сильное движение в пользу объединения Австрии с Германией - не случайно то название, под которым новая республика согласно решению Национального собрания впервые самопровозгласила себя по предложению австрийских социалистов было "Немецкая Австрия". 12 марта 1919 г. Конституционная ассамблея Австрии приняла новую конституцию страны и заявила о присоединении Австрии к Германии. Строго говоря, соединение двух немецких частей в единое государство соответствовало принципу самоопределения наций. Однако великие державы категорически отвергли такую перспективу и отказались признать новое государство под таким названием. Невозможность изменения статуса Австрии как независимого государства и в будущем без согласия Лиги наций была зафиксирована отдельной статьей в Сен-Жерменском договоре.

Объединение Австрии с Германией было запрещено и отдельной статьей Версальского договора. (Надо сказать, что и правительство Германии, трезво оценивая свои шансы присоединить Австрию с ведома победителей и стремясь избежать нового унижения со своей стороны с самого начала относилось к идее объединения отрицательно.) Вопрос был окончательно снят с повестки дня, когда 20 октября 1919 г. в Австрии был принят специальный закон, изменивший название государства таким образом, что из него было убрано слово "немецкая", а 1 октября 1920 г. в стране была принята новая конституция, окончательно закрепившая статус Австрии как независимого федеративного государства.

Пример урегулирования с Австрией ясно показал, что великие державы произвольно использовали принцип самоопределения. Они следовали ему, отторгая от Австрии ее не-немецкие владения, но одновременно игнорировали его, если речь шла об объединении Австрии с Германией или сохранении за Австрией немецких Судет. Причем, если Австрия была в целом все-таки организована с учетом этнических границ, то Чехословакия была вообще создана на базе исторических областей проживания славянских народов и при фактическом игнорировании этно-демографического состава населения включенных в нее территорий.

Важно отметить, что Сен-Жерменский договор не урегулировал всех вопросов территориального размежевания в зоне бывших австрийских владений. В частности, в нем никак не оговаривался вопрос об Австрийской Галиции (Львовщине) с ее преобладающим украинским сельским населением. На эту территорию претендовали одновременно Польша и все правительства, приходившие к власти на Украине. По Сен-Жерменскому договору Австрия заранее признала любые возможные постановления союзных держав в отношении ее бывших территорий, конкретно не поименованных в тексте. Отталкиваясь от этого положения, в 1923 г. конференция послов главных союзных держав санкционировала присоединении Галиции (которая к тому времени фактически была оккупирована польскими войсками) к Польше.

Подписанию Трианонского договора с Венгрией предшествовали довольно драматические события в этой стране. После провозглашения Национальным советом Венгрии независимости Венгрии 30 ноября 1918 г., новое венгерское правительство Михая Карольи не признало перемирия, подписанного с Антантой от имени Австро-Венгрии правительством Карла I Габсбурга и заключило в Белграде отдельное соглашение о перемирии, рассчитывая, что условия мира для независимой Венгрии будут мягче, чем для имперской Австро-Венгрии. Этот расчет не оправдался. Союзные державы выдвинули жесткие условия, главным из которых была уступка Венгрией ее обширной провинции Трансильвания в пользу Румынии, а Словакии - в пользу Чехословакии. Протестуя, Карольи подал в отставку

США и Великобритания обязались подписать с Францией гарантийные договоры для оказания ей военной помощи в случае нового нападения Германии. Эти договоры в самом деле были подписаны к концу Парижской конференции. Но они были по своему характеру "перекрестными" и могли вступить в силу только в случае ратификации всеми тремя партнерами - Францией, Великобританией и США. Несоблюдение этого условия лишало их юридической силы.

План Дауэрса.

С целью захвата ключевых позиций в мире, США после своей неудачи на Версальской конференции стали обращать внимание на другие крупные страны мира, недовольные итогами Первой Мировой войны. Таковых было 4: Германия, Италия, Россия и Япония.

Относительно Германии и России американскую точку зрения сформулировал 15 января 1920 г. командующий американскими войсками в Германии генерал Г. Аллен. В своем дневнике он сделал следующую запись: “Германия является государством, наиболее способным успешно отразить большевизм. Расширение Германии за счет России на длительное время отвлекло бы немцев на Восток и уменьшило бы тем самым напряженность в их отношениях с Западной Европой”. Согласно американской точке зрения, сильная и в то же время находящаяся в американской финансовой зависимости Германия должна была стать главной вооруженной силой США в Европе (H. Allen, Mein Rheinland. Tagebuh, Berlin, 1923, s. 51, “История Второй Мировой войны 1939-1945 гг.” в 12 томах, М. Воениздат, 1973, т. 1, с. 37). Во второй половине 20-х годов темпы возрождения экономического потенциала Германии ускорились: в 1927 г. ее промышленное производство достигло довоенного уровня, а экспорт превысил этот уровень в 1929 г. Тем не менее, правительство Германии добивалось пересмотра плана Дауэса, определившего размер ежегодных репарационных платежей от 1 млрд. в 1924-1925 гг. до 2,5 млрд. марок в 1928-1929 гг. Оно настаивало на снижении суммы и изменении сроков платежей. Западные державы пошли навстречу этим пожеланиям. Решено было учредить комитет экспертов по репарационному вопросу, который возглавил американский финансист, президент компании "Дженерал электрик" Оуэн Юнг.

Прежде всего США взялись за Японию, поскольку она была второй после США великой державой в Тихом океане, который американцы считали своим “озером”. На проходившей 12 ноября - 6 февраля 1922 г. в Вашингтоне международной конференции по морским вооружениям американцы, пользуясь своим финансовым преимуществом, просто купили Японию у Англии. Англо-японский союзный договор 1911 г. был на этой конференции расторгнут, после чего Япония вошла в сферу влияния США.

Следующим этапом стала Италия. После известного “Похода на Рим” 28-29 октября 1922 г., организованного итальянскими фашистами и проходившего среди прочих под множеством антианглийских и антифранцузских лозунгов, к власти пришел Муссолини, начавший проводить крайне недружественную по отношению к Англии и Франции политику в Средиземноморье и Африке.

Одновременно с этим американцы начинают практическую деятельность по завоеванию Германии. Как и в Италии, ставка делалась на совершенно новые политические силы, в данном случае на еще практически никому неизвестную “Национал-социалистическую рабочую партию Германии” во главе с Гитлером. Один из видных послевоенных германских биографов Гитлера - И. Фест - отмечал, что именно с 1922 г., начинается финансирование Гитлера из разного рода анонимных источников в Чехословакии, Швеции и особенно Швейцарии. По его словам, “осенью 1923 г., накануне своего путча Гитлер съездил в Цюрих и вернулся оттуда, как он сам говорил, с чемоданом с деньгами" (И. Фест, “Адольф Гитлер”, Пермь,“Алетейя”, 1993, т. 1, с. 271).

Но позиции Франции тогда в Германии оказались крепче, гитлеровский “пивной путч” провалился, и повторить в Германии в 1923 г. итальянский блицкриг американцам не удалось. Им пришлось заняться выработкой долгосрочной политики в германском вопросе.

Но основной целью США в Европе оставалась Германия. Сделав для себя кое-какие выводы из неудачи гитлеровского путча 1923 г., американцы решили привлечь к делу финансовой колонизации Германии также и Англию с тем, чтобы полностью изолировать Францию как главное препятствие в первой половине 20-х годов на пути проникновения в Европу.

Экономическая колонизация Германии американским капиталом облегчалась тем тяжелейшим состоянием  германской  экономики и прежде всего тяжелой промышленности, которое сложилось к 1923 г. в результате проигрыша Германией  Первой Мировой  войны и выплаты ею послевоенных  репараций.

В 1914-1923 гг. не обновлялись основные фонды германской промышленности, и для ее продукции были закрыты внешние рынки. В таких условиях послевоенное восстановление германского промышленного потенциала могло затянуться на неопределенно долгое время.

Рапалльский договор.

Окончание первой мировой войны, в ходе которой в наибольшей степени пострадали Германия и Россия, поставило в повестку дня возобновление прерванных военными действиями двусторонних связей. Принципиально новая обстановка начала 20-х годов, абсолютно немыслимая до 1914 года, требовала принципиально нового начала для обеспечения нормальной жизни континента. Именно такую роль сыграл подписанный Германией и Россией в апреле 1922 года договор в Рапалло, вошедший во все учебники истории. Содержание договора не было сенсационным - по точному смыслу его текста Россия обязалась не требовать репараций, право на которые было закреплено за ней Версалем, а Германия признала правомерность национализации германской собственности в России; были также восстановлены дипломатические отношения и подтвержден принцип наибольшего благоприятствования, что отвечало обычной международной практике. И все же имя Рапалло заслуженно стало синонимом акции, отвечающей сути переломного этапа международной обстановки и определяющей направление ее дальнейшего развития

Рапалльский договор показал, что исключение России или Германии - а тем более одновременно обеих этих стран - из общеевропейского контекста не только контрпродуктивно, но и недостижимо: любая попытка поставить каждую из них или обе вместе “вне Европы” обречена в конечном счете на провал. Рапалло сразу же вернуло и России, и Германии роль полноправных игроков на европейском политическом поле. Обозначился крах концепции “Версальской Европы”, то есть Европы без и против Германии, без и против России. Именно Рапалло стало прологом к “полосе признаний” Советской России в 1924 году и к Локарнскому договору 1925 года, который обеспечил Германии равноправие с Западом. Одно это доказывает, что в Рапалльском договоре не было и тени какого-либо “заговора” против творцов Версаля, хотя и Россия, и Германия не скрывали своего негативного отношения к созданной там системе. Заключенный в 1926 году в продолжение Рапалло двусторонний советско-германский (“Берлинский”) договор был нормальным договором о дружбе и сотрудничестве без каких бы то ни было тайных статей.

Тем не менее Рапалло превратилось в одно из наиболее употребительных внешнеполитических понятий, несущее отпечаток всей напряженности борьбы за выбор дальнейшего пути континента - или закрепление диктата авторов Версаля, или восстановление равноправия всех европейских государств. На Западе, в том числе в послевоенной Федеративной Республике, возникла целая школа политологов, культивирующая миф Рапалло как мнимого доказательства пагубности любого “сепаратного” соглашения между Германией и Россией. Этот договор был объявлен чуть ли не инструментом подготовки второй мировой войны, что мотивировалось, в частности, развивавшимися параллельно контактами между рейхсвером и Красной Армией. Однако глубоко законспирированное военное сотрудничество между армиями обеих стран началось до Рапалло, никак не было с ним связано и было прервано Москвой сразу после прихода Гитлера к власти в Германии, задолго до истечения срока действия Берлинского договора. Кстати, значение этого слабо контролировавшегося политическими инстанциями обеих стран сотрудничества для восстановления военного потенциала Германии сильно преувеличивается, в то время как оно помогло Советскому Союзу создать современные вооруженные силы, которые в конечном счете сломали хребет вермахту в ходе второй мировой войны. Одновременно замалчивается военное сотрудничество рейхсвера с западными державами, в том числе с США.

Подписавших Рапалльский договор германских политиков часто обвиняют в том, что они тем самым “предали” европейскую идею ради закулисных интриг с Россией - как будто единая Европа мыслима без равноправного российского участия в ней! На самом деле все обстояло как раз наоборот. Рапалло подготовило возвращение России в круг держав, формирующих судьбу континента. Без Рапалло был бы немыслим план французского министра иностранных дел Луи Барту, предложившего в 1934 году заключить Восточный пакт европейской безопасности с участием России, который вместе с уже действовавшим Западным пактом Локарно, включавшим Германию, создал бы континентальную систему равной безопасности для всех европейских государств. Москва поддержала проект Восточного пакта. Его заключение было сорвано Германией и Польшей. Вот когда Германия предала европейскую идею! Но это сделала уже Германия Гитлера, а не Веймарская Германия.

Рапалло открыло десятилетний период определенного ренессанса былой германо-российской гармонии. Конечно, о полном восстановлении довоенной безмятежности речи не могло быть уже в силу идеологических противоречий, но человеческие контакты стали вновь интенсивными. Это относилось и к “белой” эмиграции (берлинский район Шарлоттенбург закономерно получил тогда прозвище “Шарлоттенград”), и к новому правящему классу России, представители которого охотно ездили в Германию на отдых и лечение. Массовый характер носил обмен специалистами: русские учились в Германии, а немцы руководили работами в СССР. Новостройки первых пятилеток опирались в своем большинстве на немецкие проекты. В многоголосом интернационале тогдашней советской стройплощадки явно господствовал немецкий язык. Была создана автономная республика немцев Поволжья. Эрнст Тельман был, пожалуй, самым популярным иностранным политиком в Советском Союзе начала 30-х годов. Приход к власти национал-социализма привел к замораживанию экономического и технического сотрудничества с Германией. В то же время волна бежавших от нацистов германских эмигрантов значительно усилила этническую прослойку немцев в СССР, где немецкий язык с большим отрывом занимал первое место среди изучаемых в стране иностранных языков. Тем болезненней оказались для немецкой колонии последствия “чисток” конца 30-х годов. Еще более разрушительным был удар по тому кругу лиц, который ранее осуществлял сотрудничество с Германией, в том числе и военное. Именно в это время советское общество стало приобретать почти герметическую закрытость для внешнего мира.

Кое-кто на Западе напрямую связывает Рапалло с советско-германским пактом о ненападении от 23 августа 1939 года. Между тем трудно найти более несхожие между собой международные акты. Ситуация, внешнеполитический фон, мотивация были совершенно различны. Летом 1939 года уже были ясно различимы признаки близкого начала войны нацистов за “жизненное пространство” на Востоке. Собственно, лишь одно оставалось неясным: рискнет ли Гитлер напасть на СССР, оставив в тылу Францию, или до начала “восточного похода” постарается обезопасить свой западный тыл? Предложение Германии о заключении пакта указывало как будто на второй вариант. У Москвы выбор был только между чумой и холерой. Специалисты предсказывали быстрый разгром Польши, а после этого вермахт выходил бы на старую советско-польскую границу, пролегавшую у Киева - в этом случае до Москвы оставалось всего несколько сот километров. Вероятной была также одновременная германская оккупация Прибалтики с появлением вермахта у ворот Ленинграда. Все попытки договориться с польским руководством о совместном отражении германской агрессии на западных рубежах Польши результата не дали. В итоге вопрос стоял так - или война немедленно, без союзников и с проигрышных исходных позиций, или оттяжка конфликта на неопределенное время, которое можно было бы употребить на создание предпосылок для того, чтобы выстоять. Тогдашних хозяев Кремля трудно назвать ангелами, многие склонны видеть в них исчадия ада, но самоубийцами они точно не были.

В январе 1923 г. в связи с задержками германских выплат послевоенных репараций франко-бельгийские войска заняли Рейнскую область Германии и установили контроль над находящимся на ее территории Рурским промышленным районом.

Эта оккупация еще больше дезорганизовала экономику Германии, вызвала гиперинфляцию и рост безработицы. В стране начались массовые волнения, перераставшие на ряде территорий в восстания, руководимые коммунистами. На оккупированных французами территориях также начались вооруженные выступления, организуемые коммунистами и националистами. Только НСДАП Гитлера отказалась участвовать в сопротивлении французской оккупации.

Уже к концу 1923 г. Франция со своей оккупацией Рура оказалась в чрезвычайно трудном положении. Репарации от Германии так и не поступали, а расходы на содержание оккупационных войск в Руре непрерывно росли. Одновременно с этим рос дипломатический и финансовый нажим на Францию со стороны США и Англии с требованием прекратить оккупацию.

2 декабря 1924 - Заключается британо-германское торговое соглашение.

После окончания I мировой войны, европейские страны вели двусмысленную политику по отношению к Германии. С одной стороны, она находилась в состоянии полной международной изоляции, что, с неизбежностью толкало ее на путь установления интенсивных контактов с другим "государством-изгоем" - СССР, с другой, Запад остерегался подобного сближения. Франция выколачивала из Германии репарации совершенно чудовищных, сюрреалистических размеров, а Англия даже пошла на ряд экономических соглашений с Веймарской республикой. Пока это были лишь экономические соглашения, но и Германия пока еще была совершенно безобидна.

“План Дауэса”

В апреле 1924 г. американский банкир Чарльз Дауэс выдвинул ряд предложений по урегулированию проблемы выплат репарационных платежей Германии.

Эти предложения были вынесены на обсуждение международной конференции в Лондоне в июле-августе 1924 г. Конференция завершилась 16 августа 1924 г. принятием так называемого “Плана Дауэса”.

Первым пунктом этого плана было решение о выводе французских войск с территории Германии, который должен был завершиться 31 июля 1925 г. Уже одно это решение означало полное поражение Франции в борьбе за гегемонию в Европе в 1918-1923 гг. (М. В. Фрунзе, Избранные произведения, М., Воениздат, 1957, т. 2 (примечания), с. 490, 497)

Но основным элементом “Плана Дауэса” было предоставление финансовой помощи Германии от США и Англии в виде кредитов якобы для выплаты репараций Франции.

В 1924-1929 гг. Германия получила по “Плану Дауэса” от США - 2,5 млрд. долл., от Англии - 1,5 млрд. долл. (Примерно 400 млрд. долл. по курсу 1999 г.). Это дало возможность германской промышленности полностью переоснастить свою материальную базу, практически стопроцентно обновить производственное оборудование и создать базу для будущего восстановления военного производства.

Согласно “Плану Дауэса” возрождение германской промышленности было рассчитано на реализацию ее продукции на рынках стран Восточной Европы и СССР, которые должны были стать аграрно-сырьевыми придатками германского промышленного комплекса.

Превращение Восточной Европы и СССР в рынки сбыта германской промышленной продукции, помимо прибылей американским банкам, ставшим фактическими владельцами германских промышленных концернов, решало еще 2 основных для американцев задачи: ликвидация французского влияния в Восточной Европе и недопущение индустриализации СССР (“История Великой Отечественной войны” в 6 томах, М., Воениздат, 1960, т. 1, с. 4, 34-35, “История Второй Мировой войны” в 12 томах, т. 1, с. 20, М. В. Фрунзе, Избранные произведения, т. 2, с. 479, История СССР, М., “Просвещение”, 1983, ч. 3, с. 171).

Один из соавторов и исполнителей “Плана Дауэса”, германский банкир Шахт, подводя его итоги в 1929 г. с удовлетворением отмечал, что “Германия за 5 лет получила столько же иностранных займов, сколько их получила Америка за 40 лет, предшествовавших Первой Мировой войне” (“История Великой Отечественной войны” в 6 томах, т. 1, с. 4).

К 1929 г. Германия обогнала Англию по объему промышленного производства (12% общемирового) и заняла второе место в мире после США (44%) (“История Второй Мировой войны” в 12 томах, т. 1, с. 112).

В 1929 г. американские инвестиции в Германии составили 70% всех иностранных капиталовложений и большая часть из них принадлежала американской финансовой группе Моргана. Таким образом, на смену мировой финансовой гегемонии Ротшильдов, длившейся с 1815 по 1917 г., пришла финансовая гегемония Морганов, которые до 1915 г обслуживали интересы Ротшильдов в Северной и Южной Америке.

Вот как оценивает итоги “плана Дауэса” американский исследователь Ральф Эпперсон: “Без капиталов, предоставленных Уолл-Стритом, не существовало бы Гитлера и Второй Мировой войны” (Р. Эпперсон, “Невидимая рука”..., с. 294). В 1929 г. вся германская промышленность принадлежала фактически различным американским финансово-промышленным группам.

Принадлежавшая Рокфеллеру “Стандарт Ойл” контролировала всю германскую нефтеперерабатывающую промышленность и производство синтетического бензина из угля (Р. Эпперсон, с. 294).

Банковскому дому Моргана принадлежала вся химическая промышленность в лице концерна “ И. Г. Фарбенидустри”. Через принадлежавшую Морганам американскую компанию связи “ИТТ” они контролировали 40% телефонной сети Германии и 30% акций авиастроительной фирмы “Фокке-Вульф”. Через “Дженерал электрик” Морган контролировал германскую радио- и электротехническую промышленность в лице германских концернов “АЭГ”, “Сименс”, “Осрам”. Через “Дженерал моторз” Морган контролировал германский автомобилестроительный концерн “Оппель”. Генри Форд контролировал 100% акций концерна “Фольксваген”.

К моменту прихода Гитлера к власти под полным контролем американского финансового капитала находились такие ключевые отрасли германской промышленности, как: нефтепереработка и производство синтетического горючего, химическая, автомобилестроительная, авиационная, электротехника и радиоприборостроение, значительная часть машиностроения. Всего 278 фирм и концернов, а также ключевые банки, такие как “Дойче банк”, “Дрезднер банк”, Донат банк” и ряд других. (Р. Эпперсон, с. 294, “История Великой Отечественной войны” в 6 томах, т. 1, с. 34-35, “История Второй Мировой войны” в 12 томах, т. 1, с. 112, 183 и т. 2, с. 344).

Говоря о значении “Плана Дауэса” в отношении СССР с точки зрения американского и английского финансового капитала, министр иностранных дел Англии О. Чемберлен в феврале 1925 г. отмечал, что “Россия нависла, как грозовая туча, над восточным горизонтом Европы - угрожающая, не поддающаяся учету, но, прежде всего, обособленная”. Поэтому, по его мнению, необходимо: “определить политику безопасности вопреки России и даже, пожалуй, за счет России”. (Локарнская конференция 1925 г., Документы, М., 1959, с. 43). Хотя США никогда не признавали законность связи долговых обязательств стран, относящихся к первой мировой войне, с репарационными претензиями к Германии, такая связь является реальностью.

Хотя Соединенные Штаты никогда не получали репараций от Германии, они, тем не менее, предоставляли кредиты Германии по планам Дауэса и Янга. Согласно оценкам, за период 1924-1930 гг. сумма внешней задолженности Германии возросла с 18 млрд рейхсмарок до 25 млрд рейхсмарок, причем ок. 55% долгосрочных и 37% краткосрочных кредитов предоставили США. За период 1924-1930 гг., в соответствии с планами Дауэса и Янга, выплаты Германии Соединенным Штатам по долгам составили 449 млн рейхсмарок. Финансирование Соединенными Штатами германского долга способствовало репарационным выплатам Германией др. странам-союзникам и, т. о., по крайней мере косвенно, способствовало выплатам по долгам Соединенным Штатам. Это косвенное движение капитала было прекращено в 1930 и 1931 гг., а в июне 1931 г. администрация Гувера объявила одногодичный мораторий на выплаты по В.д. Соединенным Штатам. Лозаннская конференция в июне-июле 1932 г. аннулировала 90% оцениваемой репарационной задолженности Германии, выдвинув взамен план, в рамках к-рого Германия разместила в Банке международных расчетов (БМР) облигации 5-процентного займа на 3 млрд рейхсмарок (ок. 715 млрд дол.) для хранения там в течение трех лет с последующей свободной продажей. Вскоре после этого должники Соединенных Штатов стали уклоняться от выплаты В.д. в связи с экон. трудностями, а в июне 1934 г. Германия объявила мораторий на переводы репараций и приостановила выплаты внешних долгов наличными деньгами. Работа комитета экспертов, начавшаяся в феврале 1929 г., проходила на фоне серьезных расхождений между представителями Германии, Великобритании, Франции, Бельгии и других стран. Все же в июне 1929 г. комитет рекомендовал заменить план Дауэса новым планом Юнга, согласно которому ежегодные репарационные платежи сокращались до 2 млрд. марок на период 1929-1965 гг., с тем, чтобы в 1966-1988 гг. Германия платила суммы, равные ежегодным долговым выплатам стран-получателей германских репараций Соединенным Штатам. Таким образом, после 1966 г. Германия фактически брала бы на себя выплату союзнических долгов европейских стран США. Репарации должны были выплачиваться только за счет прибылей железных дорог и государственного бюджета Германии.

План Юнга.

Для утверждения плана Юнга в Гааге в августе 1929 г. и январе 1930 г. работала международная конференция. Она утвердила план Юнга. Кроме того, путем обмена нотами между Францией, Бельгией и Германией была оформлена договоренность о сроках и методах окончательной эвакуации союзных войск из Рейнской области. Был отменен финансовый и экономический контроль над Германией. План Юнга и сопутствующие ему договоренности закрепили разрядочные тенденции в Европе.

В дальнейшем реализация плана Юнга была остановлена. В условиях начавшегося мирового экономического кризиса летом 1931 г. президент США Герберт Гувер заявил о введении моратория на выплату американских долгов по межсоюзническим обязательствам военного времени на 1931-1932 гг. с одновременной приостановкой всех других межгосударственных платежей, включая репарационные. Затем с учетом тяжести ситуации в международных финансах был поставлен вопрос о полном аннулировании репарационных выплат по плану Юнга. Летом 1932 г. на конференции в Лозанне была определена сумма заключительного германского платежа в 3 млрд. марок, подлежавшая выплате в течение 15 лет (по истечении 3-летнего моратория на 1932-1934 гг.). Эта сумма никогда не была выплачена.

13 апреля 1934 г. вступил в силу Закон Джонсона о невыполнении обязательств по В.д., запрещавший фин. операции с правительствами любых зарубежных стран, не осуществляющих платежи по своим В.д. 10 марта 1941 г. был утвержден Закон о ленд-лизе, в соответствии с к-рым в последующие годы предоставлялась основная часть военных кредитов на нужды второй миружды второй мировой войны.

К концу 1936 года межсоюзнические, по принятой тогда терминологии, долги (без аннулированных в 1932 г. германских репараций), возникшие в результате Первой мировой войны, которые формально сохраняли свою силу, а фактически больше не оплачивались, включая долги Румынии, Югославии, Греции, Польши, Чехословакии, Португалии, составляли около 25 млрд. долл. в текущих ценах, или 250 млрд. долл. в ценах 2000 года, включая долги Соединенным Штатам в размере 20 млрд. текущих долл. (БСЭ, том 28, 1938 г., с. 660). И никаких арестов имущества.

Именно “безучетность” и “обособленность” СССР больше всего тревожили американских и английских банкиров.

Конференция в Локарно.

Для преодоления этой “обособленности” в октябре 1925 г. в швейцарском городе Локарно открылась международная конференция с участием Англии, Франции, Германии, Италии, Бельгии, Польши и Чехословакии. Цели конференции определил госсекретарь США Ф. Келлог: “Конференция в Локарно, естественно, следила за работой комитета Дауэса”.

Хотя США формально не принимали участия в работе конференции, они руководили и направляли ее работу. По этому поводу лидер Компартии Германии Тельман отмечал: “Американские банкиры не участвуют в Локарно официально. Но американский финансовый капитал, рассматривающий Европу, как большую колонию, весьма деятельно сотрудничал при осуществлении Локарно. Представители американского финансового капитала недвусмысленно дали понять, чего американский империализм желает в Локарно”.

Основной целью США в Локарно было “примирение” Англии и Франции с Германией. Для этого на конференции был выработан и заключен так называемый “гарантийный пакт”, в который вошли Англия, Франция, Германия, Италия, Бельгия. К данному пакту затем, на гораздо менее выгодных условиях, присоединились Польша и Чехословакия.

Таким образом, в обмен на дополнительные политико-юридические гарантии безопасности Франция фактически отказалась от своего влияния в Восточной Европе в пользу Германии. Страны “Малой Антанты” (Польша, Чехословакия, Румыния, Югославия, Греция) были открыты для доступа Германии, а, значит, США. Кроме того, Франция потеряла возможность с помощью своих восточноевропейских сателлитов угрожать Германии с востока.

После того как в Локарно были, на американских условиях “решены” основные европейские противоречия, американский финансовый капитал решил обратить серьезное внимание на СССР, чтобы покончить с его, по выражению О. Чемберлена, “обособленностью”.

Что если в 1923 г. американцы финансировали Гитлера непосредственно, через швейцарские банки, то в 1926-1932 гг. это делалось через германские банки и промышленные концерны, которые к этому времени превратились в германские филиалы различных американских финансово-промышленных групп и прежде всего Моргана.

Процесс привода Гитлера к власти был затяжным и многоступенчатым, отражая в период 1928-1933 гг. колебания и надежды американских банкиров на то, что первая советская пятилетка провалится и СССР, оказавшись после этого в глубоком политико-экономическом кризисе, станет для них легкой добычей и можно будет обойтись без сильной Германии.

Весной 1930 г. в Германии от власти отстраняется коалиционное правительство, возглавляемое социал-демократом Г. Мюллером. Его сменило правительство Г. Брюнинга, состоящее только из представителей правых партий. Так завершился период правления социал-демократов в Германии 1918-1930 гг. и началось постепенное свертывание буржуазной демократии, так называемый “период президентских правительств” 1930-1933 гг.

В июле 1930 г. Брюнинг распускает рейхстаг, хотя по закону его полномочия истекали только в 1932 г. Это было сделано с целью использовать недовольство населения экономическим кризисом и превратить нацистов в крупную парламентскую силу. Что и произошло. На состоявшихся 14 сентября 1930 г. выборах в рейхстаг нацисты получили 6 млн. 800 тыс. голосов избирателей (на предыдущих выборах 1928 г. - 800 тыс.) и 107 мест в рейхстаге (1928 г. - 12 мест).

Этот успех нацистов вызвал положительный отклик у американской и английской прессы, принадлежавшей крупнейшим газетным магнатам того времени в США и Англии Херсту, Ротемиру, Бивербруку и ряду других.

Успех нацистов на выборах 1930 г. дал повод канцлеру Брюнингу начать переговоры с ними о вступлении в его коалиционное правительство. Но хозяева Гитлера считали, что этого делать не стоит. В рождественском номере 1930 г. одной из влиятельных германских газет был помещен вопрос “Как вы расцениваете участие Гитлера в правительстве?” Известный тогда в Германии историк Шюслер, отражая точку зрения подлинных хозяев Гитлера, ответил: “Слишком рано!” Далее он объяснил, что участие нацистов в коалиционном правительстве нерационально, поскольку ослабит нацистскую партию “из-за противоречия между идеей и действительностью”, т.е. между социальной демагогией и реальной политикой, и тем самым затруднит нацистам последующий захват всей полноты власти.

В это же время атташе американского посольства в Берлине Д. Гордон сообщал госсекретарю Г. Стимсону: “Нет никакого сомнения, что Гитлер получил значительную финансовую поддержку от определенных кругов промышленников. Как раз сегодня до меня дошел слух из источника обычно хорошо информированного, что представленные здесь различные американские финансовые круги весьма активно действуют в том же направлении.

Осенью 1930 в США побывал председатель рейхсбанка Германии Шахт, обсуждавший со своими американскими коллегами детали предстоящего прихода Гитлера к власти.

Спустя год, 11 октября 1931 г., в городе Гарцбурге состоялось совещание видных германских банкиров и промышленников совместно с представителями высшей аристократии и генералитета. На совещание был также приглашен Гитлер. Шахт довел до сведения присутствующих мнение американцев о необходимости установления в стране диктатуры нацистской партии.

Дальнейшие события развивались сравнительно неторопливо вплоть до мая 1932 г., когда СССР объявил о выполнении первого пятилетнего плана и завершении в основном процесса индустриализации. Кроме этого объявления существовали и объективные данные, показывавшие американцам, что их надежды на возможный провал первой пятилетки не оправдались.

С 16 июня по 9 июля 1932 г. в Chвteau d"Ouchy проходила Лозаннская конференция, больше известная как “Конференция по репарациям”. На ней предстояло найти решения серьезных экономических и финансовых проблем, сотрясавших мировую экономику начиная с “черного четверга” в 1929 г. В начале лета 1932 г. Германия снова начала вызывать беспокойство у западных держав, и все внимание было обращено на ее представителей -- барона Константина фон Нейрата и канцлера Франца фон Папена. Конференция определила сумму покрытия  репараций, наложенных на Германию после  Первой   мировой  войны, в три миллиарда марок, уменьшив  германский  военный долг более чем на 93 млн. После выплаты этой суммы, что должно было произойти до 1935 г., Германия могла считать себя совершенно свободной от своих долгов. Но после прихода к власти Гитлера в 1933 г. стало ясно, что эти репарационные долги никогда не будут выплачены.

Более того, в 30-е же годы Германия (помимо того, что она добилась отмены репараций) в одностороннем порядке изменила порядок обслуживания также и крупных негосударственных долгов, установив новые, дифференцированные в зависимости от того, кто должник, условия обслуживания этих долгов, резко сократив в результате затраты на обслуживание внешнего долга. И это также тогда сошло с рук.

Либеральное отношение к должникам, откладывающим платежи по долгам, в одностороннем порядке понижающим размеры процента по кредитам и, наконец, вообще отказывающимся платить долги в 30-е годы, явилось результатом понимания того, что в первой половине 30-х годов возникла ситуация, при которой:

1) платежи межгосударственных долгов препятствовали нормализации торгового оборота и экономической жизни в международных масштабах;

2) они же, способствуя существенному углублению кризиса в странах-должниках, создавали ситуацию, при которой кризис из этих стран перебрасывался во внешнее экономическое пространство.

Сутью содержания германо-американских отношений с 1890 по 1945 г. было стратегическое и экономическое столкновение между двукратной попыткой германского "рейха" после Бисмарка изменить свое полугегемонистское положение в центре Европы, стать мировой державой среди мировых держав и ответным стремлением США удержать Германию в положении срединного демократического государства в Европе. Духовное, моральное и политическое столкновение между демократией и национал-социализмом было неразрывной составной частью этого конфликта. Выход Америки на уровень ведущей мировой державы в 1945 г. и утверждение "мира по-американски" ("Pax Americana") в послевоенное время были следствием двойного германского вызова.

В конце мая 1932 г. под давлением германских банкиров и аристократии, объединенных в так называемый “Клуб господ”, ушло в отставку правительство Брюнинга и ему на смену пришло правительство Папена, формально не нацистское, но по сути профашистское, призванное непосредственно подготовить приход нацистов к власти. В середине ноября 1932 г. 17 крупнейших банкиров и промышленников направляют президенту Гинденбургу письмо с требованием назначить Гитлера рейхсканцлером. С этим же требованием в это же время к Гинденбургу дважды обращался бывший наследный принц кайзеровской Германии. 4 января 1933 г. на вилле банкира Шредера близ Кельна состоялось очередное совещание германских финансистов, на котором было решено привести Гитлера к власти в течение ближайших нескольких недель, что и было сделано в конце января 1933 г.

Одновременно с установлением к концу января 1933 г. национал-социалистического режима в Германии был установлен национал-социалистический режим и в самих Соединенных Штатах Америки в лице президента Рузвельта и его “Нового курса”.

За несколько месяцев до официального вступления Рузвельта в должность члены администрации усердно изучали опыт режима Муссолини в Италии. В последствии бывший до Рузвельта президентом США Гувер, ознакомившийся с пакетом документов “Нового курса”, вспоминал: “Я пытался объяснить им, что это чистый фашизм, что это простая переделка “корпоративного государства” Муссолини”.

И действительно, между политикой “Нового курса” Рузвельта в США и Гитлера в Германии было поразительно много общего. Небывалая до этого при капитализме степень вмешательства государства в экономику, создание из безработных трудовых армий, выполняющих крупномасштабные строительные работы общегосударственного значения, главным образом по строительству дорог, уничтожение психбольных в Германии и их стерилизация в США.

Единственным отличием было сохранение в США многопартийности и формальной демократии.



biofile.ru

Германия после Версальского договора

18 января 1919 г. в Париже открылась мирная конференция 27 союзных и присоединившихся государств, посчитавших, что окончание Первой мировой войны должно быть оформлено официально. Будущую судьбу Германии победители решали без ее участия. Немецких представителей пригласили только в конце заседаний, чтобы вручить им текст договора, который Германия могла или принять, или отклонить. До этого веймарское правительство, поскольку Германия стала демократической республикой, рассчитывало на мирный договор с некоторыми территориальными потерями и умеренной контрибуцией.

Иллюзии развеялись, когда 7 мая победители объявили свои условия. Немцы готовились к худшему, но такого не ожидал никто. Требуемые территориальные уступки превышали самые пессимистические предположения. Германия теряла все колониальные владения. Эльзас-Лотарингия возвращалась Франции, Северный Шлезвиг — Дании (после плебисцита). Бельгия получила округа Эйпен и Мальмеди и область Морене, где 80% населения были немцами. Новое Польское государство получило основную часть провинции Познань и Западной Пруссии, а также небольшие территории в Померании, Восточной Пруссии и Верхней Силезии. Чтобы обеспечить Польше выход к морю, в районе устья реки Висла был создан коридор, отделивший Восточную Пруссию от остальной Германии. Немецкий Данциг был объявлен «вольным городом» под верховным управлением Лиги Наций, а угольные шахты Саарской области были временно переданы Франции. Левобережье Рейна оккупировали войска Антанты, а на правом берегу была создана демилитаризованная зона шириной в 50 километров.

В целом Германия теряла 13,5% территории (73,5 тыс. квадратных километров) с населением в 7,3 млн. человек, из которых 3,5 млн. человек были немцами. Эти потери лишали Германию 10% ее производственных мощностей, 20% объемов добычи каменного угля, 75% запасов железной руды и 26% выплавки чугуна. Реки Рейн, Эльба и Одер объявлялись свободными для прохода иностранных судов. Германия была обязана передать победителям почти весь военный и торговый морской флот, 800 паровозов и 232 тыс. железнодорожных вагонов. Общий размер репараций должна была позднее определить специальная комиссия, а пока Германия обязывалась уплатить странам Антанты контрибуцию на сумму 20 млрд. золотых марок в основном в виде угля, скота (в том числе 140 тыс. молочных коров), различной продукции химико-фармацевтической промышленности, в том числе красителей. Суровость условий договора образно объяснил французский премьер-министр Ж. Клемансо, пообещавший своему народу, что «боши заплатят все до последнего гроша». В то же время британский министр У. Черчилль едко заметил, что «экономические статьи договора были злобны и глупы до такой степени, что становились явно бессмысленными».

Версальский договор практически разоружал Германию. Ее армия не должна была превышать 100 тыс. добровольцев, зачисляемых на долгосрочную службу, а флот — 16 тыс. человек. Германии запрещалось иметь самолеты, дирижабли, танки, подводные лодки и суда водоизмещением более 10 тыс. тонн. Ее флот мог включать 6 легких броненосцев, 6 легких крейсеров, а также по 12 эсминцев и торпедных катеров. Такая армия была пригодна для полицейских акций, но не для обороны страны. Кроме того, 895 немецких офицеров во главе с самим кайзером были объявлены военными преступниками, подлежащими выдаче. Впрочем, союзники не особенно настаивали на выполнении этого требования, отлично сознавая его нереальность, поскольку такого в истории еще не было.

Наконец, 231-я статья Версальского договора возлагала на Германию и ее союзников полную и единоличную ответственность за развязывание Первой мировой войны.

Немецкая сторона единодушно отвергла эти жесткие условия. Рейхсканцлер Ф. Шейдеман официально заявил об отказе от подписания договора, если в него не будут внесены существенные изменения. Но союзники настаивали на безоговорочном выполнении своих требований. Заявив, что «пусть отсохнет рука, подписавшая такой договор», Шейдеман подал в отставку. Кабинет министров покинули и представители от Немецкой демократической партии (НДП). Новое правительство сформировал социал-демократ Г. Бауэр, занимавший до этого пост министра труда.

В условиях продолжающейся блокады страны и под давлением угрозы со стороны победителей, что они возобновят военные действия, если Германия не примет предложенные условия, большинство депутатов Национального Собрания согласились на подписание договора.

28 июня в Версаль приехали два полномочных представителя Германии — министр иностранных дел Г. Мюллер (СДПГ) и министр почты и транспорта И. Белль (партия «Центр»). Церемония подписания договора проходила в том самом Зеркальном зале Версальского дворца, где в январе 1871 г. была провозглашена Германская империя. Как тогда, так и теперь Версаль стал символом триумфа победителя и унижением побежденного, который должен не только платить, но и пресмыкаться перед победителем. Известный философ и историк Э. Трёльч отмечал, что «Версальский договор — это воплощение садистски-ядовитой ненависти французов, фарисейски-капиталистического духа англичан и глубокого равнодушия американцев».

Но при всей тяжести экономических последствий Версальского договора не они повлияли на дальнейшую судьбу Веймарской республики, а то, что в Германии возобладало чувство унижения, которое способствовало появлению настроений национализма и реваншизма. В Версале британский премьер-министр Д. Ллойд Джордж пророчески заявил, что главная опасность заключаемого договора в том, что «мы толкаем массы в объятия экстремистов».

Среди победителей имелись различные мнения относительно будущего Германии. Франция, прежде всего ее генералитет, требовала вновь раздробить Германию на множество мелких государств и поддерживала любые сепаратистские выступления. Американцы склонялись к тому, чтобы безо всяких оговорок признать демократическую Веймарскую республику. Но был избран третий путь, фактически разрушительный. По Версальскому договору Германия осталась единым государством, но беспомощным в военном отношении, экономически разоренным, политически униженным. Такое решение не отличалось дальновидностью. Для того чтобы уничтожить Германию, договор был слишком мягким, для того чтобы просто наказать ее — слишком унизительным.

С немецкой точки зрения, договор был «Версальским диктатом» победителей. Большинство населения восприняло демократию как чужеземный порядок, навязанный западными странами. Роковым стало то, что борьба против Версаля означала и борьбу против демократии. Политических деятелей, которые призывали к сдержанности и компромиссу с Западом, немедленно обвиняли в позорной слабости, а то и в предательстве. Это и была та почва, на которой в итоге вырос тоталитарный и агрессивный нацистский режим.

9 июля 1919 г. Национальное Собрание ратифицировало Версальский договор («за» было подано 208 голосов, «против» — 115), а 10 января 1920 г. он вступил в силу.

Во второй половине 1919 г. казалось, что Веймарская республика упрочила свое положение. Спала волна революционных выступлений, начался некоторый экономический подъем, снизилось число безработных, голод «смягчили» поставки американского продовольствия. Но республике угрожала теперь опасность не слева, а справа. Унизительное бремя Версаля, нерешенные экономические проблемы, безрадостная повседневность вели к серьезным изменениям в настроении людей, которые все внимательнее прислушивались к агитации националистов.

Требуемое союзниками сокращение вооруженных сил прежде всего касалось фрейкоровцев, которые упорно сражались в Силезии против поляков, а в Латвии — против советской Красной армии. Теперь они не без основания считали, что презираемое ими республиканское правительство просто предало их, распорядившись расформировать фрейкор.

В ответ фрейкоровцы начали готовить военный переворот, который возглавил крупный восточнопрусский землевладелец В. Капп, игравший в 1917 г. видную роль в Отечественной партии. Среди руководителей заговора, получившего название Капповский путч, были также командующий берлинским военным округом генерал В. Лютвиц, бывший глава берлинской полиции Т. Ягов и капитан В. Пабст — организатор убийства К. Либкнехта и Р. Люксембург. Тесную связь с ними поддерживал генерал Э. Людендорф, который, однако, предпочитал оставаться в тени. За спиной капповцев стояли также крупные рейнско-вестфальские промышленники и банкиры.

10 марта 1920 г. Лютвиц вручил президенту Ф. Эберту ультиматум, требуя роспуска Национального Собрания, перевыборов президента, отказа от сокращения армии, передачи вооружений Антанте. Лютвиц мотивировал требования тем, что армия и фрейкор необходимы для борьбы против большевизма. Эберт отверг ультиматум и предложил генералу добровольно подать в отставку. Но когда через три дня правительство решилось на арест заговорщиков, то оказалось, что в его распоряжении нет сил, способных выполнить такой приказ.

Хотя командующий рейхсвером генерал В. Рейнхардт стоял на стороне правительства, войска подчинялись не его приказам, но распоряжениям начальника общевойскового управления, а фактически начальника штаба рейхсвера генерала X. Секта, имевшего большой авторитет у военных. Сект открыто заявил президенту, что «солдаты в солдат стрелять не будут», а правительство должно поискать себе других защитников. Президенту и кабинету министров не оставалось ничего другого, кроме бегства сначала в Дрезден, а оттуда в Штутгарт.

Сумрачным ранним утром 13 марта 1920 г. в Берлин вошла главная ударная сила путчистов — морская бригада капитана 2-го ранга Г. Эрхарда. На касках солдат этой части красовалась свастика. Не встретив никакого сопротивления, бригада расположилась лагерем в центре столицы, у Бранденбургских ворот. Здесь Эрхарда приветствовали Капп, Лютвиц и Людендорф, вышедший «подышать свежим воздухом». Путчисты объявили о создании нового правительства во главе с Каппом, ввели осадное положение и закрыли все оппозиционные газеты.

Президент и правительство вместе с профсоюзами призвали население к защите республики и всеобщей забастовке. После некоторых колебаний их поддержали и коммунисты. Забастовка, в которой участвовали более 12 млн. человек, парализовала всю страну. Не работали транспорт, промышленные предприятия, электростанции, коммунальные службы, закрылись все учебные заведения и большинство магазинов, перестали выходить газеты. Берлинское чиновничество скрыто саботировало распоряжения руководителей путча, которые к тому же просто не знали, что делать дальше.

Когда до Каппа дошли сведения о том, что в ряде частей берлинского гарнизона назревает недовольство мятежом, глава правительства, испугавшись, бросил своих соратников на произвол судьбы и 17 марта бежал в Швецию. Генерал Лютвиц спешно выехал в Венгрию, где и скрывался в течение пяти лет. Путч потерпел полный крах.

Но он повлек за собой одно значительное последствие. Всеобщая забастовка приобрела такой размах, что пробудила у коммунистов надежду на новый революционный подъем. Созданная в Руре Красная армия, которая насчитывала до 80 тыс. вооруженных рабочих, разбив путчистов, взяла под свой контроль район восточнее Дюссельдорфа.

Чтобы овладеть положением, Эберт был вынужден призвать на помощь именно тех людей, которые неделей раньше отказали ему в защите. Генералу Секту, ставшему командующим армией, даются диктаторские полномочия и поручается навести порядок. В Рур были введены участвовавшие в капповской авантюре части фрейкора. Теперь им было на ком выместить свое озлобление. В начале апреля 1920 г. восстание было подавлено.

Еще до окончания боев в Руре Эберт заменил скомпрометировавшее себя беспомощностью правительство Бауэра и 27 марта назначил рейхсканцлером Г. Мюллера. Не сумевший удержать генерала Лютвица под своим контролем Г. Носке покинул правительство. Новым военным министром стал О. Гесслер, представитель правого крыла НДП.

Казалось, что перед Веймарской республикой открываются прекрасные шансы для консолидации. Но выборы в рейхстаг 6 июня 1920 г. стали для нее катастрофой. Все три партии веймарской коалиции понесли сокрушительные потери. Прежде всего полное поражение потерпела НДП, беспомощность лидеров которой не прошла для партии даром. Теперь за нее проголосовали лишь 2,33 млн избирателей, а потому у демократов оказалось в парламенте лишь 36 мест. Партия «Центр» получила в рейхстаге 64 мандата. Около половины избирателей потеряла Социал-демократическая партия Германии (СДПГ), которая имела теперь 102 депутатских места. Ее прежние сторонники перешли в ряды избирателей Независимой социал-демократической партии Германии (НСДПГ), увеличившей число своих представителей в рейхстаге до 84. Чуть более полумиллиона избирателей отдали свои голоса Коммунистической партии Германии (КПГ), получившей 4 мандата.

Общий крен настроений вправо отразил успех Баварской народной партии (БНП), Немецкой народной партии (ННП) и Немецкой национальной народной партии (НННП). Баварцы, получив более 1 млн. голосов, приобрели в парламенте 21 депутатское место. Число избирателей ННП возросло до 3,9 млн. человек, что принесло партии 65 мест. Националисты провели в парламент 71 депутата и стали сильнейшей буржуазной фракцией.

В ситуации, когда веймарская коалиция получила 205 депутатских мест из 452, СДПГ ушла в оппозицию, уступив дорогу первому чисто буржуазному правительству (в него вошли также министры от ННП и националистов) во главе с лидером партии «Центр» К. Ференбахом.

После выборов 1920 г. республиканским партиям ни разу не удалось получить большинство мест в рейхстаге. У них оставалось две возможности — либо вступать в коалицию с антидемократическими партиями, либо создавать правительство меньшинства, которое попадало бы в зависимость от позиции их противников в парламенте.

После долгих расчетов и переговоров проблема репараций была, наконец, решена. Первоначальный баснословный счет в 265 млрд. золотых марок, выставленный Германии победителями, постепенно уменьшился до 200 млрд. марок.

1 марта 1921 г. в Лондоне министр иностранных дел Германии В. Симоне потребовал установить общую сумму репараций в 30 млрд. марок. Он заявил, что страна уже передала союзникам имущества на сумму в 21 млрд. марок. Но репарационная комиссия, тон в которой задавала Франция, оценила это имущество всего в 8 млрд. марок. Берлин соглашался выплатить 30 млрд. марок в течение 30 лет при условии предоставления международного займа в 8 млрд. марок, прекращения завышенного налогообложения немецкого экспорта и возвращения Германии Верхней Силезии, занятой в это время французскими войсками.

Резко отклонив предложения Симонса, союзники предъявили Германии требование принять до 7 марта их условия. Поскольку немецкое правительство не ответило на ультиматум в установленный срок, 8 марта войска Антанты заняли Дуйсбург, Дюссельдорф и речной порт Рурорт, а также установили на Рейне свои таможенные посты, обложив германский экспорт налогом в 50% его стоимости.

Закулисные переговоры об урегулировании конфликта завершились тем, что 5 мая в Лондоне была определена окончательная сумма репараций в 132 млрд золотых марок, которую Германия должна была выплатить в течение 37 лет. Первый же миллиард марок она была обязана внести в ближайшие 25 дней. В противном случае союзники пригрозили оккупировать всю Рурскую область, а Франция тут же объявила частичную мобилизацию.

Немецкое правительство погасило назначенную сумму, выбросив на мировые валютные биржи 50 млрд. свеженапечатанных банкнот, что привело к резкому падению курса марки.

Еще накануне вручения ультиматума, 4 мая 1921 г., правительство К. Ференбаха, которое покинули министры от Немецкой народной партии (ННП), ушло в отставку. Тяжелая задача выполнения западных требований легла на плечи нового кабинета министров. Его возглавили два самых одаренных политика веймарского периода. Лидер левого крыла партии «Центр» Й. Вирт стал рейхсканцлером, президент крупнейшего электротехнического концерна АЭГ, член руководства Немецкой демократической партии (НДП) В. Ратенау через некоторое время занял пост министра иностранных дел. В правительство вошли и четыре социал-демократа, включая вице-канцлера Г. Бауэра Ратенау отлично сознавал, что нет никакой альтернативы выполнению ультиматума союзников, в решимости которых у него не было ни малейших сомнений, тем более что премьер-министром Франции в начале 1922 г. стал Р. Пуанкаре, отличавшийся жесткостью проводимой политики и ярой враждебностью к Германии. Он немедленно обвинил немецкое правительство в том, что оно сознательно обесценивает марку, а потому за Германией следует установить строгий финансовый контроль.

Зная жесткость Пуанкаре, Ратенау сделал решительный шаг. Когда в апреле 1922 г. в Генуе открылась международная конференция по экономике и финансовым вопросам, Ратенау принял после согласования с Виртом предложение советского наркома иностранных дел Г. В. Чичерина заключить с Россией мирный договор, предусматривающий установление дипломатических и торговых отношений и отказ от взаимных претензий. Заключение 16 апреля в Рапалло, курортном городке близ Генуи, этого договора обеспокоило западных политиков. Рапалльский договор вывел из международной изоляции Россию и Германию, которых свел вместе бойкот со стороны остальных европейских государств.

Политика выполнения версальских обязательств и примирения с прежними врагами, проводимая Виртом и Ратенау, приводила в ярость правых экстремистов, перешедших к открытому террору. 26 августа 1921 г. два бывших морских офицера, ставших членами террористической организации «Консул», убили в Грисбахе (Шварцвальд) М. Эрцбергера, подписавшего Компьенское перемирие. А когда Ратенау стал министром иностранных дел, одна из правых газет негодовала по поводу того, что отстаивать интересы Германии на мировой арене поручено еврею, назначение которого является «абсолютно неслыханной провокацией».

Утром 24 июня 1922 г., когда Ратенау ехал на работу в открытом лимузине, его нагнала машина с тремя боевиками из «Консула». Один из террористов бросил гранату, а другой несколько раз выстрелил в министра. Через несколько часов Ратенау скончался.

Убийство министра иностранных дел потрясло страну. Во всех крупных городах прошли массовые демонстрации с требованием активной борьбы против террора. 25 июня рейхсканцлер Вирт произнес в рейхстаге знаменитую речь, которая заканчивалась получившими широкий резонанс словами: «Враг стоит справа!» 18 июля после долгих и ожесточенных дебатов рейхстаг принял закон «О защите республики», который вводил смертную казнь за политические убийства.

После смерти Ратенау рейхсканцлер пытался спасти положение, предложив создать коалицию всех крупных партий. Но его план провалился из-за нежелания социал-демократов и националистов сотрудничать между собой. В этой атмосфере вражды и взаимных обвинений Вирт 14 ноября 1922 г. подал в отставку.

Ситуация требовала нового руководства и новых идей, но устраивающего всех кандидата в рейхсканцлеры не было. Потребовалось вмешательство президента Ф. Эберта, который 22 ноября поручил формирование правительства беспартийному директору судоходной компании ГАПАГ В. Куно, административные способности и энергия которого были широко известны. Такой выбор Эберта показал, что у него появились сомнения в отношении дееспособности парламентской системы.

Куно рассчитывал на поддержку промышленников и банкиров, но те не желали поступаться даже малейшими своими интересами и требовали ликвидации всех социальных благ, завоеванных рабочими в дни Ноябрьской революции 1918 г. Новый рейхсканцлер оказался не слишком компетентным политиком. Когда стало очевидно, что под предлогом задержки Германией поставок леса и угля в счет репараций Франция готовится оккупировать Рур, Куно решил обратиться к союзникам с требованием пятилетнего моратория на репарационные платежи. Глава правительства Германии заявил, что его страна готова уплатить 20 млрд. марок, если получит международный заем, а Франция выведет свои войска с территорий, занятых ею в марте 1921 г.

Но было уже поздно. Еще 26 декабря 1922 г. репарационная комиссия под нажимом Парижа признала, что Германия не выполняет своих обязательств. Через две недели с этим согласились правительства Франции, Италии и Бельгии, а еще через два дня девять французских и бельгийских дивизий вступили в Рурскую область.

Оккупация Рура лишила Германию 7% ее территории с населением в 3 млн. человек, 70% добычи каменного угля, 54% выплавки чугуна и 53% стали. Промышленность Рура, где было занято около четверти всех индустриальных рабочих Германии, оказалась парализована.

Немецкое правительство не приняло на этот случай никаких мер предосторожности, поскольку рейхсканцлер В. Куно до последней минуты был убежден в том, что какое-нибудь обстоятельство остановит действия Р. Пуанкаре. Когда французская оккупация все же началась, кабинет министров, в заседании которого приняли участие президент Ф. Эберт, командующий рейхсвером X. Сект и бессменный министр-президент Пруссии социал-демократ О. Браун, принял решение об организации пассивного сопротивления. 13 января 1923 г., выступая в парламенте, рейхсканцлер заявил, что Германия прекращает репарационные платежи Франции и Бельгии, и призвал население Рура к бойкоту всех распоряжений оккупационных властей и отказу от уплаты налогов. В результате были прекращены поставки угля и леса во Францию и Бельгию, которым так и не удалось наладить работу угольных шахт. Фактически оккупация Рура обошлась Франции очень дорого, так как добыча угля в Рурском бассейне упала до минимума. Если в 1922 г. Германия поставила в счет репараций 11,46 млн. тонн угля и кокса, то в 1923 г. даже под угрозой репрессий из Германии было вывезено всего 2,37 млн. тонн угля.

Курс пассивного сопротивления встретил широкую поддержку партий и профсоюзов. Что же касается Коммунистической партии Германии (КПГ), ставшей после объединения с левыми «независимцами» массовой партией, то она выдвинула лозунг «Бейте Пуанкаре и Куно в Руре и на Шпре!», который, по сути, раскалывал общий национальный фронт сопротивления оккупантам.

Войска Франции (на треть состоявшие из негров, что должно было еще сильнее унизить немцев) ответили на рост саботажа и забастовочного движения усилением репрессий. 31 марта 1923 г. французские солдаты заняли крупповский завод в Эссене. В ответ на требование рабочих покинуть территорию завода солдаты открыли огонь. Были погибшие и раненые. Но оккупационные власти обвинили в побоище не французских офицеров, устроивших его, а руководителей и служащих завода. Сам Г. Крупп в мае был приговорен к штрафу в 100 млн. марок и пятнадцати годам тюрьмы, из которых он, впрочем, отсидел всего семь месяцев. Сопротивление немецких железнодорожников французы попытались сломить другим путем. В первом полугодии 1923 г. более 5000 семей рабочих и служащих выселили из их жилищ, более 4000 человек были высланы из Рура.

Свирепость оккупационных властей дала праворадикальным силам повод к переходу от пассивного сопротивления к активному противодействию. В марте и апреле 1923 г. особая команда устроила ряд взрывов на рурских железных дорогах. Входивший в нее бывший лейтенант балтийского фрейкора А. Шлагетер был арестован и по приговору французского военного суда в Дюссельдорфе расстрелян. Это возмутило всю Германию, причем самые резкие протесты заявили коммунисты, а член ЦК ВКП(б) и Исполкома Коминтерна К. Радек, главный советский эксперт по Германии, назвал Шлагетера «мужественным солдатом контрреволюции», который «заслуживает всяческого уважения».

С июня 1923 г. правительство Куно практически уже не контролировало положение в стране. Политика пассивного сопротивления не оправдала надежд рейхсканцлера на прекращение оккупации, а ее продолжение грозило развалить государство. При прямой поддержке Франции в Ахене и Кобленце была провозглашена Рейнская республика, а в Шпейере — Пфалъцская республика. Осенью между оккупированной территорией и остальной Германией была создана таможенная граница.

Внутреннее положение Германии становилось все более неустойчивым. Летом 1923 г. по стране прокатилась волна забастовок. Сначала прекратили работу 100 тыс. берлинских металлистов, затем крупные волнения начались среди сельских рабочих. Появилась реальная угроза повторения событий ноября 1918 г. Видя, что рейхсканцлер не в силах овладеть ситуацией, 11 августа фракция Социал-демократической партии Германии (СДПГ) в рейхстаге отказала ему в доверии. Это стало неожиданностью для Эберта, но президент не захотел защищать человека, которому всего девять месяцев назад доверил пост главы правительства. Впрочем, и сам Куно с облегчением предпочел вернуться в более спокойный мир компании ГАПАГ.

Человеку, пришедшему ему на смену, было суждено стать главным политиком Германии на протяжении последующих пяти лет и последней надеждой немцев на выживание республики. На первый взгляд, Г. Штреземан, казалось, не очень подходил для этой миссии. В кайзеровские времена он поддерживал экспансионистский курс Б. Бюлова, в годы войны принадлежал к числу «аннексионистов» и безоговорочно одобрял действия Верховного командования. Оставаясь монархистом, Штреземан сочувствовал капповскому путчу, хотя позорный крах этой акции убедил его в бесперспективности правого переворота. Его настолько потрясли убийства М. Эрцбергера и В. Ратенау, что он перешел на республиканские позиции.

Став 13 августа 1923 г. главой коалиционного правительства, Штреземан нашел в себе мужество объявить 26 сентября (на следующий день после введения президентом осадного положения в Германии) о прекращении пассивного сопротивления в Руре и возобновлении репарационных платежей. Он потребовал также предоставления правительству чрезвычайных полномочий, которые были ему даны рейхстагом 13 октября. Иного пути выхода из кризиса просто не существовало.

Тяжелейшие экономические последствия войны яснее всего проявились в ужасающем обвале немецкой валюты. Финансовые трудности обнаружились уже в годы войны, когда средства на ее ведение — 164 млрд. марок — добывались главным образом не с помощью прямых и косвенных налогов, а выпуском военных займов (93 млрд. марок), ценных бумаг казначейства (29 млрд. марок) и бумажных денег (42 млрд. марок).

После войны этот курс был сохранен. В 1921 г. вместо значительного повышения налогов на тех, кто был в состоянии платить, правительство фактически существенно сократило их. В результате к 1923 г. дефицит бюджета увеличился до 5,6 млн. марок. Растущие расходы на репарации, на выплату пособий по безработице, на трудоустройство демобилизованных фронтовиков и поддержку населения оккупированного Рура власть стала компенсировать с помощью печатного станка. Уже в октябре 1918 г. денежная масса составляла 27,7 млрд. марок, т. е. в пять раз превышала довоенную, а к концу 1919 г. она возросла до 50,1 млрд. марок. Государственный долг увеличился с 5 млрд. марок в 1913 г. до 153 млрд. марок в 1919 г. Инфляция превратилась из ползучей в галопирующую и стала неуправляемой. Марка стремительно падала. Если в июле 1914 г. курс доллара по отношению к марке составлял 4,2, то в январе 1920 г. — 64,8, в январе 1922 г. — 191,8, а в августе 1923 г. — 4 620 455,0. Абсолютный рекорд был установлен в ноябре 1923 г., когда за 1 доллар давали 4,2 трлн. марок.

Более 300 фабрик изготавливали бумагу для денег. День и ночь в 133 типографиях из-под 1783 прессов бесконечно текли триллионы денежных знаков (отпечатанные обычно только на одной стороне бумажного листа), которые военные развозили затем в огромных коробах по местам выплат.

Марка падала в цене едва ли не каждый час. Если в декабре 1922 г. килограмм хлеба стоил 163 марки, то через год за него платили уже 339 млрд марок. Посетители ресторанов расплачивались за обед заранее, потому что к его концу обед мог подорожать в два-три раза. Даже отапливать помещение было дешевле банкнотами, чем углем. На предприятиях и в учреждениях заработную плату выдавали дважды в день, отпуская после этого персонал на полчаса, чтобы он успел что-нибудь купить. Это был призрачный мир, в котором цена почтовой марки по номиналу была равна довоенной стоимости фешенебельной виллы.

Но в то же время инфляция была выгодна владельцам материальных ценностей. Они брали банковские кредиты и вкладывали средства в промышленные предприятия, недвижимость и т. п. Инвестиции приносили надежную прибыль, а кредит возвращался обесцененными деньгами. Таким способом сколачивались огромные состояния. Самым богатым капиталистом того времени был Г. Стиннес. Он создал гигантскую империю из 1340 предприятий, шахт, рудников, банков, железнодорожных и судоходных компаний, на которых в Германии, Австрии, Венгрии, Румынии трудились более 600 тыс. рабочих.

Свой маленький бизнес делали в период инфляции тысячи мелких спекулянтов и жуликов, которые за бесценок скупали у отчаявшихся людей ценные вещи, картины, драгоценности, чтобы выгодно сбыть их в Голландии или Бельгии за твердую валюту. Скупая запасы продуктов, они затем втридорога продавали их на черном рынке. Все это вело к росту преступности, падению общественной морали, цинизму, который проявлялся в песенках, театральных пьесах и карикатурах. Невиданных размеров достигла проституция. Будущее казалось таким безысходным, что надо было спешить наслаждаться настоящим, если, разумеется, для этого были средства.

Инфляция привела к страшному обнищанию средних слоев и мелкой буржуазии, имевших не материальные ценности, а денежные сбережения, превратившиеся в труху. По сравнению с 1913 г. число лиц, получающих социальное пособие, возросло втрое. Большинство их составляли старики и вдовы, которые в нормальных условиях могли бы спокойно жить на свои пенсии и сбережения.

Мелким торговцам, коммерсантам и ремесленникам, в отличие от Стиннеса, было не так-то легко получить кредит в банке. Они полностью зависели от развития местного рынка и были вынуждены закупать товары, сырье и орудия труда по фантастически высоким ценам. А поскольку в июле 1923 г. был введен государственный контроль за розничными ценами, то мелкие производители потеряли возможность компенсировать затраты повышением цен на свои изделия. Кроме того, именно они несли основное бремя налогов. Инфляция ударила по ним сильнее, чем война.

Рабочие страдали от инфляции меньше, поскольку на ее первой стадии безработица была еще сравнительно небольшой, а заработная плата, благодаря действиям профсоюзов, росла. Но когда с апреля 1923 г. марка стала падать, их положение начало ухудшаться, стремительно увеличивался разрыв между заработной платой и стоимостью жизни. В конце 1923 г. среди организованных в профсоюзы рабочих 23,4% были безработными, а 47,3% — заняты неполный рабочий день с соответственным уменьшением заработной платы и лишь 29,3% рабочих получали плату за полный рабочий день. Профсоюзы, лишившиеся своих денежных накоплений, были бессильны помешать тому, чтобы заключенное в 1918 г. соглашение «О трудовом сотрудничестве» кануло в небытие. Фактически был отменен восьмичасовой рабочий день и на большинстве предприятий его продолжительность составляла десять часов. Рабочие в массовом порядке выходили из профсоюзов, численность которых в 1923 г. сократилась почти вдвое.

Но самыми беззащитными перед инфляцией оказались больные. Взметнувшиеся вверх цены на лекарства и расходы на гонорары врачам сделали медицинское обслуживание недоступным для миллионов людей. И это как раз в то время, когда постоянное недоедание ослабляло человеческий организм и приводило к болезням и эпидемиям, напоминавшим страшные времена «брюквенной зимы» 1916/17 г. В больших городах росла смертность.

Не лучше было и положение детей и подростков. В Берлине в 1923 г. в народных школах 22% мальчиков и 25% девочек имели рост и вес гораздо ниже нормального для их возраста. Постоянно увеличивалось число серьезно больных детей. Так, в берлинском районе Нойкельн до войны детей, больных туберкулезом, насчитывалось 0,5%, а в 1922 г. — 3,2%; до войны в районе Берлин-Шенеберг болели рахитом 0,8% школьников, а в 1922 г. — 8,2%.

Нации начинало угрожать вымирание. Потерявшие надежду люди во всем обвиняли республику. Но эти проблемы были прежде всего следствием проигранной войны, условий Версальского договора и безответственной и эгоистичной позиции крупных промышленников и аграриев, резко протестовавших против любой попытки увеличить налоги на имущество.

К общему изумлению, рейхсканцлеру Г. Штреземану удалось жесткими мерами подавить рост инфляции, не прибегая при этом к иностранным кредитам. 15 ноября 1923 г. была введена новая рентная марка, приравненная к 1 млрд. бумажных денежных знаков. Поскольку государство не имело достаточного золотого запаса, то стабильность новой марки обеспечивалась всей продукцией промышленности и сельского хозяйства. Землевладение, торговля, банки и промышленность были обложены ипотекой в 3,2 млрд. рентных марок. Для этого банк выпустил в обращение 2,4 млрд. новых банкнот, которыми кредитовалась экономика. Эксперимент удался, но, помимо инфляции, в 1923 г. республика столкнулась и с другими проблемами и трудностями.

В 1923 г. Веймарская республика находилась на грани не только экономического краха, но и политического переворота. Сначала правительство едва избежало повторения капповского путча. Еще в феврале 1923 г. перед лицом французской угрозы было принято решение создать тайную резервную армию — «черный рейхсвер». Официально эти части именовались трудовыми командами и проходили военную подготовку в различных гарнизонах регулярной армии. К сентябрю в этих командах насчитывалось до 80 тыс. человек. Четыре трудовые команды располагались в Кюстрине, недалеко от Берлина. Они подчинялись майору Б. Бухрукеру, у которого было больше энергии, чем здравого рассудка, и которому не терпелось пустить свои военизированные соединения в дело.

Бравый майор внушил себе, что если он совершит марш на Берлин и разгонит правительство, то рейхсвер во главе с X. Сектом окажет ему поддержку, поскольку из окружения шефа армии к Бухрукеру поступали сведения о якобы сочувственном отношении генерала к заговору. Однако, когда в ночь на 1 октября 1923 г. части Бухрукера захватили три форта восточнее Берлина, Сект отдал приказ силам регулярной армии окружить путчистов, которые быстро сдались. Об этом мини-путче, может быть, и не стоило бы упоминать, но он стал показателем общей неустойчивой политической ситуации, которой грозила опасность быть взорванной скорее слева, чем справа.

Осенью 1922 г. на выборах в ландтаги Саксонии и Тюрингии Коммунистическая партия Германии (КПГ) добилась значительного успеха, усилившего ее воинственный настрой.

Ультралевые руководители берлинской организации КПГ Р. Фишер и А. Маслов начали яростную атаку на осторожную позицию лидера партии Г. Брандлера. Их поддержало руководство Коминтерна, считавшее, что в Германии созданы все условия для социалистической революции.

События в Саксонии и Тюрингии, казалось бы, подтверждали это. В мае 1923 г. социал-демократическое правительство Тюрингии утратило доверие ландтага. Рейхсканцлер возложил ответственность за поддержание общественного порядка на командующего военным округом генерала В. Рейнхардта. Но его неуклюжие попытки взять под контроль политическое положение в Тюрингии привели к обратному результату — сближению социал-демократов и коммунистов.

В Саксонии положение было еще более напряженным. Там Социал-демократическая партия Германии (СДПГ), также потерпев парламентское поражение, заключила союз с КПГ и согласилась ввести рабочий контроль на предприятиях, провести коммунальную реформу и начать формирование вооруженных пролетарских отрядов (сотен). 21 мая 1923 г. премьером стал левый социал-демократ Э. Цейгнер. После падения правительства В. Куно Саксония предпочла активно поддерживать левых. 9 сентября в Дрездене состоялся парад пролетарских сотен, выступая перед которыми ораторы предсказывали скорую борьб

Источники:

1. Патрушев А.И. Германия в XX веке; М.: Дрофа, 2004

См. также:

www.world-history.ru


Смотрите также