Максимальная мобилизация экономики Германии в начале 1943 г. Германия в 1943 году


Максимальная мобилизация экономики Германии в начале 1943 г.

Требования к военной экономике Германии в конце 1942 — первой половине 1943 г. определялись военно-политическими целями руководства гитлеровского рейха, условиями и характером вооруженной борьбы, напряжение которой непрерывно нарастало. Опыт предшествовавших кампаний подсказывал верховному главнокомандованию вермахта (ОКВ), что удержание рубежей, достигнутых летом и осенью 1942 г. на советско-германском фронте, будет сопряжено с большими трудностями, людскими и материальными потерями. Предполагалось, что значительного расхода средств потребуют также развернувшиеся активные военные действия в Северной Африке и на Средиземном море, продолжавшаяся борьба на коммуникациях в Атлантике, отражение налетов англо-американской авиации на территорию Германии. Однако нацисты не предвидели таких потерь, которые имели место в результате поражения вермахта зимой 1942/43 г. События зимней кампании 1942/43 г., особенно на советско-германском фронте, показали, что все расчеты Гитлера и его генерального штаба были построены на песке. Они вынудили немецко-фашистское руководство пересмотреть требования к экономике. По приказу фюрера 13 января 1943 г. была объявлена тотальная мобилизация. Все немцы (мужчины в возрасте от 16 до 65 и женщины от 17 до 45 лет) должны были зарегистрироваться для работ военного назначения. Мероприятия по тотальной мобилизации преследовали цель заменить людей, которых можно было использовать в вооруженных силах и военном производстве, Другими, занятыми в невоенных отраслях хозяйства. Гитлеровцы этим мероприятиям придавали «решающее значение для исхода войны» 1.

Строительство подводных лодок в Германии

Особое значение приобрела проблема перераспределения людских ресурсов, необходимых как для восполнения потерь вермахта, так и для Дальнейшего расширения военного производства, в котором в связи с призывом в армию не хватало квалифицированных рабочих и специалистов. Иодль признавал, что зимой 1942/43 г. обострился конфликт между потребностями вермахта и военной промышленности. ОКБ считало, что Для стабилизации фронтов и подготовки новых операций вооруженным силам необходимо еще 3 млн. человек. До конца марта в ходе осуществления мероприятий по тотальной мобилизации было зарегистрировано около 540 тыс. мужчин (из них 80 процентов от 45 до 65 лет) и 2,6 млн. женщин2.

1 В. Блейер и другие. Германия во второй мировой войне (1939—1945), стр. 245.

2 W. Вlеуег. Staat und Monopole im totalen Krieg. Berlin, 1970, S. 98.

В конце января 1943 г. главное командование сухопутных войск вермахта (ОКХ) разработало план формирования 20 новых дивизий взамен уничтоженных под Сталинградом. Предполагалось в течение 4—5 месяцев мобилизовать в вооруженные силы 800 тыс. человек. Значительную часть призываемых приходилось изымать из военных предприятий. Несмотря на призыв в армию немцев, проживавших в оккупированных странах Европы к лету 1943 г. в вермахт удалось мобилизовать только 600 тыс. человек' В свою очередь, монополии в первом квартале 1943 г. потребовали дополнительно 800 тыс. рабочих. Из торговых, ремесленных, кустарных, промысловых предприятий было высвобождено в военную промышленность 130 тыс. человек. К ним добавились студенты вузов и учащиеся средних специальных учебных заведений. Из-за нехватки рабочей силы свертывали работу многие гражданские отрасли экономики, закрывались некоторые учреждения культуры.

Призыв в вооруженные силы новых контингентов мужского населения Германии стал возможным лишь вследствие массового использования в хозяйстве рейха труда иностранных рабочих и военнопленных. Из оккупированных территорий СССР и других стран Европы были насильственно вывезены дополнительно сотни тысяч людей. Весной 1943 г. в экономике страны (в границах 1939 г.) было занято 30267,5 тыс. немцев (мужчин и женщин) и 6259,9 тыс. иностранных рабочих и военнопленных. Только с октября 1942 г. по май 1943 г. в немецкую экономику было включено 1 138 тыс. иностранных рабочих 1. Особенно широко труд иностранных рабочих и военнопленных применялся в производстве основных видов сырья и материалов, в машиностроении и на металлообрабатывающих предприятиях, а также в сельском хозяйстве.

Одновременно в Германии осуществлялись меры по мобилизации военно-экономических ресурсов, перераспределению промышленных мощностей, запасов сырья, топлива, электроэнергии в интересах военной промышленности. Усиливался процесс централизации военной экономики, контроль над ней передавался предпринимательским организациям.

Процесс принудительного синдицирования экономики Германии, отмечавшийся В. И. Лениным еще в годы первой мировой войны2, имел место и в рассматриваемый период второй мировой войны. Это позволяло гитлеровцам и кучке германских монополистов получать огромные военные прибыли и беспощадно эксплуатировать подавляющее большинство немецкого народа.

Слияние государственного аппарата и предпринимательских организаций привело к тому, что предприниматель воплощал в себе и государственного деятеля, и частное лицо. Воротилы промышленности стали «вождями хозяйства» («виртгпафтсфюрерами»). К ним присоединились и руководящие деятели нацистской партии. К концу 1942 г. 150 крупнейших акционерных обществ (2 процента всего их количества) располагали почти половиной капитала этих обществ. В начале 1943 г. последовало распоряжение Шпеера о слиянии мелких и средних предприятий с крупными 3, что еще более ускоряло и углубляло процесс концентрации экономической мощи в руках крупнейших монополий. Все это наносило чувствительные удары по интересам «среднего сословия», приводило к более быстрой экспроприации мелких собственников, усилению эксплуатации широких масс немецкого народа.

1 ИВИ. Документы и материалы, ф. 239, оп. 98, д. 543, л. 14.

2 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 30, стр. 219; т. 34, стр. 175.

3 И. Файнга р. Очерк развития германского монополистического капитала. М., 1958, стр. 46; В. Блейер и другие. Германия во второй мировой войне (1939— 1945), стр. 248.

Военная экономика Германии, опиравшаяся на ресурсы и промышленный потенциал почти всей капиталистической Европы, не испытывала сколько-нибудь значительных трудностей в обеспечении основными видами сырья и материалов. За счет ресурсов и производственных мощностей оккупированных территорий и стран, а также поставок из союзных и нейтральных государств покрывалось свыше трех четвертей железорудного баланса рейха, полностью — потребности в бокситах и почти полностью — в легирующих металлах (хроме, никеле, вольфраме, титане, ванадии, молибдене). Подавляющая доля спроса на цветные металлы также удовлетворялась за счет ввоза их из оккупированных территорий, союзных и нейтральных стран. Для обеспечения промышленности в 1942 г. было выработано 43,4 млрд. квт-ч электроэнергии, что покрывало потребности производства на 95—96 процентов 1.

Большую роль в немецкой военной экономике играл уголь, служивший основой топливно-энергетического баланса страны и исходным материалом для производства взрывчатых веществ, жидкого горючего и многих других синтетических продуктов. Его добыча увеличилась с 62,5 млн. тонн в первом квартале до 67,7 млн. тонн в последнем квартале 1942 г., а добыча бурого угля — соответственно с 64,1 млн. тонн до 71,1 млн. тонн. За весь 1942 год добыча каменного угля составила 258 млн. тонн, бурого угля — 273 млн. тонн. Прирост добычи шел в первую очередь за счет Австрии, Судетской области, Лотарингии и польской Силезии. Немецкая военная промышленность использовала также уголь, добываемый в оккупированных странах. В то же время Германия экспортировала каменный уголь в Италию, Швецию, Швейцарию и другие страны. Высокий уровень его добычи сохранялся и в первом квартале 1943 г., когда было добыто 69,2 млн. тонн каменного угля и 69,6 млн. тонн бурого. Однако к концу квартала вследствие затруднений с рабочей силой добыча угля стала падать 2.

В 1942 г. производство жидкого горючего в самой Германии составило 6 350 тыс. тонн. Импорт и прямые передачи вермахту нефти и нефтепродуктов, подавляющая часть которых приходилась на Румынию и Венгрию, составили 2,8 млн. тонн. Поставки из Румынии, однако, имели тенденцию к сокращению в связи с дезорганизацией производства. Чтобы покрыть растущие потребности, в Германии и на оккупированных территориях развивалась нефтеперерабатывающая промышленность и производство синтетического горючего.

Военная экономика Германии опиралась на мощную металлургическую базу. В 1942 г. она дала 25,1 млн. тонн чугуна и 32,1 млн. тонн стали. Производство металла росло за счет захваченных Германией стран и областей, в том числе Австрии, Судетской области, западных земель Польши, Лотарингии, Люксембурга, протектората Чехии и Моравии и Польского генерал-губернаторства. В 1942 г. с этих территорий было получено около 10 млн. тонн чугуна и почти 12 млн. тонн стали. Среднемесячное производство чугуна в этом году составило 2,1 млн. тонн, а в первом и втором кварталах 1943 г.— 2,3 млн. тонн. Некоторый подъем наблюдался в выплавке стали. Если в 1942 г. ежемесячно в среднем выплавлялось 2,67 млн. тонн, то в первом и втором кварталах 1943 г.— соответственно 2,98 и 2,85 млн. тонн.

1 G. Janssen. Das Ministerium Speer. Deutschlands Riistung im Krieg, S. 330, 331.

2 ИВИ. Документы и материалы, ф. 239, on. 98, д. 544, л. 2; Промышленность Германии в период войны 1939—1945 гг. Перевод с немецкого. М., 1956, стр. 73; W. В1еуег. Staat und Monopole im totalen Krieg, S. 174.

Однако и такой прирост не удовлетворял растущих потребностей. Увеличилось также производство алюминия: в 1942 г. 420 тыс. тонн, в 1943 г.— 432 тыс. тонн 1.

Подавляющая часть военных и гражданских потребностей в каучуКе покрывалась синтетическим каучуком, производство которого в 1942 составляло 101 тыс. тонн, что несколько превышало его потребление Для выполнения немецких военных заказов в оккупированные и зависимые страны было вывезено 26,5 тыс. тонн синтетического каучука. В то же время Германия получала натуральный каучук из захваченных Японией стран Юго-Восточной Азии и нейтральных государств. В течение 1942 г поступления натурального каучука превысили 34,8 тыс. тонн 2.

Важнейшую роль в развитии военной экономики Германии играло машиностроение, значительная часть мощностей которого была переключена на производство вооружения и боеприпасов. Широко использовались машиностроительные предприятия оккупированных стран; оттуда изымалось станочное оборудование. Поступали станки и из нейтральных государств. Численность станочного парка Германии в конце 1942 г. превысила 2 млн. единиц. Выпуск продукции станкостроения составил в этом году 165,9 тыс. металлообрабатывающих станков и машин, главным образом автоматов, полуавтоматов, тяжелых станков специального назначения и кузнечно-прессового оборудования.

Если после приказа Гитлера от 10 января 1942 г. основной упор делался на выпуск вооружения для сухопутной армии, то последующие события на советско-германском фронте и морских коммуникациях привели к соответствующей корректировке военного производства. В январе 1943 г. на заседании центральной плановой комиссии Шпеер заявил, что для успешного продолжения войны в первую очередь необходимо увеличить производство самолетов, танков, подводных лодок 3.

Самолетостроение в стоимостном выражении продолжало занимать значительную долю, составляя в конце 1942 г. 36,3 процента общей стоимости произведенного вооружения и военных материалов. Всего за 1942 г. авиационная промышленность Германии и присоединенных территорий выпустила 14,7 тыс. военных самолетов всех типов 4, из них 3880 самолетов в последнем квартале. В первом квартале 1943 г. их производство возросло до 5513. Выпускались в серийном производстве бомбардировщики Ю-87, Ю-88, Хе-111, Хе-117, истребители Ме-109е, Ме-109ф и ФВ-190. Меньше строилось бомбардировщиков До-217, ФВ-200, двухмоторных тяжелых истребителей Ме-110. Расширялось производство штурмовика «Хен-шель-129а», предназначавшегося для непосредственной поддержки пехоты и борьбы с танками. Самолет имел бронированную кабину, три 20-мм пушки и два пулемета. В 1942 г. выпуск истребителей в общем производстве самолетов превысил 33 процента, а бомбардировщиков — составил около 30 процентов. Следует отметить, что каждая монополия настаивала на выпуске выгодного ей типа самолетов. Во второй половине 1942 г. военно-воздушные силы фашистской Германии понесли тяжелые потери. Однако возросший объем производства авиационной промышленности позволил не только восполнить их, но и увеличить самолетный парк.

В 1942 г. значительно возросло производство танков, рост продолжался и в 1943 г. В январе Гитлер потребовал довести ежемесячный выпуск

1 По уточненным данным: The Effects of Strategic Bombing on the German War Economy. Washington, 1945, p. 252, 260; Statistisches Handbuch von Deutschland. 1928-1944. Miinchen, 1949, S. 288; G. Janssen. Das Ministerium Speer. Deutsch-lands. Rustling im Krieg, S. 76, 326, 389.

2 Statistisches Handbuch von Deutschland. 1928—1944, S. 312; ИВИ. Документы и материалы, ф. 239, on. 98, д. 543, л. 16.

3 W. Вlеуеr. Staat und Monopole im totalen Krieg, S. 74.

4 Промышленность Германии в период войны 1939—1945 гг., стр. 99, 270.

танков до 1500 машин, а в марте приказал увеличить расходы на танкостроение вдвое. Этой отрасли были предоставлены особые преимущества в обеспечении сырьем, рабочей силой и т. д. Однако новая программа оказалась невыполненной. За первые три месяца 1943 г. бронетанковая промышленность выпустила всего 1737 танков и штурмовых орудий. Это объяснялось трудностями перевода производства с одних типов танков на другие. Если в 1942 г. главное место занимал выпуск танков T-III, то теперь выпускались в основном танки T-IV, с более мощным вооружением. Были пущены в серийное производство танки T-VI («Тигр»), Первые 77 машин этого типа были изготовлены еще в 1942 г.1. В первом квартале 1943 г. их выпуск составил всего 104 единицы. Тогда же были изготовлены первые 77 танков T-V («Пантера»). С весны 1943 г. на базе шасси танков Т-Ш и T-IV выпускались 105- и 150-мм штурмовые орудия, было завершено конструирование самоходного орудия — истребителя танков — «Фердинанд». Промышленность освоила выпуск 88-мм самоходных противотанковых пушек. Новые танки обладали большей броневой защитой и более совершенным вооружением.

На 1 января 1943 г. заметно изменился наличный танковый парк вермахта. Легкий танк типа T-I был снят с вооружения. В действующую армию поступали в основном танки Т-Ш и T-IV, с улучшенным вооружением, в ограниченном количестве новый тяжелый танк T-VI, а с февраля 1943 г. и T-V.

Быстрыми темпами росло артиллерийское производство, где внедрялся поточный метод. В первом квартале 1943 г. выпуск орудий (полевых, противотанковых и танковых) достиг 5171 единицы, зенитных орудий — 9350 2. Производство полевых орудий калибром 75 мм и выше в первом квартале 1943 г. по сравнению с тем же кварталом 1942 г. почти удвоилось. В первой половине 1943 г. производство противотанковой артиллерии по сравнению со вторым полугодием 1942 г. увеличилось более чем в 4 раза, на вооружение стала поступать 75-мм противотанковая пушка с высокой бронепробиваемостью. В первом квартале 1943 г. было выпущено 6123 миномета. Было налажено производство 88-мм мощной зенитной пушки. Германские военные круги стремились добиться качественного превосходства над советской артиллерией.

Уровень производства различных видов легкого пехотного оружия в целом также повысился. Вместо пулемета МГ-34 стал выпускаться более легкий и скорострельный пулемет МГ-42.

В первом полугодии 1943 г. крупные надводные боевые корабли не строились. Программа быстрого ввода в строй малых кораблей также не выполнялась. Основной упор делался на строительство подводных лодок. Их было выпущено 139 единиц. Однако потери в лодках не покрывались.

Производство в Германии основных видов вооружения во втором полугодии 1942 — первом полугодии 1943 г. показано в таблице 37.

Выпуск боеприпасов в весовом выражении в 1942 г. по сравнению с 1940 г. возрос в 1,5 раза. Производство боеприпасов к артиллерийскому и Минометному вооружению калибром 75 мм и выше повысилось за это время в целом в 2,1 раза, в том числе для зенитной артиллерии — в 4,5 раза, танковых и противотанковых пушек — в 3 раза, полевой артиллерии — в 1,6 раза. Особенно значительно увеличилось в начале 1943 г. производство боеприпасов для танковых и противотанковых пушек, которое по сравнению с 1940 г. возросло в 10 раз 3.

1 По уточненным данным: В. Muller-Hillebrand. Das Heer 1933 — 1945. Bd. III, Anhang В «Fertigung».

2 Bundesarchiv (Koblenz), R 3/1729, Bl. 8-12.

3 «Nachrichtendes Reichsministers fur Rustungund Kriegsproduktion», 1945, № 54, s- 559, 561—562.

 

Таблица 37. Производство основных видов вооружения, боевой техники и боеприпасов в Германии во втором полугодии 1942 — первом полугодии 1943 г.
Вооружение, боевая техника и боеприпасы 2-е полугодие 1942г 1-е полугодие 1943г.
январь февраль март апрель май июнь Итого
Винтовки и карабины (тыс.) 685,1 116,7 127,8 161,1 175,2 181,1 193,9 955,8
Автоматы (тыс.) 115,8 17,8 16,2 20,4 21,6 22,6 22,1 120,7
Пулеметы (тыс.) 58,7 15,6 14,7 19,6 16,5 17,8 21,6 105,8
Орудия 20300 4273 5121 5127 4984 6584 5950 32039
    из них 75-мм и выше 7150 1996 2039 2479 2618 3516 2937 15585
Минометы 4890 1752 2066 2305 2490 2337 2096 13046
Танки и штурмовые орудия 3094 527 563 647 693 1205 906 4541
Самолеты 7350 1495 2002 2166 2095 2194 2311 12263
    из них боевые 5704 1249 1754 1856 1800 1856 1964 10449
Снаряды и мины (млн. шт.) 65,1 16,4 16,8 17,7 16,9 19,1 17,4 104,3
Автомашины грузовые 40638 9606 8160 10595 9538 9175 9899 56973
Подводные лодки 119 22 21 27 23 22 24 139

Срыв агрессивных планов вынуждал гитлеровское руководство искать новые средства разгрома противников. Одним из них оно считало создание ракетного и ядерного оружия. Организованные ядерные исследования в Германии («Урановый проект») начались еще в сентябре 1939 г., и их первый этап продолжался до марта 1943 г. Руководство «Урановым проектом» осуществляло главное командование армии, которое привлекло к работам практически все физические, физико-химические и физико-технические институты страны, а также крупнейшие монополии «ИГ Фарбенин-индустри», Дегусса и др.

Исследования в области «Уранового проекта» не были пустым прожектерством — в Германии имелись для этого необходимые научно-технические и экономические условия, кадры ученых и запасы уранового сырья. Особенно важной предпосылкой для развертывания работ являлось наличие в стране в 1940—1941 гг. свободных от военного производства промышленных мощностей, так как к этому времени был создан большой запас вооружения, боеприпасов и техники для ведения боевых действии. Работы по проекту велись в двух основных направлениях: получение ура-на-235 и постройка атомного реактора для получения плутония. Первому из этих направлений отдавалось предпочтение, поскольку вначале считалось, что это единственный путь к созданию ядерного оружия. Военное руководство полагало, что для решения проблемы достаточно будет девяти месяцев. Однако настойчивые попытки получить уран-235 и построить атомный реактор с малым количеством урана-238 закончились безуспешно, так как не были подкреплены научно-техническими проработками и не обеспечивались необходимыми материалами, в частности металлическим ураном. Неудачи обусловили временный кризис «Уранового проекта».

1 Составлена по: Bundesarchiv (Koblenz), R 3/1729, BI. 2—20- В. Mii11er-Hi11ebrand. Das Heer 1933—1945, Bd. Ill, S. 275,

Для его преодоления был расширен круг исследований, и ученые пришли к выводу, что в качестве ядерного заряда можно использовать плутоний («элемент 94»), который должен образоваться в атомном реакторе. На этой основе в конце 1941 г. была разработана новая концепция создания атомного оружия. Предлагалось из-за чрезвычайной технической сложности резко сократить работы, связанные с ураном-235, а все усилия сосредоточить на создании атомных реакторов («программа Гейзенберга») 1.

Под влиянием неудач на фронтах в начале 1942 г. интерес нацистского руководства к ядерному оружию возрос. Предпринимались настойчивые попытки форсировать работы по его созданию. 4 июня под председательством Шпеера состоялось генеральное обсуждение перспектив создания ядерного оружия. Выступивший с докладом научный руководитель проекта В. Гейзенберг подчеркнул наибольшую перспективность реакторного направления и сделал вывод, что техническая реализация энергии атомного ядра может сыграть решающую роль в военном деле. Немецкие ученые считали, что создать ядерное оружие можно не ранее чем через два года 2. Однако к этому времени Германия лишилась одного из главных условий реализации «Уранового проекта» — свободных промышленных мощностей.

Возраставшие потребности в обычном вооружении, увеличивавшаяся загрузка производственных мощностей текущими военными заказами отразились на темпах работы по созданию ядерного оружия. «Программа Гейзенберга» не получила необходимой поддержки военно-хозяйственного руководства страны, которое по-прежнему направляло исследования в двух направлениях.

Работа продвигалась медленно и с переменным успехом. В начале 1943 г. стало окончательно ясно, что невозможно быстро получить уран-235. Тогда решили передать «Урановый проект» в ведение имперского исследовательского совета. С этого времени в разработке проекта наметился новый этап ядерных исследований. Основная причина неудач реализации проекта на первом этапе заключалась в авантюристической концепции военно-хозяйственного руководства рейха, которое пыталось создать ядерное оружие без фундаментальной научной и инженерной подготовки, ограниченными силами и в нереально короткий срок.

В военной экономике Германии важную роль играли промышленные и сельскохозяйственные ресурсы оккупированных стран. Опираясь на армию и полицейский аппарат, сконцентрировав в своих руках национальные платежные средства этих стран и установив выгодную только рейху форму безналичных расчетов, оккупационные власти и немецкие монополии полностью подчинили себе их экономику. Важнейшие отрасли обрабатывающей промышленности были переключены на выполнение заказов вермахта. Во Франции, Бельгии, Голландии, Дании, Норвегии, Сербии, Хорватии, Греции, Чехословакии и Польском генерал-губернаторстве производилось значительное количество военной продукции для вермахта. Из оккупированных стран Западной Европы Германия вывезла в 1942 г. продовольствия, сырья, полуфабрикатов и готовых изделий на сумму 4069,9 млн. марок, а в следующем году — на 4229,4 млн. марок 3. Германские власти широко практиковали конфискацию основных производственных предприятий этих стран, создание смешанных акционерных обществ, стремились заполучить в свои руки ценные бумаги. Весьма значительную роль в военном хозяйстве Германии играл экономический потенциал Италии, Румынии, Венгрии, Болгарии, Финляндии и Словакии. На долю Румынии и Венгрии в 1942 г. приходилось свыше 90 процентов всего германского импорта нефти и нефтепродуктов, Венгрии и Италии — 70 процентов бокситов, Болгарии — 47 процентов хромовой руды.

1 ИВИ. Документы и материалы, инв. № 2389, лл. 17 — 18.

2 «Die Welt», 2 September, 1969

3 ИВИ. Документы и материалы, ф., он. 98, д. 544, л. 3.

Финляндия поставила рейху 176,8 тыс. тонн целлюлозы и 33,1 тыс. тонн медной руды 1. За год Германия получила из союзных ей стран продовольствия, сырья, полуфабрикатов, готовой промышленной продукции, вооружения и боеприпасов на сумму 2 708 млн. марок.

Для военного производства Германии огромное значение имели экономические связи с нейтральными странами. Швеция, Швейцария, Испания, Португалия и Турция продолжали систематически поставлять ей стратегическое сырье, станки, оборудование, шарикоподшипники, качественную сталь, инструменты, ферросплавы, целлюлозу, автомашины, локомотивы, радиоаппаратуру, оптические приборы, морские суда, вооружение и боеприпасы. В 1942 г. на долю Швеции, Швейцарии и Испании приходилось 50,3 процента всего германского импорта железной руды, на долю Швеции — 33,8 процента свинцовой и 28,2 процента цинковой руды. Общая стоимость материальных ценностей, полученных из нейтральных стран за год, превышала 1,2 млрд. марок 2. Кроме того, эти государства оказывали Германии услуги по воинским и торговым перевозкам.

В больших масштабах и беспощадно продолжалось ограбление оккупированных районов Советского Союза. Здесь политика гитлеровцев отличалась особой жестокостью, вызванной лютой ненавистью нацистов к Стране Советов, к ее общественному и государственному строю, а также политическими и идеологическими целями войны гитлеровской Германии против СССР.

Осуществление оккупационной политики на востоке было делом не только террористических органов нацистского государства (полиции, СС, СД и гестапо), но также армии и монополий, располагавших специальным аппаратом. Общее руководство этой политикой возлагалось на Геринга — уполномоченного по «четырехлетнему плану».

Ограблением оккупированных территорий руководил непосредственно «восточный штаб экономического руководства», созданный в Берлине при управлении экономики и вооружения ОКБ. Он имел в качестве полевого управления «восточный экономический штаб», подчиненный генерал-квартирмейстеру верховного командования сухопутных войск.

На территориях, не подчиненных немецким военным властям, руководство экономической политикой осуществлялось министерством по делам оккупированных территорий Востока, имперскими, генеральными, окружными, районными и городскими комиссариатами. Они имели в своем распоряжении охранные дивизии с приданными им группами чиновников и хозяйственными командами.

Продовольствие, сырье, полуфабрикаты, готовая промышленная продукция, предметы бытового и личного пользования — все захватывалось оккупантами. В директиве от 2 ноября 1942 г. Геринг указывал: «Ход военных действий требует, чтобы экономическая мощь оккупированных территорий Востока в большей степени, чем предполагалось, была поставлена на службу германской военной машине» 3. С этой целью оккупационные власти стали передавать промышленные предприятия крупным немецким фирмам, между которыми развернулась острая конкурентная борьба. Крупп, являясь членом правления общества «Бергундхюттенверке Ост», обеспечил передачу своей фирме заводов «Азовсталь» и имени Ильича в Мариуполе, машиностроительных заводов в Краматорске и в Дружковке, Днепропетровского завода металлических конструкций и ряда других.

1 ИВИ. Документы и материалы, ф. 239, оп. 98, д. 544, лл. 5, 6.

2 Там же, лл. 6—8.

3 Нюрнбергский процесс над главными немецкими военными преступниками Сборник материалов в трех томах. Т. 2. Военные преступления. М., 1966, стр. 641.

Концерн Флика получил завод по производству железнодорожных вагонов в Днепродзержинске и вместе с концерном Геринга стал обладателем нескольких заводов в районе Днепропетровска. Шахты и обогатительные установки по производству ртути в Никитовке захватил концерн «Пройссише Бергверке-унд Хюттен АГ». В дележе промышленных предприятий принимали участие концерны Маннесмана, Сименса и другие. Промышленные предприятия в Прибалтике прибрали к своим рукам те же Крупп и Флик, а также фирмы «Роберт Бош», «Дайм-лер-Бенц», «Сименс», «Телефункен» и т. д.

В 1942 г. оккупанты стали принимать меры по эксплуатации предприятий металлургической и горнорудной промышленности, а также стремились пустить в действие машиностроительные заводы. Среди отраслей горнорудной промышленности особое значение придавалось добыче марганцевой руды в районе Никополя. В июне Гитлер поставил задачу организовать добычу каменного угля в Донбассе 1. Проводя насильственную мобилизацию рабочих и используя труд военнопленных, оккупанты довели к концу года среднемесячную добычу угля до 300 тыс. тонн, а в дальнейшем намечали увеличить ее до 900 тыс. тонн. Однако советские люди, осуществляя саботаж и диверсии, срывали нормальную работу шахт, в результате чего в начале 1943 г. выдавалось на-гора лишь 250 тыс. тонн в месяц. Уровень добычи значительно отставал от намеченного оккупантами, поэтому для нужд транспорта и промышленности они доставляли уголь из Верхней Силезии.

Установив жестокий террор, оккупанты в конце 1942 г. пустили в действие пять рудников Криворожья и несколько металлургических заводов Украины. Однако в результате решительного противодействия советских людей гитлеровцы в начале 1943 г. получали всего 3—4 тыс. тонн стали в месяц вместо предусмотренных 80—150 тыс. тонн продукции 2. Фашисты пытались использовать машиностроительные предприятия Украины и Прибалтики для ремонта вооружения, автомашин и оборудования, а также мелкие предприятия обрабатывающей промышленности (лесопильные, кожевенные, обувные, текстильные, швейные) и предприятия пищевой промышленности.

С целью получить максимальное количество продовольствия гитлеровцы изымали продукцию «общинных хозяйств» и так называемых государственных имений, устанавливали для крестьян принудительные поставки зерна, мяса, молока, масла, яиц, картофеля, овощей и т. д. Захватчики осуществляли на оккупированной советской территории прямой грабеж. Только в Белоруссии с ноября 1942 г. по март 1943 г. они реквизировали 15 тыс. тонн пшеницы, 5,4 тыс. тонн картофеля, 22,5 тыс. голов крупного рогатого скота, 15 тыс. овец и т. д.3. Оккупанты насильственно отбирали Ценные вещи, одежду, обувь, предметы домашнего обихода, изделия из Цветных металлов. Они хватали все, что представляло какую-нибудь ценность, и жестоко расправлялись с теми, кто пытался сопротивляться открытому грабежу. Фашисты не только ввели принудительный труд, но и осуществляли массовый угон населения на каторгу в Германию. На 15 февраля 1943 г. в хозяйстве рейха было занято свыше 1,3 млн. советских людей.

Готовясь к летней кампании 1943 г., гитлеровцы усилили кровавый террор, во всевозрастающих масштабах грабили народное достояние. Насаждая на временно оккупированных землях пресловутый «новый порядок», они стремились запугать советского человека, сломить его волю к сопротивлению. Но оккупанты просчитались.

1 A. Dа11in. German Rule in Russia. 1941 — 1945. New York, 1957, p. 378.

2 H. Mюллер. Вермахт и оккупация (1941 — 1944), стр. 193.

3 М. 3агорулько, А. Юденков. Крах плана «Ольденбург», стр. 375.

Советские патриоты в городах и селах, партизанские отряды и подпольные организации все шире развертывали всенародную борьбу в тылу врага, срывая разбойничьи планы фашистов.

Поражение немецко-фашистских войск зимой 1942/43 г. оказало глубокое воздействие на морально-политическое состояние немецкого народа. После победных реляций летом и осенью 1942 г. фашистская пропаганда сбавила тон. С начала советского контрнаступления под Сталинградом в ноябре 1942 г. и почти до середины января 1943 г. нацисты делали вид что существенных изменений на восточном фронте не произошло. Всеми силами они старались сохранить у немцев веру в «окончательную победу» 1. Однако сведения о поражениях войск держав оси проникали из писем солдат с фронта, радиопередач из стран антигитлеровской коалиции. Имперский министр пропаганды Геббельс, рассчитывавший на «крепкий консерватизм» немецкого народа, полагал, что он не будет реагировать на такого рода сообщения. Однако уже в ноябре — декабре 1942 г. в главное управление имперской безопасности поступали донесения об устном и печатном распространении содержания запрещенных радиопередач. Увеличилось количество актов саботажа на военных объектах и транспорте. Из различных районов страны поступали сообщения об участившихся отрицательных высказываниях относительно нацистского режима, о росте пессимизма и малодушия среди населения в связи с разгромом у Сталинграда, а затем поражениями на Кавказе, в Северной Африке. Сознание безумия продолжения войны, непрерывно уносившей жизни немецких солдат, начало проникать в массы 2.

Все это настораживало фашистскую верхушку. 18 декабря последовало циркулярное письмо М. Бормана, призывавшее всех членов нацистской партии активно пропагандировать в народе «непоколебимый оптимизм». Вместе с тем в нем указывалось на необходимость использования «жестких методов в отношении враждебно настроенных лиц». Однако на данном этапе войны под влиянием гитлеровской пропаганды, пустившей глубокие корни в стране, немалая часть немцев все еще продолжала оптимистически смотреть на исход событий. Многие были уверены, что в результате продвижения немецких войск на юге летом и осенью 1942 г. наступит перемирие, из-за потери важных сельскохозяйственных районов «русские будут побеждены голодом», а их наступательные операции потерпят провал и т. д. 3

Новые условия ведения войны потребовали перестройки пропаганды и идеологического обоснования перевода страны на рельсы тотальной войны. В новогодней речи Гитлер говорил о трудных боях и тяжелых жертвах, прежде чем будет достигнута победа, о том, что война принимает затяжной характер. Нацистское руководство старалось приучить народ к этой мысли. Геббельс также подчеркивал серьезность положения и требовал от народных масс новых жертв и усилий, доказывал, что война будет длительной и жестокой, она станет «битвой за существование». Был выдвинут лозунг — «мобилизация всех людских и материальных сил». Фашистское руководство убеждало народ, что война вступила в критическую стадию и все немцы должны решительно поддерживать «самое тотальное использование всех сил и средств». 4 января 1943 г. министр пропаганды впервые намекнул на возможность проигрыша войны, если народ

1 К. Sсhее1. Krieg uber Atherwellen. NS — Rundfunk und Monopole. 1933— 1945. Berlin, 1970, S. 202.

2 M. Steineгt. Hitlers Krieg und die Deutschen. Diisseldorf — Wien, 1970, S. 319; ИВИ. Документы и материалы, ф. 191, on. 286, д. 26, лл. 155, 206, 211, 215 — 216, 239; д. 82, лл. 2, 44, 169, 171, 198, 216; д. 83, лл. 20, 54, 110.

3 M.Steinert. Hitlers Krieg und die Deutschen, S. 320—321; ИВИ. Документы и материалы, ф. 191, on. 286, д. 82, лл. 3, 42; д. 83, лл. 2, 54, 110.

не мобилизует все силы. Были пущены в ход лживые пропагандистские тезисы: война навязана немецкому народу, в ней решается вопрос жизни и смерти, необходимо тотальное ведение войны1. Фашистские главари предвидели, что приказ о тотальной мобилизации вызовет недовольство в массах, поэтому он был разослан только высшему партийному руководству и ответственным государственным чиновникам.

Аппарат Геббельса развернул широкую пропагандистскую кампанию. Примечательно выступление Геббельса 18 февраля 1943 г. в берлинском дворце спорта на митинге, проходившем под девизом «тотальная война — самая короткая война». Он призывал население вести «спартанский обра» жизни», отказаться от «значительной части прожиточного минимума». Всем, кто не поддерживал усилий тотальной войны, он грозил драконовскими наказаниями. Печать и радио изображали дело так, будто немецкий народ приветствовал тотализацию войны. Между тем в Тюрингии, Саксонии и других районах население высказало недовольство мобилизационными мероприятиями 2. Ликвидация ряда небольших торговых предприятий вызвала протесты со стороны мелкой и средней буржуазии.

С начала 1943 г. военная обстановка на восточном фронте, и особенно под Сталинградом, привлекала все большее внимание немецкого народа, несмотря на маневры фашистской пропаганды, пытавшейся скрыть истинное положение дел. 7 января главное управление имперской безопасности отмечало, что почти по всей стране распространились сведения об окружении армии Паулюса. Тогда нацистская пропаганда прибегла к демагогии. 14 января появились официальные сообщения о «героических, тяжелых боях» на берегах Волги. В дальнейшем запестрели сводки о «героических жертвах» под Сталинградом, о том, что офицеры и солдаты ведут там борьбу до «последнего патрона». Газеты и радио твердили, что «волжский плацдарм» будет удержан и никакая сила не сломит сопротивление германских войск. 30 января Геринг возвел действия немецких войск в сталинградском котле в ранг героического эпоса 3. Через день Гитлер запретил даже говорить о капитуляции в Сталинграде, называя это «героической борьбой». Однако 3 февраля нацистское руководство вынуждено было официально сообщить об окончании борьбы на берегах Волги. В Германии был объявлен четырехдневный траур, приспущены флаги. В последующие дни версия о гибели (но не пленении) 6-й армии усиленно поддерживалась пропагандой.

Органы внутренней безопасности с беспокойством отмечали, что многие немцы слушают передачи антифашистских радиостанций, в которых перечислялись имена попавших в плен. Стремление фашистов осветить события под Сталинградом в ореоле «героики» не находило желаемого отклика у населения. Резкий контраст в тоне и характере сводок германского командования предшествовавших месяцев и в период наибольшего размаха наступления советских войск вызывал у него уныние и сомнения. Представитель отдела пропаганды ОКБ полковник Мартин докладывал Геббельсу, что народ не верит информации о положении на фронте. В. Ульбрихт отмечал, что «все больше немцев, и прежде всего рабочих, начали теперь оценивать обстановку более трезво, отбросив иллюзии» 4. Главное управление имперской безопасности фиксировало увеличение распространения антинацистских печатных изданий в Дортмунде, Бремене, Дюссельдорфе, Ганновере и других городах.

1 W. В1еуег. Staat und Monopole im totalen Krieg, S. 85—86.

2 M.Steinert. Hitlers Krieg und die Deutschen, S. 352—353, 360—361.

3 K. Sсheel. Krieg iiber Atherwellen, S. 202, 204; M. Steinert. Hitlers Krieg und die Deutschen, S. 327; Д. Мельников. Заговор 20 июля 1944 года в Германии. Причины и следствия. Изд. 2. М., 1965, стр. 20.

4 В. Ульбрихт. К истории новейшего времени, стр. 18.

Постепенно набирало силу антифашистское движение. Коммунистическая партия Германии делала все возможное для объединения антифашистских сил, поддерживала контакты с иностранными рабочими. Крупные подпольные центры существовали в Берлине, Тюрингии, Саксонии и других районах страны. Большую работу по созданию единого фронта в борьбе с германским фашизмом проводили находившиеся в СССР руководящие деятели КПГ В. Пик и В. Ульбрихт 1.

Нацистские власти, используя силы СС и СД, беспощадно расправлялись со своими противниками. Тысячи людей были приговорены к смертной казни за «предательство» и «измену», десятки тысяч антифашистов заключены в концлагеря в Бухенвальде, Дахау, Флосенбюрге, Маутхаузене, Равенсбрюке, Заксенхаузене и других. Вывезенные почти из всех европейских стран, они подвергались различным медицинским и бактериологическим опытам, носившим бесчеловечный характер 2. Многие узники концлагерей были уничтожены. Промышленные объекты, для которых в конце 1942 — начале 1943 г. понадобилось 35 тыс. «работоспособных арестантов», все больше превращались в военно-каторжные тюрьмы.

Репрессии обрушились и на недовольных в армии. Верховное главнокомандование вермахта в феврале — марте 1943 г. издало ряд приказов о строгом наказании солдат и офицеров за антинацистскую деятельность — распространение «непристойных слухов» и т. п.

Правящие круги использовали различные способы воздействия на массы. Поскольку среди населения сводки о ходе военных действий, рассуждения о «подвижной обороне», «выпрямлении линии фронта» не имели успеха, геббельсовская пропаганда пыталась поднять на щит отдельные успехи немецких войск: контрнаступление под Харьковом, действия подводных лодок в Атлантике. Однако на фоне неблагоприятного для Германии общего хода войны на советско-германском фронте, а также в Северной Африке и эта попытка терпела провал. Тогда нацисты стали распространять слухи о предстоящем крупном летнем наступлении на восточном фронте, которое должно якобы решить исход войны, о том, что Советская Армия понесла огромные потери и не имеет больше резервов, и т. д.

Для поддержания воинственного духа в стране продолжалась пропаганда шовинизма, расизма, исключительности немецкой нации. Немцев настраивали против иностранных рабочих, насильственно пригнанных в Германию, не допускалось какое-либо сближение между ними. Все это переплеталось с оголтелым антикоммунизмом, характерным для нацистской пропагандистской машины. Выдвигался лозунг — «победа или большевистский хаос». Печать и радио упрямо твердили о «европейской миссии» Германии, о том, что только она может спасти культуру и цивилизацию Европы от «большевистского порабощения», что Европейский континент должен находиться под защитой германских вооруженных сил .

Определенное влияние на внутреннее положение Германии оказали бомбардировки англо-американской стратегической авиации, которая осуществляла массированные налеты на немецкие военно-морские базы — Вильгельмсхафен, Гамбург, Киль, а затем на промышленные и административные центры Германии — Берлин, Эссен, Кёльн, Дюссельдорф, Мюнхен и другие. До конца марта в результате налетов на города было убито несколько тысяч мирных жителей и уничтожены тысячи домов.

1 Der deutsche Imperialismus und der zweite Weltkrieg. Bd. 4. Berlin, 1961, S. 459—461; А. В л а н к. Коммунистическая партия Германии в борьбе против фашистской диктатуры (1933—1945). М., 1964, стр. 246—250, 276.

2 СС в действии. Документы о преступлениях СС. Перевод с немецкого. М., 1969, стр. 281, 442—447.

3 Е. Bramsted. Goebbels and National-Socialist Propaganda. 1925—1945. Ann Arbor, 1965, p. 244 — 265; M. Steinert. Hitlers Krieg und die Deutschen, S. 375—378.

Это отрицательно сказалось на моральном состоянии немецкого населения, вызвало панический страх, особенно в Рурской области. Многие женщины покидали работу и с детьми переселялись в более безопасные места. Боязнь «воздушного террора» распространялась и на города, которые не подвергались бомбардировке 1. Пропаганда Геббельса, сознательно преувеличивавшая количество жертв, была рассчитана на рост у немцев ненависти к англичанам и американцам.

Зимой 1942/43 г. наблюдался рост оппозиционных настроений по отношению гитлеровской клики среди части немецкой буржуазии, которая сознавала безысходность положения. Оппозиция охватывала дипломатов, представителей генералитета, монополистического капитала, средней и мелкой буржуазии, интеллигенции. Появились различные кружки, общим программным тезисом которых было устранение Гитлера ради спасения существующего строя в Германии. Некоторые представители немецких монополий, финансовой олигархии, крупного землевладения группировались в кружках Рейша и Боша 2. Кружок «Крейзау» 3, который возглавлял Г. Мольтке, объединял чиновников, военных, дипломатов, представителей духовенства. С представителями этого кружка поддерживали контакты отдельные руководители подпольных социал-демократических организаций. Пестрота состава кружков обусловила и различие во взглядах их членов. Одни выступали за широкую демократизацию будущей Германии, установление добрососедских отношений со всеми странами, в том числе с СССР. Другие предлагали ориентироваться только на западные державы, только с ними поддерживать тесные контакты.

Разгром немецко-фашистских войск на советско-германском фронте зимой 1942/43 г. явился главным фактором, превратившим оппозицию против Гитлера в организованный заговор, основными участниками которого стали генералы и офицеры вермахта. Предусматривалось убрать с политической арены Гитлера, а также гестапо и нацистскую партию. Однако в решающий момент (конец 1942 г.) заговорщики не выступили. Не уверенные в своих силах, они считали политическую обстановку в стране не подходящей для такой акции. Так называемый «сталинградский путч» провалился.

В конце 1942 — начале 1943 г. произошло несколько встреч представителей кружков и оппозиционных групп вермахта. В деятельности оппозиции наметился новый этап, характерными моментами которого были разработка конкретного плана действий, переговоры о будущем правительстве, первые попытки покушения на Гитлера. Руководящим ядром стали бывший обер-бургомистр Лейпцига, доверенное лицо монополий К. Герделер, генерал Л. Бек, полковник X. Тресков. Заговорщики попытались воспользоваться прибытием Гитлера в штаб группы армий «Центр» в районе Смоленска. Однако подложенная 13 марта Тресковом в портфель одного из адъютантов фюрера мина не сработала. Спустя восемь дней не Удалась и повторная попытка покушения.

1 А. Vеггiег. The Bomber Offensive, p. 146—147, 163, 205, 218—220; ИВИ. Документы и материалы, ф. 191, оп. 286, д. 84, лл. 64, 135; д. 86, лл. 31, 88.

2 Г. Рейш — директор металлургической компании, Р. Бош — крупный промышленник. Среди участников кружка были А. Феглер, К. Сименс, Я. Шахт. Основные надежды на спасение германского империализма они возлагали на западные державы.

26 марта Герделер в тайном меморандуме развил идею сепаратного мира с западными державами и концентрации всех сил против Советского Союза. Он высказал опасение о возможном революционном выступлении масс, как это было в 1918 г. Через начальника германской разведки адмирала В. Канариса и его людей, а также шведского банкира Я. Валлен-берга Герделер установил контакты с представителями западных держав, в частности с Даллесом. Встречи представителей происходили на территории Швейцарии, Испании, Турции, Ватикана 1.

Деятельность оппозиции Гитлеру ширилась, к ней примыкали новые люди из различных политических групп буржуазии, юнкерства, офицерского корпуса вермахта. Однако в рассматриваемый период она оказалась еще неспособной добиться даже тех ограниченных целей, которые обсуждались внутри оппозиционных организаций.

Таким образом, под воздействием провала военно-политических планов фашистского руководства в конце 1942 — начале 1943 г. у части немецкого народа исчезали иллюзии быстрой победы, появились первые сомнения в возможности выиграть войну вообще. Угроза поражения и его последствий все больше проникала в сознание народа. Это коснулось, хотя и в различной степени, всех социально-политических групп Германии. Однако большинство населения все еще продолжало поддерживать мероприятия фашистов. Сыграли свою роль методы демагогии и жестокие репрессии. Значительная часть немцев еще не дошла до понимания, что со стороны Германии война является несправедливой и противоречит жизненным интересам всей нации.

Тяжелые потери в живой силе и технике, особенно на советско-германском фронте, общая неблагоприятная обстановка на театрах военных действий вынудили правительство Германии искать новые пути пополнения вермахта, развития военного производства, чтобы устоять в затянувшейся войне и добиться стратегических успехов летом 1943 г. Главным из этих путей, избранных фашистским руководством, явилась тотальная мобилизация.

Оглавление. Коренной перелом в войне

www.protown.ru

Цена победы. Быт в Германии в 1944 году

О быте и жизни в нацистской Германии до и во время Второй мировой войны рассказывает историк, гость передачи «Цена победы» радиостанции «Эхо Москвы» Константин Залесский. Эфир провели Дмитрий Захаров и Виталий Дымарский. Полностью прочесть и послушать оригинальное интервью можно по ссылке.

В 1944 году военные сводки, которые доходили до населения рейха, имели огромное значение. Конечно, все они были детально проработаны, поскольку военная пропаганда по-прежнему находилась в руках доктора Геббельса, доверие к которому, стоит отметить, к этому времени сильно пошатнулось. Однако радиоведущим, комментаторам тех военных лет, коими являлись Ганс Фриче и Курт Дитмар, население верило безоговорочно, поглощая каждое сказанное ими слово.

Приток информации поступал и извне, от непосредственных участников событий: отпускники и раненые постоянно шли с фронта. Можно ли было скрыть высадку союзников в Нормандии, поражение под Сталинградом, капитуляцию армии в Тунисе? Дело непростое. Однако большее влияние на население, чем поражения, имели победы. Они не только поднимали боевой дух немцев, но и сплачивали их в единую семью.

Карточки стали одним из механизмов финансирования военных расходов

С первых дней войны (точнее, даже раньше — с 25 августа 1939 года) в Германии была введена карточная система. Гитлер и высшее руководство рейха прекрасно понимали, что за продовольствием в стране необходимо установить жесткий контроль, дабы не повторилось того, что произошло в Германии в конце Первой мировой войны: смерть, голод, разрушения. Надо сказать, что население на эту меру (введение карточек) отреагировало не то чтобы положительно, но с большим пониманием. В первую очередь талоны были введены на продукты первой необходимости: мясо, рыбу, хлеб, жиры (не масло), сахар, соль, некоторые овощи, молоко. Цены на молочные продукты, кстати, очень долго не регламентировались. Например, простокваша и мороженое можно было найти практически всегда, поскольку на высшем уровне было принято решение, что во время жары эти продукты успокаивают.

Кроме нормированного распределения существовала также свободная продажа. Однако вся провизия стоила немалых денег и не всегда была доступна. Если в начале войны торговый обмен в стране производился с помощью денег, то к началу 1944 года рынок перешел на безденежную торговлю — бартер. Так, например, 10 сигарет меняли на 50 грамм мяса, гуся — на 3 бутылки коньяка.

Германские продовольственные карточки, 1940-е годы

Стоит ли говорить, что снижение норм действовало на население «коричневой империи» куда больше, чем события на фронте. Кстати, возвращаясь к военным сводкам, прослушивание «вражеских голосов» в Третьем рейхе категорически запрещалось. За это немцев не только лишали радиоприемников, но и в качестве превентивной меры вполне могли поместить в концлагерь на несколько дней.

Элита Третьего рейха не отказывала себе даже в устрицах

Как уже говорилось, с началом войны в Германии было установлено нормированное распределение товаров, которое было рассчитано на то, чтобы сохранить довоенный уровень потребления. С немецкой педантичностью было введено неимоверное количество градаций, что, конечно, создавало вид социальной справедливости, то есть больше работаешь… Таким образом, рабочие металлургических, военных предприятий получали дополнительные нормы в отличие от служащих и сельскохозяйственных рабочих.

В 1940 году Французская кампания привела рейх к существенному улучшению продовольственного снабжения. Из Дании, Франции, Нидерландов в «коричневую империю» поступали молочные, мясные продукты, вино и даже устрицы. Конечно, последних вряд ли выдавали по карточкам, но приобрести их у «акул черного рынка» вполне было возможно. То есть в Германии по-прежнему существовали магазины как обычных, так и эксклюзивных товаров.

Очередь в Берлине после бомбардировки. «Die Wehrmacht», декабрь 1943 года

Как только началась война, в Германии на 50% был увеличен подоходный налог. Доходы населения сократились. К тому же Гитлер отказался идти на снижение зарплаты, хотя это ему предлагали (из чисто популистских соображений). В стране ввели систему задержек выплат. В 1940 году был установлен 10-часовой рабочий день (опять-таки в приказном порядке, но с учетом оплаты сверхурочных). И вот уже в конце 1943 года люди в Германии работали по 72 часа в неделю. Довольно выматывающий график, не так ли? На отдых полагалось 12 часов, из которых большую часть времени рабочим приходилось скрываться в бомбоубежищах. Однако нормы питания до 1944 года, несмотря на замену продуктов, оставались вполне достаточными для поддержания достойного уровня жизни.

Но за год до окончания войны произошел кардинальный перелом. К осени 1944 года нормы потребления по карточкам составляли не более 2/3 от норм 1938 года. Причем в этой цифре не учитывается тот факт, что качество провизии резко ухудшилось. Почему? Высшим руководством рейха была поставлена цель в первую очередь снабжать продуктами вермахт. Так, например, норма потребления мяса для немецкого солдата была на 57% выше, чем норма для рабочего.

В 1944 году вся промышленность Германии была переведена на нужды армии

Если говорить об иностранных рабочих, то для них существовали совершенно другие нормы (опять же в зависимости от национальности), которые, естественно, были значительно ниже немецких. В 1944 году иностранная рабочая сила (7 миллионов 400 тысяч человек) играла огромную роль в экономике Германии. Например, в сельском хозяйстве труд иностранцев достигал 50%, в промышленности — в районе 30%. И все это огромное количество людей нужно было кормить. Поэтому такие продукты как мясо, жиры, хлеб им заменяли картофелем. Евреям же карточки на сигареты, мясо, рыбу, белый хлеб, масло вообще не давали.

Что касается общепита, то к концу войны в Германии его практически не существовало. Во-первых, многих людей (поваров, официантов, обслуживающий персонал) забрали в армию. Одним словом, наступил кадровый голод. Потом за ним последовал голод продовольственный. То есть предприятия общественного питания не могли держать прежний уровень в связи с дефицитом продуктов. Во-вторых, общепит не пользовался поддержкой руководящей партии, что, соответственно, вызывало определенные трудности в продолжении его функционирования.

Как уже говорилось, в 1944 году вся промышленность Третьего рейха была переведена на нужды армии. Да, в этот период продолжали выходить модные журналы, работали небольшие швейные мастерские, ателье. Только теперь они не шили одежду, а занимались в основном ремонтом старой формы, ее подгонки и так далее. Проблемы с обувью начались еще в 1940 году, а в 1944-м достигли своего апогея. Производство одежды тоже было приостановлено. А те отрасли промышленности, которые нельзя было поставить на военные рельсы, или перепрофилировали, или просто изымали рабочие кадры, переправляя их либо на другие предприятия, либо отправляя на фронт.

Агитационный плакат, посвященный вербовке остарбайтеров

А вот с промтоварами ситуация обстояла значительно лучше. Например, в начале 1940 года были выпущены так называемые «имперские текстильные карточки». То есть каждый товар имел определенную балльную стоимость. Пальто, к примеру, стоило 100 баллов, трусы — 5 баллов. В общем, все, как это принято у немцев, было досконально расписано, вплоть до нижнего белья. Правда, надо сказать, что этих карточек не особо хватало, и тогда на помощь приходили модные журналы, в которых давались ценные советы по переделке старой одежды в новую.

Затронем еще одну сферу — общественный транспорт, который хоть и продолжал работать, но все-таки находился в состоянии стагнации. Опять же, специалисты были отправлены на фронт, шел ремонт транспортного парка, автобусы изымали для нужд армии, метро использовали в качестве бомбоубежища — все это очень усложняло работу и вело к трагическому концу. Что касается автомобилей, то по сравнению с Советским Союзом их использовали много, а по сравнению с США — мало. В Германии была даже разработана специальная программа, согласно которой каждый желающий мог купить автомобиль. Но она не пошла, поскольку завод Volkswagen был загружен военными заказами.

С первых же дней войны жесточайшие ограничения были поставлены и на топливо, в котором остро нуждался вермахт. Это у нас танки работали на дизеле, на солярке, а в Германии — на бензине. Своего топлива в стране было немного, поэтому все заводы, которые производили синтетическое горючее, работали только на армию.

Власти рейха прекрасно знали цены и ассортимент черного рынка

Говоря о нормах потребления, мы забыли уделить внимание детскому питанию. Стоит отметить, что они (нормы) были вполне достаточными. При этом следует выделить одну особенность: в Германии, особенно в первые годы войны, был взят курс на то, чтобы в летние месяцы отправлять детей в так называемые рекреационные лагеря. Причем в принудительном порядке. Почему? Во-первых, вывоз из города — это спасение от бомбежек и артобстрелов, которые в 1944 году стали играть довлеющую роль. Во-вторых, это возможность дать детям сбалансированное питание из центральных норм.

Правда, эта мера (вывозить детей в далекие, безопасные районы) вызывала недовольство среди населения: родители не хотели расставаться со своими чадами, боясь потерять их навсегда.

Несмотря на то, что крупных спортивных мероприятий в рейхе не проводилось (причина все та же — мобилизация на фронт), досуг в стране остался практически на довоенном уровне. То есть людям показывали кино, спектакли, устраивали концерты. Особого расцвета достиг кинематограф. В январе 1945 года на экраны вышел фильм «Кольберг», съемки которого начались еще в январе 1942 года, повествующий о героическом сопротивлении городка в Померании, осажденного наполеоновской армией.

Адольф Гитлер приветствует юношей из «Гитлерюгенда». Берлин, 1945 год

В 1944 году процветал в Германии и черный рынок, который, конечно же, был под запретом. Помните фразу Гитлера про кофе из фильма «Мой фюрер, или Самая правдивая правда об Адольфе Гитлере»: «Настоящего! Турецкого! С черного рынка!»? Дело в том, что кофе во время войны был в страшном дефиците. Хороший, действительно, можно было достать только на черном рынке.

И напоследок вспомним еще один эпизод из фильма, теперь уже из «Семнадцати мгновений весны»: страховой агент (он же следователь районного отделения гестапо) навещает Кэт в больнице. К чему все это? Оказывается, что страховые компании в рейхе работали даже во время войны. В Германии, в отличие от других стран, была разработана так называемая система социального страхования, полуобщественная-получастная, которая существовала вплоть до мая 1945 года.

'+$(this).find('.num-quest').html()+'. '+ $(this).find('.x_big-i').html() +'

diletant.media

Укрепление военной экономики стран фашистского блока к 1943 г.

Крупные поражения и громадные потери вермахта и его союзников на советско-германском фронте зимой 1942/43 г. оказали глубокое воздействие на внутреннюю обстановку в Германии. Оценивая влияние катастрофы под Сталинградом на моральное состояние немецкого народа, западногерманский исследователь Б. Мюллер-Гиллебранд писал: «Немецкий народ, который под влиянием громогласной немецкой пропаганды [78] не осмысливал серьезность военного положения, вдруг осознал всю тяжесть кризиса, был поражен, как шоком, ошеломляющим известием» {210}. Фашистской пропаганде пришлось перестраиваться. Если раньше она кричала о скорой победе, то теперь заговорила о неизбежности жертв, о затяжной войне, о трудностях борьбы на восточном фронте.

В отчетах службы безопасности (СД) после поражения вермахта под Курском все чаще стали появляться записи о том, что «большинство людей очень подавлено и не видит правильного выхода», «население жаждет мира» и т. п. В отчете СД от 18 октября 1943 г. отмечалось: у многих росло такое чувство, что «кольцо вокруг Германии сжимается все туже и туже и события мчатся навстречу кризису» {211}.

Углублению мрачных настроений и недовольства способствовало усиление эксплуатации трудящихся, ухудшение снабжения. В мае 1943 г. значительно снизились нормы выдачи мяса, в осенние месяцы сократилась выдача картофеля. Имперское министерство сельского хозяйства констатировало, что «после четырех лет войны... абсолютно невозможно избежать трудностей в снабжении продуктами питания» {212}.

По мере того как вермахт терпел одно поражение за другим и восполнение потерь влекло за собой новые жертвы и лишения для трудящихся, нарастала антифашистская борьба в Германии.

Назревал кризис и внутри господствующих классов рейха. Летом и осенью 1943 г. активизировала свою деятельность группа заговорщиков во главе с Герделером. В письме генерал-фельдмаршалу Клюге от 25 июля он писал, что еще есть возможность добиться выгодного для германского империализма и милитаризма мира, если устранить Гитлера и подготовиться к переговорам с Западом. В сентябре во время встречи Века, Герделера и Клюге было принято решение действовать. В октябре полковник Штауфенберг, новый начальник общего отдела штаба резервной армии, взял на себя разработку плана подготовки государственного переворота.

В то время как немецкий народ все ощутимее испытывал тяготы войны, господствующая элита нацистской Германии получала огромные прибыли и продолжала жить в довольстве и роскоши. Крупные акционеры, генеральные директора, правительственная и нацистская верхушка, используя широкие возможности «черного» рынка, жили на широкую ногу. Многие гражданские руководящие деятели, в том числе министры и гаулейтеры, а также генералы и адмиралы были замешаны в крупных спекуляциях.

1943 год был отмечен дальнейшим усилением государственно-монополистического капитала. Наиболее ярко это проявилось в создании в августе имперским министром вооружения и боеприпасов А. Шпеером {213} и руководством концернов Рура государственно-монополистической организации «Рур — штаб Шпеер» во главе с представителем объединенных сталелитейных предприятий В. Роландом. По замыслу его создателей объединению предстояло обеспечивать бесперебойный выпуск военной продукции, несмотря на воздушные бомбардировки. Создание «Рур — штаб Шпеер» повышало политический и экономический вес крупных монополий. [79]

В интересах монополистического капитала проводилась централизация руководства промышленностью. Такой курс был определен в директиве «О концентрации военного хозяйства» от 2 сентября 1943 г. Управление военной промышленностью сосредоточивалось в руках министерства вооружения и военного производства, созданного на базе министерства вооружения и боеприпасов.

Хотя преимущественные права основных групп монополистического капитала в руководящих государственных органах были определены довольно четко, между этими группами велась острая конкурентная борьба за правительственные заказы, кредиты и другие источники прибылей, за обеспечение своих предприятий рабочей силой и за сферы влияния. Монополистические предприятия довели эксплуатацию трудящихся до предела.

В то время как нужда и лишения народных масс росли, монополии всеми способами добивались увеличения и без того огромных прибылей. Например, прибыль концерна «ИГ Фарбениндустри» составляла в 1939 г. 363 млн. марок, а в 1943 г. она достигла 822 млн. марок. За это же время концерн Маннесмана увеличил свои прибыли с 11,3 млн. до 83,6 млн. марок {214}. Миллионы ввезенных в Германию мужчин и женщин трудились в промышленности и сельском хозяйстве в ужасных, нечеловеческих условиях, баснословно обогащая фашистскую верхушку. Только у крупнейшего промышленника Г. Крупна работало 70 тыс. иностранных рабочих, 21 тыс. военнопленных, 21 тыс. интернированных итальянцев (1943 — 1944 гг.), 5 тыс. немцев — узников концентрационных лагерей и политических заключенных других национальностей {215}. Заслуги Крупна перед нацистским режимом неоднократно отмечались правителями Германии. Так, в специальном декрете от 12 ноября 1943 г. подчеркивалось, что концерн имеет «особые, выдающиеся заслуги в деле укрепления военной мощи немецкого народа». В годы войны гигантски выросли и усилились и другие концерны.

Чтобы укрепить свой тыл, заставить немецкий народ и дальше отдавать все силы и приносить жертвы для продолжения войны, правители Германии усиливали террор против антифашистов, против всех сомневавшихся в победе. «Сомнение в победе каралось смертью, вера в непогрешимость фюрера считалась высшим законом» {216}.

24 августа 1943 г. рейхсфюрер СС и шеф полиции Г. Гиммлер был назначен имперским министром внутренних дел. Он стал руководителем всех фашистских репрессивных органов. Получив большие полномочия, Гиммлер поставил задачу «укрепить внутренний фронт». Крупные монополисты в дополнение к бюджетным ассигнованиям перевели более миллиона марок на поддержку CС. Гиммлер в свою очередь дал гарантию обеспечения их власти и огромных прибылей {217}.

С лета 1943 г. еще больше усилился террор в Германии и в оккупированных странах. В циркулярном приказе имперское министерство юстиции требовало приговаривать к смертной казни лиц, утверждавших, что «жертвы, которые тотальная война требует от всех, являются бессмысленными» {218}. Суды все чаще выносили смертные приговоры, а сведения об их исполнении публиковались, дабы устрашить население. Согласно официальным данным германского министерства юстиции, в 1943 г. в [80] Германии были приговорены к смертной казни и казнены 5684 человека {219}. Однако это лишь малая часть жертв, поскольку здесь не значились замученные в застенках гестапо без суда и следствия, умерщвленные в концентрационных лагерях, а также казненные по приговорам военных трибуналов.

Для удовлетворения все возраставших потребностей войны в материальных средствах и людских ресурсах в Германии и оккупированных странах в 1943 г. проводилась тотальная мобилизация. При этом главной задачей ставилось восполнение громадных потерь, наращивание сил и средств для ведения военных действий на советско-германском фронте, обеспечение военного хозяйства рабочей силой.

Выступая в Берлине 5 июня 1943 г., Шпеер так определял основные цели тотальной мобилизации: перестройка всей жизни страны на фронтовой лад, предельно возможная производительность всех работающих и всяческая экономия имеющихся в распоряжении нации материальных ресурсов {220}. На практике это означало еще большее усиление эксплуатации населения оккупированных территорий Европы, союзных государств и самой Германии.

Предусматривалась обязательная регистрация мужчин в возрасте от 16 до 65 лет, женщин — в возрасте от 17 до 45 лет с целью выявления лиц, способных носить оружие или трудиться. В итоге было учтено 3,5 млн. человек. Однако в качестве рабочей силы удалось использовать только 20 процентов взятых на учет {221}.

Проблему увеличения трудовых ресурсов нацистское руководство пыталось разрешить массовым насильственным угоном на работы в Германию рабочей силы из оккупированных стран и использованием труда военнопленных. Эти варварские акции проводились с присущей гитлеровцам жестокостью и беспощадностью. В 1943 г. в «третий рейх» было насильственно пригнано 2 млн. мужчин и женщин. Общее количество иностранных рабочих, привезенных в Германию и занятых в экономике, превысило 7 млн. человек {222}. Перемещенные оказывались на положении рабов. Их направляли на наиболее тяжелые работы, с ними жестоко обращались. Предполагалось, что в дальнейшем к труду на немецких предприятиях будет привлечено еще больше иностранцев, в том числе советских военнопленных.

Наряду с привлечением к производственной деятельности максимального количества трудоспособного населения осуществлялось перераспределение рабочей силы между различными сферами экономики. Фашистские заправилы пошли на закрытие мелких и частично средних предприятий, различных учреждений, торговых заведений, ресторанов. Таким путем удалось высвободить значительное количество людей и направить их в отрасли, обеспечивавшие нужды фронта. Тотальная мобилизация способствовала дальнейшему укреплению позиций крупного капитала, разорению и вытеснению мелких и средних предпринимателей. Ключевые позиции ставленников крупных монополий в экономической жизни и в государственном аппарате стали еще прочнее.

Однако, несмотря на столь крутую меру, как тотальная мобилизация, проблема трудовых ресурсов в Германии оставалась далеко не решенной. Согласно отчету управления военно-хозяйственного планирования [81] с 1 октября 1942 г. до конца 1943 г. численность рабочих увеличилась примерно на 1 млн. человек, а спрос составлял 2,5 млн. человек. Многие немцы и пригнанные в Германию иностранные рабочие стремились уклониться от работы. По донесениям имперской службы безопасности, с января до июля 1943 г. по этой причине в Германии было арестовано 167 574 трудоспособных немца и иностранца, а с июля до сентября — еще 112 778 человек {223}.

Мобилизация трудовых ресурсов и перераспределение рабочей силы дали возможность нацистскому руководству направить в вермахт в 1943 г. 2 050 тыс. человек {224} и довести его численность к концу года до 10 500 тыс. человек по сравнению с 9 200 тыс. человек в первом квартале того же года {225}.

В 1943 г. людские ресурсы в Германии, включая иностранных рабочих, распределялись следующим образом. В вермахте проходили службу 11 280 тыс. человек {226}, в аппарате нацистской партии состояло 361 тыс. человек, в экономике было занято 35 232 тыс. человек {227}. Значительное количество лиц находилось на государственной службе.

Одновременно с проведением тотальной мобилизации людских ресурсов военно-политическое руководство Германии делало все возможное, чтобы увеличить военное производство. Путем ограбления экономических ресурсов стран Европы и жесточайшей эксплуатации трудящихся, массового насильственного привлечения рабочей силы с оккупированной территории и концентрации военной экономики правителям фашистской Германии удалось добиться в 1943 г. дальнейшего роста промышленного производства (таблица 10).

Таблица 10. Производство основных видов промышленной продукции в Германии в 1942 — 1943 гг. {228}

Виды продукции

1942 г.

1943 г.

1943 г. в процентах к 1942 г.

Примечания

 

 

Электроэнергия (млрд. квт-ч)*1

43,4

44,1

101,6

Собственно Германия

Каменный уголь (млн. т)

258,0

269,0

104,3

То же

Бурый уголь (млн. т)

273,0

282,0

103,3

— » —

Жидкое горючее и смазочные масла (млн. т)

6,3

6,6

104,8

Германия и оккупированные страны

Чугун (млн. т)

25,1

27,0

107,6

То же

Сталь (млн. т)

32,1

34,6

107,8

— » —

Алюминий (тыс. т)

420,0

432,0

102,9

— » —

Медь (тыс. т)

164,0

187,0

114,0

— » —

Локомотивы (шт.)

2637

5243

198,8

— » —

Грузовые автомобили (тыс. шт.)

78,2

81,9

104,7

— » —

*1 Электростанции общего пользования.

Данные таблицы показывают, что производство основных видов промышленной продукции в Германии в 1943 г. превосходило уровень 1942 г. Довольно мощной была энергетическая база. Согласно докладу Шпеера от 27 января 1945 г. потребности страны в электроэнергии удовлетворялись в 1943 г. на 93,1 процента {229}.

Каменного угля добывалось достаточное количество. Однако большие затруднения имелись в снабжении вермахта и промышленности жидким топливом, так как Германия имела мало его естественных источников, а производство искусственного горючего не удовлетворяло потребности войны. Значительное количество нефти ввозилось главным образом из Румынии.

На высоком уровне развития оставалась металлургическая промышленность. Выпуск алюминия в 1943 г. в Германии и на оккупированных территориях почти в восемь раз превышал его производство в Англии. Значительно увеличивался ввоз меди, свинца, цинка, никеля, магния из оккупированных и так называемых нейтральных государств. Поступление хрома, кадмия, вольфрама сократилось. Увеличение выпуска боевой техники, вооружения и боеприпасов вело к сокращению запасов цветных металлов. Из-за их недостатка использовались искусственные заменители, а это отрицательно сказывалось на качестве выпускаемой продукции.

Собственное производство сельскохозяйственной продукции, а также использование ресурсов союзных стран и ограбление оккупированных территорий позволяли Германии обеспечивать свою промышленность сырьем, а население продовольствием. Сбор продовольственного зерна в Германии в 1943 г. составил 15,1 млн. тонн. В стране насчитывалось 19,6 млн. голов крупного рогатого скота {230}.

Как указывается в книге, изданной Институтом экономических исследований ФРГ, в Германии в период войны сравнительно высокий уровень снабжения был достигнут в результате резкого сокращения норм выдачи продовольствия населению оккупированных стран {231}. Если калорийность пайка среднего потребителя в начале 1943 г. составляла в Германии 1980 калорий, то в Польше, например, — 855 калорий {232}.

Транспортная система Германии была хорошо развита и в 1943 г. еще не подвергалась серьезным разрушениям союзной авиацией. С большими трудностями в решении транспортных проблем сталкивались захватчики на оккупированных территориях. Народные мстители выводили из строя большое количество железнодорожных путей, мостов и подвижного состава. Требовалось постоянно ремонтировать дороги и восполнять потери транспортных средств.

Располагая значительными сырьевыми запасами и большим производственным потенциалом, выкачивая максимум сырья, материалов и рабочей силы из порабощенных стран и союзных государств и используя возможности импорта, Германия в 1943 г. была в состоянии обеспечить военное производство в крупных масштабах (таблица 11).

Таблица 11. Производство основных видов боевой техники и вооружения в Германии в 1942 — 1943 гг. {233}

Боевая техника и вооружение

1942 г.

1943 г.

1943 г. в процентах к 1942 г.

Винтовки и карабины (тыс. шт.)

1370,2

2275,3

166,0

Автоматы (тыс. шт.)

232,0

234,3

110,0

Пулеметы всех видов (тыс. шт.)

117,0

263,0

224,8

Минометы (тыс. шт.)

9,8

23,0

234,7

Орудия всех видов (тыс. шт.)

38,8

73,5

189,4

Орудия 75-мм и крупнее (тыс. шт.)

14,3

35,8

250,3

Танки и штурмовые орудия (тыс. шт.)

6,2

10,7

172,6

Самолеты (тыс. шт.)

14,7

25,2

171,4

Боевые корабли основных классов

247

298

120,6

Как видно из таблицы, в 1943 г. особенно увеличился выпуск бронетанковой техники, артиллерийского вооружения и самолетов. Это объясняется тем, что планирование и организация развития военного производства, как и прежде, подчинялись выполнению стратегических задач на советско-германском фронте, решение которых требовало прежде всего большого количества бронетанковой, авиационной техники, артиллерийского и стрелкового вооружения. В соответствии с решением гитлеровского командования осуществить летом 1943 г. крупное наступление на Востоке особое внимание уделялось выпуску танков. В стенограмме совещания по экономическим вопросам от 4 мая отмечалось: «Поскольку военные действия предстоящего лета решающим образом зависят от превосходящего количества танков, фюрер надеется, что будет сделано все не только для сохранения, но и резкого увеличения этого количества» {234}. Уже весной производство танков и штурмовых орудий значительно увеличилось, достигнув в мае 1205 машин {235}. Если принять выпуск танков в январе — феврале 1942 г. за 100, то индекс среднемесячного их производства в 1943 г. составлял 330 {236}. Особенно возросло производство тяжелых и средних танков: было выпущено 1845 новых танков T-V («пантера»), которые ранее вообще не производились, 643 тяжелых танка T-VI («тигр»), на 566 больше, чем в 1942 г. Количество выпущенных средних танков T-IV увеличилось с 869 в 1942 г. до 3023 в 1943 г. {237}. [83]

Несмотря на значительный рост производства бронетанковой техники, вермахт испытывал в ней недостаток. Немецко-фашистские войска несли громадные потери на советско-германском фронте, восполнять которые удавалось с большим трудом. Дальнейшее же наращивание выпуска танков и штурмовых орудий сдерживалось из-за ограниченных поставок промышленностью материалов и полуфабрикатов. В комментариях составителей сборника стенограмм совещаний Гитлера и Шпеера по экономическим вопросам отмечается: «Все надежды на то, чтобы по крайней мере на восточном фронте сохранять равновесие в количестве танков, были потеряны» {238}.

Значительно расширилось в Германии производство артиллерийского и стрелкового вооружения, особенно крупнокалиберной артиллерии. Выпуск орудий калибра 75 мм и крупнее вырос в 1943 г. по сравнению с 1942 г. в два с половиной раза. Увеличился выпуск зенитных орудий, авиационных пушек и пулеметов. Резко возросло производство противотанковой артиллерии. Если в 1942 г. было изготовлено 1360 противотанковых пушек калибра 75 мм, то в 1943 г. — 7330 шт. {239}. В 1943 г. начался [84] выпуск 88-мм противотанковых пушек. Однако, несмотря на рост производства артиллерийского вооружения, потребность вермахта в нем из-за больших потерь полностью не удовлетворялась. В начале мая из 3860 легких полевых гаубиц, которые к этому времени ожидались в войсках, поступила только 1 тыс., из 2225 тяжелых полевых гаубиц — лишь 1447 и из 220 мортир калибра 210 мм — всего 12 {240}.

Выпуск минометов в 1943 г. превысил уровень 1942 г. в 2,3 раза. Однако потребности войск в минометном и стрелковом вооружении удовлетворялись далеко не полностью.

Необходимость расширения в первую очередь производства бронетанковой техники, артиллерийского и стрелкового вооружения обусловила уменьшение доли расходов на авиационную промышленность. Выпуск самолетов составил в середине 1943 г. 41,9 процента от общей стоимости продукции военного производства, в конце года — 35,7 процента {241}.

Вынужденное после провала наступления под Курском перейти к обороне на советско-германском фронте, а также отражать налеты англо-американской авиации, гитлеровское руководство во второй половине 1943 г. сочло необходимым сократить производство бомбардировщиков. Если принять их выпуск в январе — феврале 1942 г. за 100, то индекс производства составил в феврале 1943 г. 179, в июне — 175, в сентябре — 145 и в декабре — 138 {242}. Выпуск истребителей и штурмовиков в 1943 г. увеличился по сравнению с 1942 г. более чем в 2 раза.

Авиационные части получали самолеты новых типов: истребитель-бомбардировщик (многоцелевой самолет) «Фокке-Вульф-190», вооруженный четырьмя пушками и двумя пулеметами и имевший скорость до 610 км/час; модифицированный истребитель «Мессершмитт-109», усовершенствованные бомбардировщики «Хейнкель-111», «Юнкерс-88» и штурмовик «Хеншель-129».

В строительстве военно-морского флота главное внимание, как и прежде, уделялось производству подводных лодок. Из 298 вступивших в строй в 1943 г. боевых кораблей основных классов 290 составляли лодки и только 8 — надводные корабли. В общей системе военной промышленности роль морских вооружений значительно снизилась. В стоимостном выражении доля военных судов в общем военном производстве составляла 10,9 процента в конце 1942 г., а в конце 1943 г. — лишь 6,6 процента {243}.

Военная промышленность Германии и оккупированных ею стран значительно увеличила изготовление различных боеприпасов, особенно снарядов для крупнокалиберной противотанковой и зенитной артиллерии. Если принять индекс производства боеприпасов, включая авиационные бомбы, в 1940 г. за 100, то в 1942 г. он составлял 106, а в 1943 г. — 247 {244}. Доля производства боеприпасов в общей продукции военной промышленности в стоимостном выражении составила 30,6 процента в конце 1942 г., 24,6 — в середине 1943 г. и 31,5 процента — к концу года {245}.

Для обеспечения нужд войны фашистская Германия усилила грабеж оккупированных и зависимых стран. В 1943 г. она получила из них 12,1 млн. тонн чугуна и 13,9 млн. тонн стали.

Только во Франции 14 тыс. предприятий выполняли немецкие военные заказы. Всего в 1943 г. Германия вывезла из Франции продовольствия, сырья, полуфабрикатов, боевой техники, вооружения и другой военной продукции на 273 млрд. франков. Вклад Бельгии в военную экономику [85] Германии составил в 1943 г. около 3,5 млрд. марок. В Голландии более 70 процентов всех производственных мощностей работало на «третий рейх». Оккупанты изъяли из этой страны сырья, продовольствия и промышленной продукции на 6 млрд. марок. Чехословацкая промышленность поставляла вермахту значительное количество танков. Широко использовалась для обеспечения нужд рейха экономика Дании и Норвегии, Югославии и Греции. Беспощадной эксплуатации подвергалась Польша. Вся товарная продукция, произведенная в генерал-губернаторстве в 1943 г., оценивалась в 4 млрд. злотых. Три четверти этой продукции поступило в распоряжение фашистской Германии {246}.

Доля стоимости продовольствия, сырья, полуфабрикатов и готовых изделий, в том числе военной продукции, вывезенных Германией в 1943 г. из оккупированных стран, составила в общей стоимости германского ввоза 51,2 процента. Большое количество сельскохозяйственной и промышленной продукции, в том числе военной, непосредственно забирали немецкие войска, находившиеся за пределами Германии. Эта продукция немецкой торговой статистикой не учитывалась.

В целях материального обеспечения войны фашистская Германия в максимальных размерах перекачивала на нужды своей экономики ресурсы европейских союзников. Из Румынии, Венгрии, Болгарии, Финляндии, Италии и Словакии она забирала сырье, продовольствие, полуфабрикаты и готовую промышленную продукцию. На их долю в 1943 г. приходилось 92 процента германского импорта нефти и нефтепродуктов, 64,5 бокситов, 58,7 свинцовой, 36,7 хромовой и 26,4 процента медной руды. Из этих стран Германия вывезла продовольствия на сумму более 1,1 млрд. марок, что составляло 34 процента ее общего импорта. Однако дальнейшее выкачивание ресурсов из стран — союзниц Германии ограничивалось большими трудностями, которые испытывала их экономика.

Важное место в военной экономике Германии занимал импорт из Швеции, Швейцарии, Испании, Португалии и Турции. В 1943 г. на их долю приходилось более 52 процентов ввоза железной, 39 цинковой, 24,6 свинцовой и 13,9 хромовой руды, 29,8 олова, 18 алюминия и около 7 процентов меди. Швеция поставляла железную и цинковую руду, а также готовую промышленную продукцию; Швейцария — некоторые виды вооружения, боеприпасов, автомашины и другую продукцию; Испания — продовольствие, легированные металлы и продукцию обрабатывающей промышленности; Португалия — вольфрамовый концентрат; Турция — хромовую руду, продовольствие. Всего в 1943 г. Германия получила из нейтральных стран стратегического сырья, продовольствия и готовой промышленной продукции на 1183,4 млн. марок. Значительное количество сырья и продовольствия поступало в Германию из Аргентины и Парагвая.

Хотя тотальная мобилизация, разграбление ресурсов и беспощадная эксплуатация германскими монополиями рабочей силы захваченных территорий привели к дальнейшему развитию германской военной экономики, она испытывала немало трудностей. Расширение масштабов и напряжение вооруженной борьбы, большие потери боевой техники и личного состава на советско-германском фронте, рост вооруженных сил стран антигитлеровской коалиции выдвигали перед военной экономикой «третьего рейха» новые, еще более сложные и трудноразрешимые проблемы. Большие затруднения возникли с поставками немецкой боевой техники союзникам фашистской Германии. Весной 1943 г. Италии было отказано в поставках немецких танков и самолетов. Генерал [86] Кессельринг в переговорах с итальянскими представителями откровенно признал: «Если бы мы не имели катастрофы под Сталинградом, большая часть заявок могла быть удовлетворена, но германский генеральный штаб вместо этого оказался вынужденным бросать все свои резервы для того, чтобы остановить советский «паровой каток» {247}.

Экономика Италии в 1943 г. пришла в состояние почти полного упадка. Отрезанная от большей части внешних источников снабжения, страна лишилась поставок сырья, которые прежде составляли 80 процентов потребляемой нефти, 70 процентов зерна, 40 процентов леса, 100 процентов каучука и ряда важных цветных металлов {248}. Оставшиеся возможности импорта взяла под свой контроль Германия, обязавшись быть поставщиком сырья и топлива. Однако поступления из «третьего рейха» непрерывно сокращались. Ввоз из Германии металлургического сырья и полуфабрикатов отставал от запланированного на три — шесть месяцев, а в некоторых видах даже на год {249}, большая задолженность образовалась по поставкам каменного угля. Имевшиеся в Италии некоторые запасы сырья и материалов не могли эффективно использоваться вследствие полной дезорганизации экономики. Железные дороги испытывали перенапряжение, так как приходилось перевозить большое количество угля. К тому же подвижной состав понес большие потери от бомбардировок англо-американской авиации, а пути на многих участках были разрушены. Итальянский торговый флот уменьшился к марту 1943 г. на две трети, а для оставшихся кораблей недоставало горючего.

Производственные мощности военной промышленности хотя и были значительными, но из-за острой нехватки сырья, сокращения выработки электроэнергии и ограниченных возможностей транспорта использовались далеко не полностью. В результате военное производство в Италии в 1943 г. переживало резкий спад, а гражданские отрасли промышленности оказались фактически свернутыми.

Танкостроительные заводы Италии, мощности которых были рассчитаны на производство 100 танков в месяц, давали лишь половину этого количества, а авиационные, имея производственную мощность 350 самолетов в месяц, давали в среднем 240. Еще хуже обстояло дело с производством артиллерийского вооружения, стрелкового оружия и боеприпасов. Недостаток сырья и рабочей силы лишал итальянскую судостроительную промышленность возможностей восполнять потери военно-морского флота. Вместо выведенных из строя к 1943 г. 33 эсминцев и 62 подводных лодок вступило в строй 8 эсминцев и 21 подводная лодка {250}.

Вследствие призыва в армию наиболее трудоспособных крестьян, а также сокращения поставок удобрений в 1943 г. упало до самого низкого уровня сельскохозяйственное производство. Итальянцы получали по карточкам 200 г хлеба в день, 400 г мяса, 500 г сахара и 100 г оливкового масла в месяц, что составляло всего 1100 калорий на человека в день {251}. При этом выдача продовольствия по карточкам была нерегулярной.

И без того бедственное положение итальянских трудящихся усугублялось тем, что гитлеровцы, проникшие во все сферы хозяйственной деятельности, учиняли настоящий грабеж национальных богатств страны. Из Италии в Германию в больших количествах вывозились химическое сырье и готовая продукция химической промышленности. Ежемесячно в рейх отправлялось до 15 тыс. тонн текстильного сырья, полуфабрикатов [87] и готовых товаров, 430 тыс. пар обуви, 50 млн. патронов, до 4 400 тыс. снарядов и мин, 200 авиамоторов, 1100 грузовых и 300 легковых автомашин {252}.

Заказы, которые заправилы «третьего рейха» размещали в итальянских фирмах, оплачивались из кредитов, отпускавшихся правительством Италии на содержание немецких войск и подлежавших возврату после войны. Из этих же кредитов платили гитлеровцы и за вывозившиеся в Германию сельскохозяйственные продукты. Создалась громадная задолженность фашистского рейха Италии. Германия широко использовала трудовые ресурсы своего младшего партнера по блоку. Сотни тысяч итальянцев перемещались в рейх и вынуждены были трудиться на немецких предприятиях, где подвергались беспощадной эксплуатации.

В Италии ширилось забастовочное движение. Особый размах оно приобрело с весны 1943 г. Мартовские забастовки показали, что итальянский рабочий класс являлся ведущей силой массовой антифашистской борьбы.

Экономика Румынии полностью контролировалась и хищнически использовалась Германией для продолжения войны. Экономическое положение страны было тяжелым. Промышленное производство из-за недостатка сырья уменьшалось. Резко сокращались посевные площади. Опасные размеры принимала инфляция. И тем не менее из Румынии в Германию вывозилось большое количество сырья и продовольствия. Поставки румынского зерна рейху составили в 1943 г. 52 587 тонн. Правительство И. Антонеску отправляло в Германию 90 процентов производимых в стране мясных продуктов, хотя население Румынии находилось на голодном пайке. Из добытых в 1943 г. в Румынии 5 273 тыс. тонн нефти за границу ушло 3 159 тыс., в том числе в Германию более 2511 тыс. тонн {253}.

Германия полностью контролировала и экономику Венгрии. Рейх вывозил из страны сырье и значительную часть военной продукции. В 1943 г. Германии было поставлено 891 тыс. тонн бокситов, 462 тыс. тонн нефти, свыше 1 320 тыс. снарядов для 40-мм и 75-мм пушек {254}. Из выпущенных в Венгрии 600 боевых самолетов в Германию было отправлено 420, из 3398 авиамоторов — 2338 {255}. В 1943 г. Венгрия, несмотря на катастрофическое снижение урожайности, поставила Германии пшеницы больше, чем в 1942 г. Одновременно увеличился вывоз масличных культур, жиров, свиней и крупного рогатого скота, а также домашней птицы {256}.

Огромные затруднения испытывала экономика Болгарии. Однако царская клика продолжала поставлять рейху большое количество сельскохозяйственной продукции, не считаясь с нуждами народа. Росли заказы гитлеровцев на строительство в Болгарии судов и снаряжение для вермахта.

Тяжелым было и экономическое положение Финляндии. Из-за сокращений посевных площадей еще больше обострился продовольственный кризис, росла дороговизна, увеличивался государственный долг. В то же время Финляндия поставляла в Германию значительное количество никеля, целлюлозы, леса и других материалов. [88]

Военная экономика империалистической Японии испытывала в 1943 г. большие трудности. В метрополии имелись ограниченные сырьевые ресурсы, а многие виды сырья вообще отсутствовали. Накопленные ранее запасы к весне 1943 г. были в значительной степени израсходованы. Расчеты японских империалистов на широкое получение ресурсов из захваченных стран не оправдались. Из-за потерь японского флота, общего недостатка транспортных средств и растянутости коммуникаций еще более сложной стала доставка материалов в метрополию. Коммуникации подвергались ударам американской авиации и подводных лодок. Вывозу сырья и материалов из захваченных Японией территорий серьезно мешала растущая национально-освободительная борьба патриотических сил оккупированных стран.

В японской экономике командное положение занимали крупнейшие монополии и связанные с ними компании. Виднейшие их представители занимали руководящие посты в государственном аппарате.

В сентябре 1943 г. были ликвидированы министерства торговли и промышленности, плановое бюро и создано министерство вооружений, которое возглавил премьер-министр Тодзио. Министерство являлось, по существу, штабом военно-промышленных концернов по эксплуатации материальных и людских ресурсов страны. Оно осуществляло контроль над 675 крупнейшими компаниями как в самой Японии, так и в ее колониях {257}.

Монополии получали крупные субсидии из государственного бюджета. Прибыли всех компаний Японии росли с необыкновенной быстротой и в 1943 г. достигли 6,3 млрд. иен {258}. В интересах крупных монополий осуществлялась принудительная концентрация производственных мощностей, так называемое «упорядочение» мелких и средних предприятий. В 1943 г. было объединено 570 предприятий с общим капиталом 7,8 млрд. иен {259}.

В целях повышения эффективности производства и ослабления уязвимости промышленных объектов от налетов авиации противника с 1 июля в стране начала проводиться административная реформа. Территория Японии была разделена на девять административных округов. Каждый округ получил определенную автономию в экономическом отношении. Он был обязан обеспечивать за счет внутренних ресурсов расположенные на его территории военные предприятия рабочей силой, сырьем, электроэнергией и продовольствием {260}.

Отрасли экономики, непосредственно обслуживавшие войну, пользовались особыми привилегиями. К ним относились в первую очередь авиационная, судостроительная и алюминиевая промышленность, производство легких сплавов, многие станкостроительные и химические предприятия и т. д. С 1943 г., когда стало невозможным их полное обеспечение сырьем, топливом, рабочей силой и транспортными средствами, пришлось ввести систему сверхприоритетных отраслей. В эту группу были включены судостроение, авиационная и алюминиевая промышленность.

По переписи 22 февраля 1944 г., данные которой отражают положение в конце 1943 г., общая численность населения Японии составляла 77 млн. человек, из них 23,4 млн. работоспособных мужчин и 14 млн. женщин. Из этого количества почти 4 млн. мужчин находились в вооруженных [89] силах {261}. Только жесточайшая эксплуатация трудящихся позволяла японским монополиям обеспечивать потребности в рабочей силе. С целью максимального ее привлечения и полного использования в интересах военного производства были проведены мероприятия, означавшие фактическое закрепощение трудящихся монополиями. Японские историки дали следующую оценку мер, проводившихся правительством Японии: «...в военные годы труд носил характер рабского труда, осуществляемого по принуждению властей; он означал ограбление рабочих, которые не могли даже рассчитывать на минимум зарплаты» {262}. Трудящиеся Японии испытывали тяжкие лишения. По карточкам, кроме риса, ничего не выдавалось. Норма выдачи риса составляла 330 г в день на одного работавшего. Полуголодное существование приводило к увеличению смертности. Если в 1938 г. в Токио на 1 тыс. человек населения умерло 13 человек, то в 1943 г. — 22,6, а в городе Осака смертность возросла с 13,4 до 25,7 человека на каждую тысячу {263}.

83-я чрезвычайная сессия японского парламента (26 — 29 октября 1943 г.) утвердила 14 законопроектов о тотальной мобилизации людских и материальных ресурсов на ведение войны и приняла проникнутую демагогией резолюцию «О всеобщем подъеме на борьбу миллиардного населения Восточной Азии».

Чтобы усилить политическое влияние на трудящиеся массы и еще интенсивнее эксплуатировать рабочую силу, под руководством ассоциации помощи трону на предприятиях Японии создавались специальные организации — «общества промышленного служения отечеству». Созданные повсюду местные ассоциации помощи трону развертывали националистическую пропаганду, с тем чтобы внушить чувство ответственности за судьбу страны всему народу, призвать к бережливости, подписке на военные займы, к выходу на работу по трудовой повинности. Широко пропагандировался лозунг «Бороться и победить во второй год войны». Население должно было отдать все силы «священной борьбе», идти на новые лишения и самопожертвования во имя императора и будущей победы {264}.

Одновременно усиливались репрессии против антивоенных демократических сил, производились многочисленные аресты «неблагонадежных» по всей стране. Репрессии обрушивались прежде всего на японских коммунистов и сочувствующих им.

Хотя правительство затратило немало усилий на то, чтобы сплотить население для «священной борьбы», обострение противоречий между трудом и капиталом не только не ослабевало, но и усиливалось. Об этом свидетельствовал рост стачечного движения.

Широко проводя тотальную мобилизацию, государственно-монополистические круги добились интенсификации использования материальных и людских ресурсов, сохранения высокого уровня производства. Показатели работы промышленности приведены в таблице 12.

Данные таблицы показывают, что энергетическая база японской промышленности была довольно развита. Однако экономика и вооруженные силы испытывали большие трудности в обеспечении их топливом. Хотя в Японии и оккупированных ею странах производство нефти и синтетического горючего по сравнению с 1942 г. увеличилось более чем в два раза, однако по-прежнему ощущался недостаток в этом виде топлива. Добыча угля увеличилась незначительно. Японский уголь был низкого качества и фактически не годился для производства кокса. Коксующийся [90]

Таблица 12. Производство основных видов промышленной продукции в Японии в 1942 — 1943 гг. {265}

Виды продукции

1942 г.

1943 г.

1943 г. в процентах к 1942 г.

Электроэнергия (млрд. квт-ч)

33,6

33,9

100,9

Уголь (млн. т)

54,2

55,5

102,4

Нефть и синтетическое горючее (млн. т) {*1}

2,8

6,4

228,6

Чугун (млн. т)

4,4

4,4

100,0

Сталь (млн. т)

7,0

7,8

111,4

Алюминий (тыс. т)

103,1

141,4

137,1

Медь (тыс. т)

105,2

124,8

118,6

Автомобили грузовые (тыс. шт.)

25,0

22,0

88,0

{*1} Включая оккупированные территории района Южных морей.

уголь импортировался. Его ввоз сократился с 4 млн. тонн в 1942 бюджетном году до 2,9 млн. тонн в 1943 г.

Япония располагала ограниченными источниками железной руды и имела сравнительно слабо развитую черную металлургию, что серьезно лимитировало военное производство. Несмотря на форсирование добычи железной руды в Японии, потребности удовлетворялись лишь частично. Железная руда ввозилась главным образом из Кореи, Маньчжурии, Малайи и Филиппин. Однако из-за трудностей транспортировки по морским коммуникациям ввоз руды в 1943 г. стал сокращаться. Япония сильно отставала от главных капиталистических стран и по производству цветных и легированных металлов. В 1943 г. производство меди составило 125 тыс. тонн, свинца — 34 тыс., цинка — 62 тыс. {266}. Во много раз ниже не только американского, но и германского был объем продукции японского машиностроения.

Легкая промышленность Японии во время войны из года в год сокращала объем производства. Индекс выпуска текстильной продукции (выпуск 1930 — 1939 гг. принят за 100) с 54 в 1942 г. упал до 35 в 1943 г. {267}.

Сельское хозяйство Японии в 1943 г. дало 9,4 млн. тонн риса и 1,1 млн. тонн пшеницы {268}. Продовольствие, производимое в метрополии, удовлетворяло потребности населения далеко не полностью, а импорт из оккупированных стран неуклонно уменьшался. Ввоз риса в 1943 г. составил 0,7 млн. тонн против 1,1 млн. в 1942 г. {269}. Поголовье крупного рогатого скота насчитывало в 1943 г. 2 389 тыс. голов {270}. Это было в 35 раз меньше, чем в США, и в 8 раз меньше, чем в Германии.

Островное положение страны, необходимость перевозок большого количества грузов по растянутым морским коммуникациям обусловили первостепенное значение строительства торгового флота. В 1943 г. были спущены на воду торговые суда водоизмещением 1 124 тыс. брт, в 1942 г. — 424 тыс. брт {271}. Несмотря на столь большой рост, японское судостроение [91] не справлялось с восполнением потерь. Главное, что сдерживало строительство судов, заключалось в недостатке металла. Американский экономист Дж. Коен писал: «Создался порочный круг, вращавшийся все быстрее и быстрее. Невозможность ввозить сырье из-за расстройства судоходства вызвала резкое сокращение производства стали. Это обстоятельство в свою очередь ограничивало строительство судов, и Япония не в состоянии была привести свое судостроение хотя бы в приблизительное соответствие с имевшими место потерями судов» {272}.

Производство боевой техники (кроме танков) и вооружения, которому подчинялась вся экономика Японии, в 1943 г. продолжало увеличиваться. В 1943 г. было произведено оружия на 10,8 млрд. иен (в ценах 1945 г.), в 1942 г. — на 6,7 млрд. иен {273}. Данные об объеме продукции военной промышленности приводятся в таблице 13.

Таблица 13. Производство основных видов боевой техники и вооружения в Японии в 1942 — 1943 гг. {274}

Боевая техника и вооружение

1942 г.

1943 г.

1943 г. в процентах к 1942 г.

Винтовки (тыс. шт.)

440,0

634,0

144,1

Пулеметы всех видов (тыс. шт.)

71,1

113,5

159,6

Орудия и минометы (тыс. шт.)

14,8

29,4

198,6

Танки и самоходно-артиллерийские установки (тыс. шт.)

1,2

0,8

66,7

Самолеты (тыс. шт.)

8,9

16,7

187,6

Боевые корабли основных классов

38

54

142,1

Поскольку морской театр военных действий для Японии являлся основным, военное производство прежде всего обеспечивало выпуск боевых кораблей, транспортных и вспомогательных судов, а также боевых самолетов. Сильно увеличился выпуск подводных лодок. Японские подводные лодки не отличались высокими тактико-техническими данными. Большие по размерам, трудноуправляемые под водой, оснащенные несовершенным гидролокационным и радиолокационным оборудованием, они были легко уязвимы. На надводных кораблях, как правило, радиолокационного оборудования не было.

К сверхприоритетным отраслям военного производства относилась авиационная промышленность. В 1943 г. выпуск самолетов по сравнению с 1942 г. увеличился почти в два раза.

Доля годового производства военных материалов для военно-воздушных сил возросла в 1943 г. до 46,8 процента (39 процентов в 1942 г.). Этот рост происходил главным образом за счет сокращения доли производства военных материалов для сухопутных войск, которая упала с 20,5 процента в 1942 г. до 12,4 процента в 1943 г.

Более быстрыми темпами развивалось производство боевых самолетов, особенно истребителей. Выпуск бомбардировщиков оставался значительным. В последнем квартале 1943 г. наметилась тенденция к расширению производства одномоторных самолетов. Это явилось следствием сокращения [92] выпуска авиационных моторов, вызванного недостатком ферросплавов.

Производству бронетанковой техники в Японии придавалось второстепенное значение. Широкое развертывание танковой промышленности требовало больших усилий и расхода дефицитного высококачественного металла. Поэтому и без того сравнительно низкий уровень выпуска танков еще более снизился. Тактико-технические характеристики японской бронетанковой техники оставались низкими.

Производство артиллерийского и стрелкового вооружения прежде всего подчинялось интересам оснащения морских судов и самолетов.

В целом в производстве боевой техники и вооружения Япония в 1943 г. как по количеству, так и по качеству значительно уступала другим крупным воюющим государствам. Следует учитывать также и то обстоятельство, что, ведя войну на заморских театрах, Япония направляла многие технические средства борьбы на значительные расстояния от метрополии и не имела возможности обеспечить надежное прикрытие конвоев. Если в 1942 г. потери военных грузов при транспортировке составили 160 тыс. тонн (3 процента отправленных), то в 1943 г. они возросли до 1 390 тыс. тонн (17 процентов) {275}.

В результате тотальной мобилизации людских и материальных ресурсов, беспощадной эксплуатации колоний и захваченных стран японским империалистам удалось в 1943 г. увеличить выпуск военной продукции. Военная экономика Японии была еще в состоянии обеспечивать основные потребности войны, хотя общее соотношение сил на Тихоокеанском театре уже изменялось в пользу антигитлеровской коалиции.

* * *

1943 год характеризовался значительным ростом военной экономики обеих воюющих коалиций. Выпуск военной продукции резко увеличился. Это предопределяло дальнейшее нарастание масштабов и напряженности борьбы, еще большее насыщение полей сражений боевой техникой и вооружением новых образцов.

Превосходство антигитлеровской коалиции в уровне развития военной экономики и производстве боевой техники и вооружения в 1943 г. еще больше возросло, а по ряду важнейших показателей стало подавляющим. Эти крупные успехи обеспечивались высокими темпами развития военной экономики Советского Союза, США и Англии. В фашистском блоке рост военно-экономического потенциала произошел главным образом в результате тотальной мобилизации, беспощадного ограбления материальных и людских ресурсов порабощенных стран.

В СССР, США и Англии в 1943 г. было выработано электроэнергии в 3,5 раза больше, выплавлено чугуна и стали в 2,3, добыто нефти в 17 раз больше, чем в Германии, Японии и Италии. Государства антигитлеровской коалиции произвели в 3,4 раза больше самолетов, в 5,9 раза — танков и самоходно-артиллерийских установок, чем страны фашистского блока. Однако рост военно-экономического потенциала стран антигитлеровской коалиции, который существенно превосходил потенциал фашистского блока, не давал того эффекта в общей борьбе с врагом, который можно было бы ожидать. Если Советский Союз максимально использовал свои ресурсы в интересах ведения вооруженной борьбы на решающем, советско-германском фронте, то правительственные круги США и Англии, не будучи заинтересованы в ускорении сроков окончания войны, значительную массу произведенной боевой техники и вооружения не использовали в боевых [93] операциях. Так, при производстве в США и Англии в 1943 г. около 46 тыс. танков и самоходно-артиллерийских установок к концу года на итальянском фронте находилось не более 1500 машин, а на Тихоокеанском театре военных действий и того меньше. Восполнение потерь, которые были относительно невелики, требовало сравнительно небольшого количества новой техники. Из произведенных западными союзниками в 1943 г. более 75 тыс. боевых самолетов в войне против фашистского блока участвовала лишь незначительная часть. Основная масса средств борьбы оставалась в США и на Британских островах.

В 1943 г. СССР произвел до 35 тыс. самолетов, или почти на 10 тыс. больше, чем Германия, в два с лишним раза больше танков и самоходно-артиллерийских установок и артиллерийских орудий и минометов. При выплавке в Советском Союзе 8,5 млн. тонн стали было выпущено 24,1 тыс. танков и самоходно-артиллерийских установок, а в Германии (включая оккупированные страны) при выплавке 34,6 млн. тонн стали — лишь 10,7 тыс. танков и штурмовых орудий. И это при условии, когда фашистское руководство объявило производство танков первоочередной, важнейшей задачей и на их выпуск были направлены большие усилия. Такое предельно рациональное использование металла для производства боевой техники стало возможным благодаря плановой социалистической экономике.

Французский историк Ж. Видаленк справедливо отмечал, что в 1943 г. «русские действительно совершили индустриальное чудо, позволившее им экипировать людские массы, которыми располагали все советские республики» {276}.

Германская военная экономика в 1943 г. явно уступала военной экономике Советского Союза. Как ни быстро рос выпуск военной продукции в Германии, он все же отставал от роста военного производства в СССР. Громадные потери боевой техники и вооружения, большой расход боеприпасов на советско-германском фронте крайне осложняли решение задачи количественного и качественного наращивания оснащенности вермахта, армий союзных Германии стран и восполнения понесенного урона. Такое положение сложилось несмотря на то, что Германия достигла к этому времени наиболее высокого с начала войны уровня военного производства. Весьма сложной задачей являлось восполнение потерь бронетанковой и авиационной техники. В комментариях к дневнику немецкого верховного главнокомандования отмечается: «Что касается военно-воздушных сил, то противник обогнал нас в технической области и производственной мощности. Наверстать упущенное было слишком поздно. Начальник генерального штаба ВВС и штаба оперативного руководства авиацией генерал-полковник Г. Ешоннек не видел больше никакой возможности предотвратить гибель и скорую ликвидацию этого вида вооруженных сил. 19 августа 1943 г. он покончил жизнь самоубийством» {277}.

Советская военная экономика в достаточном количестве обеспечивала Вооруженные Силы новейшими образцами боевой техники, которые по многим тактико-техническим показателям превосходили боевую технику противника. Примечательны в этом отношении суждения военного деятеля фашистской Германии генерал-фельдмаршала Э. Манштейна. Уже после войны он писал: «Как бы удивительна ни была энергия, с которой Гитлер организовывал повышение выпуска военной продукции, все же это не могло сравняться с масштабами роста продукции у противника. Если мы во второй половине 1943 г. могли ежемесячно выпускать около 500 танков, [94] то советская промышленность выпускала в несколько раз больше...» {278}.

В свете приведенных фактов становится очевидной несостоятельность широко распространенного в буржуазной литературе утверждения, будто экономическая мощь США оказала решающее воздействие на ход второй мировой войны. В 1943 г., когда завершился коренной перелом в войне, не только вооруженные силы США, но и их экономика не оказывали такого влияния на ход войны, которое соответствовало их возможностям. Истина состоит в том, что решающие победы на главном фронте второй мировой войны Советская Армия завоевала не американским, а своим собственным первоклассным советским оружием. «Великий подвиг совершили рабочий класс, колхозное крестьянство, советская интеллигенция, которые своим самоотверженным трудом вместе с воинами Вооруженных Сил ковали победу над врагом, на протяжении всей войны фронт и тыл представляли собой единый боевой лагерь» {279}.

Результаты развития военной экономики воюющих государств в 1943 г. со всей очевидностью показывали: страны антигитлеровской коалиции получали все большие преимущества, их военно-экономический потенциал укреплялся, а положение фашистского блока в военно-экономическом отношении становилось все более трудным.

Вследствие того что США и Англия вели войну в удаленных от Германии районах, непосредственно не угрожали самому гитлеровскому рейху и вводили в действие небольшую часть имевшихся в их распоряжении сил и средств, фашистское руководство могло бросить и бросало основную массу людских и материальных ресурсов на обеспечение нужд восточного фронта. В 1943 г. с максимальной полнотой были использованы в вооруженной борьбе боевая техника и вооружение, произведенные Советским Союзом и Германией. По существу, происходило противоборство военно-экономических потенциалов этих стран.

Коммунистическая партия и Советское правительство, несмотря на имевшиеся трудности, успешно решили сложнейшие задачи обеспечения фронта и тыла всем необходимым для ведения войны. Осуществленное под руководством Политбюро ЦК партии и ГКО перевооружение советских войск означало ликвидацию технического превосходства врага. Это создало необходимые предпосылки для нанесения новых мощных ударов по противнику. Советский общественный и государственный строй, вся система политического и военного руководства, животворный патриотизм народов Советского Союза, их самоотверженный труд обеспечили самое широкое использование людских и материальных ресурсов страны для разгрома агрессора.

Оглавление. Завершение перелома во Второй мировой войне

www.protown.ru

Стратегические бомбардировки Германии в 1943 году

Основная статья: Стратегические бомбардировки в период Второй мировой войны

В январе 1943 на Касабланкской конференциибыло принято решение начать стратегические бомбардировки Германии совместными англо-американскими силами. Целями бомбардировок должны были стать как объекты военной промышленности, так и города Германии. Операция получила кодовое название «Пойнт-бланк».

В июле-августе 1943 года массированной бомбардировке был подвергнут Гамбург. Первым массированным налётом на объекты в глубине Германии сталдвойной рейд на Швайнфурт и Регенсбург17 августа 1943 года. Подразделения неохраняемых бомбардировщиков оказались неспособны защитить себя от атак немецких истребителей, и потери оказались значительными (около 20 %). Такие потери были признаны неприемлемыми, и8-я воздушная армия[en]приостановила воздушные операции над Германией вплоть до прибытия истребителейP-51 Mustang, имевших достаточную дальность полёта, чтобы долететь доБерлинаи обратно.

Гуадалканал. Азия

Основные статьи: Кампания на Соломоновых островах,Битва за Гуадалканал

С августа 1942 года по февраль 1943 годаяпонские и американские войска сражаются за контроль над островомГуадалканалв составе архипелагаСоломоновы острова. В этой битве на истощение в конце концов верх одерживаютСоединённые Штаты. Необходимость направлять подкрепления на Гуадалканал ослабляет японские силы вНовой Гвинее, что способствует освобождению острова от японских войск, которое завершается в начале 1943 года.

В конце 1942 и в течение 1943 года британские войска предпринимают несколько безуспешных попыток контрнаступления в Бирме.

В ноябре 1943 года союзникам удаётся овладетьяпонским островомТарава.

Конференции на третьем периоде войны

Основная статья: Тегеранская конференция

Быстрое развитие событий на всех фронтах, особенно на советско-германском, потребовало от союзников уточнения и согласования дальнейших планов ведения войны. Это было сделано на состоявшейся в ноябре 1943 годаТегеранской конференции.

Четвёртый период войны (июнь 1944 — май 1945) Западный фронт Германии

Основные статьи: Высадка в Нормандии,Прорыв линии Зигфрида,Голландская операция (1944),Арденнская операция (1945),Итальянская кампания (1943—1945)

Американские солдаты на пляже Омаха

6 июня1944 годасоюзные силыСША,ВеликобританиииКанадыпосле двух месяцев отвлекающих манёвров проводят крупнейшую десантную операцию в истории и высаживаются вНормандии.

В августе американские и французские войска высадились на юге Франции, освободили городаТулониМарсель.25 августасоюзники входят вПариж, и освобождают его вместе с отрядамифранцузского Сопротивления.

В сентябре начинается союзное наступление на территорию Бельгии. К концу1944 годанемцам с большим трудом удаётся стабилизировать линию фронта на западе.16 декабрянемцы переходят в контрнаступление вАрденнах, а командование союзников направляет в Арденны подкрепления с других участков фронта и резервы. Немцам удаётся продвинуться на 100 км вглубьБельгии, но 22 декабря американская 3-я армия генералаПаттонаначала контрнаступление, атаковав немцев с юга, и к 25 декабря 1944 года немецкое наступление захлебнулось, а союзники перешли в общее контрнаступление. К 27 декабря немцы не удержали захваченных позиций в Арденнах и начали отступать.Стратегическая инициативабезвозвратно переходит к союзникам, в январе 1945 года немецкие войска предпринимают локальные отвлекающие контратаки в Эльзасе, которые также закончились неудачно. После этого американские и французские войска окружили части 19-й немецкой армии возле городаКольмарвЭльзасеи разгромили их к 9 февраля («Кольмарский котёл»). Союзники прорвали немецкие укрепления («Линия Зигфрида», или «Западный Вал») и начали вторжение в Германию.

В феврале-марте 1945 года союзники в ходе Маас-Рейнской операциизахватили всю территорию Германии к западу отРейнаи форсировали Рейн. Немецкие войска, потерпев тяжёлые поражения в Арденнской и Маас-Рейнской операциях, отступили на правый берег Рейна. В апреле 1945 года союзникиокружили немецкую группу армий «Б» в Руреи к 17 апреля разгромили её, и вермахт потерялРурский промышленный район— важнейший промышленный район Германии.

Канадский снайпер в ходе боёв в Италии.

Союзники продолжили наступление вглубь Германии и 25 апреля встретились с советскими войсками на Эльбе. Ко 2 мая британские и канадские войска (21-я группа армий) захватили весь северо-запад Германии и достигли границ Дании.

После завершения Рурской операции высвободившиеся американские части перебросили на южный фланг в 6-ю группу армий, для захвата южных районов Германии и Австрии.

На южном фланге американские и французские войска, наступая, захватили юг Германии и Австрию. Части 7-й американской армии перешли через АльпыпоБреннерскому перевалуи 4 мая встретились с войсками 15-й группы армий союзников, наступавших в Северной Италии.

В Италиинаступление союзников продвигалось очень медленно. Несмотря на все попытки, им так и не удалось в конце1944 годапрорвать линию фронта и форсировать рекуПо. В апреле 1945 года их наступление возобновилось, они преодолели немецкие укрепления («Готская линия»), и прорвались в долину реки По.

28 апреля1945 года итальянские партизаны захватывают и казнятМуссолини. Полностью Северная Италия была очищена от немцев лишь в мае 1945 года.

studfiles.net

Внутренний кризис Германии в 1943–1945 гг.

24 Января 2013

Поражение вермахта под Сталинградом «глубоко потрясло немецкий народ» [1]. «Всеобщим является убеждение, что Сталинград означает поворотный пункт войны, – говорилось в донесении службы безопасности 4 февраля 1943 г. – Менее стойкие граждане склоняются к тому, что Сталинград – это начало конца» [2]. Первым признаком кризиса власти стало отношение к «тотальной мобилизации». 13 января 1943 г. Гитлер подписал секретный «Приказ о широком использовании мужчин и женщин в целях обороны рейха», по которому все немцы в возрасте от 16 до 65 лет и немки от 17 до 50 лет должны были встать в ряды вермахта или к станкам оборонных предприятий.

Осуществление мобилизации выявило противоречия между интересами режима и трудового народа. Под сомнение попали важнейшие тезисы нацистской пропаганды о «народной общности» и «преодолении классовой борьбы». Иллюзия, что, наконец, тяготы войны будут справедливо распределены между всеми слоями общества, быстро развеялась.

Результаты «тотальной мобилизации» оказались скромнее, чем ожидалось и требовалось. С января по июнь 1943 г. около миллиона человек были призваны в армию и примерно 2 млн. пополнили трудовой фронт. Не хватало 750 тыс.[3]

Год, истекший после сталинградской катастрофы вермахта, не улучшил положения третьего рейха. Отступление германских войск на востоке продолжалось, а ситуация внутри страны ухудшалась. Среди населения шли разговоры о том, что 1944 г. будет для Германии еще более тяжелым, чем предшествовавший. «Таким плохим, как теперь, – говорилось в секретном донесении СД, службы безопасности СС, от 10 февраля 1944 г., – военное положение еще никогда не было. Только чудо может нам принести победу. Дела идут все хуже»[4].

Тревога чувствовалась и в тылу, и на фронте. В письмах военнослужащих с восточного фронта, в рассказах отпускников все чаще говорилось об ожесточенности боев, больших потерях и отступлении германских войск, проявлялся пессимизм и разочарование. Письмо с фронта, отправленное весной 1944 г. гласит: «Сегодня даже не имеет значения, где я буду. В Германии тебе на голову может упасть бомба. В прифронтовом тылу можно пострадать от партизан, а на передовой также небезопасно»[5].

Много беспокойства причиняли населению Германии воздушные налеты авиации союзников. К маю 1944 г. 15 млн. жителей были эвакуированы в восточные и южные районы, менее доступные для бомбардировок. К этому времени было разрушено более 1,1 млн. квартир. Во многих городах не работали водоснабжение и канализация, часто прерывалась подача электроэнергии и газа.

Дополнительные трудности с размещением людей возникли также в связи с тем, что с 1944 г. на территорию Германии стали в большом количестве пребывать этнические немцы – «фольксдойче», поселившиеся впрошлом в других европейских государствах.

Возникшие в Германии трудности повседневной жизни вызывали ропот среди населения. Нередко осуждались не только действия англо-американских летчиков, но и германских военных властей, не выполнивших свои обещания защитить страну от воздушных налетов.

Одновременно со скептицизмом в отношении победы Германии значительная часть населения стала проявлять недоверие к нацистскому руководству и к Гитлеру, так как нередко их дела не соответствовали словам.

Агенты службы безопасности СС сообщали властям о негативных высказываниях немцев в адрес Гитлера и других нацистских руководителей. Так, в середине апреля 1944 г. одна жительница г. Швайнфурта, скрываясь с двумя малолетними детьми в бомбоубежище от очередного налета союзной авиации, заявила: «Фюреру легко. Ему не надо заботиться о семье. Если случится самое худшее, он покинет нас в беде и пустит себе пулю в голову. Он всегда утверждал, что не переживет поражения!» [6]. Такая интерпретация населением слов Гитлера стала встречаться повсеместно. К этому времени три четверти немцев уже были убеждены в том, что Германия войну проиграла [7]. Они считали, что правительство должно добиваться мира, а не стремиться изо всех сил продолжать войну. Среди населения официальная пропаганда теряла авторитет.

Пытаясь приостановить нарастание негативных настроений в стране, германское руководство решило прежде всего укрепить ряды нацистской партии, повысить ее роль во всех сферах жизни, особенно активизировать работу на местах. Имперское руководство НСДАП потребовало от каждого члена партии «разоблачать распространителей подрывных слухов» и «бороться с безответственными болтунами». В феврале и марте 1944 г. были проведены совещания со всеми рейхслейтерами и гаулейтерами, на которых рассматривалась возникшая в Германии критическая ситуация. Были расширены полномочия руководителей областей. В пределах своих областей они выполняли функции высшей законодательной и исполнительной властей. В мае 1944 г. из имперской канцелярии НСДАП была направлена на места директива № 17 о действиях в условиях кризиса. Чтобы повысить авторитет местных организаций НСДАП, им предписывалось более активно участвовать во всех благотворительных акциях, взять на себя попечительство над пострадавшими от бомбежек, эвакуированными и другими жертвами войны. За счет партийных средств с 19 июня 1944 г. стали проводиться чествования погибших на войне и новорожденных, праздноваться свадьбы.

Нацистская пропаганда стремилась всячески поддерживать в народе веру в фюрера. Она твердила о его прозорливости и непогрешимости, заверяла немцев, что «чем более отчаянным является военное положение, тем ближе к победе» [8].

Новым проявлением кризиса явилась попытка покушения на Гитлера 20 июля 1944 г. Гитлера пытался убить один из высокопоставленных офицеров вермахта – полковник граф Клаус фон Штрауффенберг. В заговоре оказались замешанными многие высшие военные чины: генерал-фельдмаршалы Э. Вицлебен, Г. Клюге, Э. Роммель, генерал от инфантерии Ф. Олбрихт, генералы артиллерии Э. Вагнер и Ф. Линдеман, генерал войск связи Э. Фелльгибель. Их участие в путче свидетельствовало о том, что часть германского армейского генералитета и офицерства осознала авантюристичность политики Гитлера. Генералы решили убрать обанкротившегося фюрера и тем самым предотвратить катастрофическое для Германии развитие событий. Однако заговор 20 июля провалился, и нацистская правящая клика использовала это, чтобы еще больше сконцентрировать власть в своих руках, усилить влияние нацистской партии в вооруженных силах и расширить меры по тотальной мобилизации населения на войну.

После провала заговора Гитлер стал объяснять причину всех неудач на фронте предательством офицеров и генералов вермахта, которые, несмотря на его приказы «стоять насмерть», отводят войска. Доказательством предательства он считал также создание в Москве «Союза немецких офицеров» из военнопленных во главе с генералом артиллерии В. Зейдлицем. Гитлер считал, что офицеры, особенно из знатных дворянских семей, не доверяли ему и с самого начала войны встали на путь предательства.

С назначением Гитлером Геббельса генеральным уполномоченным по тотальной войне 25 июля 1944 г. началась всеохватывающая мобилизация людских и материальных ресурсов для продолжения войны. Основные усилия Геббельс направил на поиски новых солдат для вермахта. Были закрыты все театры, варьете, кабаре, 18 из 25 цирков, многие предприятия кинопромышленности, музыкальные и художественные учебные заведения, издательства и профессиональные училища. Из 2200 имевшихся в стране кинотеатров продолжали действовать только 630. Была прекращена публикация художественной и развлекательной литературы, всех иллюстрированных и большинства других журналов, а также многих газет. Сокращался аппарат органов управления.

В целях мобилизации дополнительных людских ресурсов закрывались десятки тысяч магазинов, небольших предприятий и мастерских. С 11 августа 1944 г. повсеместно были запрещены отпуска, с сентября продолжительность нормальной рабочей недели увеличивалась до 60 часов. Со второй половины 1944 г. немецкие женщины стали широко привлекаться не только в военную промышленность, но и для службы в вооруженных силах.

Несмотря на тотальную мобилизацию, Германия испытывала все более острый недостаток как для вооруженных сил, так и для военной промышленности. С августа по октябрь 1944 г. сухопутные силы Германии, согласно официальным немецким данным, потеряли убитыми, ранеными и пропавшими без вести 1189 тыс. человек, а для пополнения получили за это время лишь 289 тыс. человек. Нацистские власти шли на крайние меры, чтобы как-то восстанавливать потери. Были сформированы батальоны, состоявшие из больных людей, ранее считавшихся непригодными для военной службы. Указом Гитлера от 25 сентября 1944 г. было создано «народное ополчение» – фольксштурм.

Немецкое население отнеслось к созданию фольксштурма скептически. Оно рассматривало его как признак слабости Германии. Роптание в народе вызвало и повсеместное привлечение гражданского населения для сооружения на территории Германии оборонительных рубежей.

Важным фактором, усиливавшим дестабилизацию внутреннего положения Германии, явился поток беженцев, вызванный приближением фронта к границам третьего рейха. С появлением эвакуированных и беженцев с востока тяготы войны распространились на все города и села Германии. Росло недовольство как простых людей, так и местных органов власти.

Появление в Германии миллионов беженцев, их материальная неустроенность и гибель многих от холода и бомбежек отрицательно сказывались и на вермахте. Значительное количество военнослужащих потеряли связь со своими родными. Тревога за судьбу родных заставляла их уделять много времени наведению различных справок, отвлекала от выполнения служебного долга, порождала упаднические настроения. Все это снижало боеспособность войск.

Предвидя поражение Германии, финансовые и промышленные круги стали срочно принимать меры к сохранению своих капиталов и производственных мощностей в случае разгрома Советской Армией нацистского режима. Концерны переместили из Силезии и других –восточных районов свои банковские вложения в центральные и в западные области Германии.

Материальные невзгоды отрицательно воздействовали на настроение немцев, вызывали у них растущее чувство недовольства. Оно возникло даже у членов нацистской партии и прежних приверженцев Гитлера. В НСДАП углублялись расхождения между рядовыми ее членами и руководством. Все больше людей были недовольны политикой нацистского режима.

Однако, несмотря на наступивший в стране кризис и растерянность отдельных представителей правящей клики, нацистская система удержалась в Германии до конца войны. С каждым днем ужесточавшиеся репрессии стали главным средством, с помощью которого гитлеровцы удерживались у власти. Расправа настигала каждого, кто как-то пытался уклониться от выполнения установленных нацистами порядков или открыто высказывал недовольство ими.

Предсмертная агония гитлеровского режима проявилась в массовом умертвлении узников концентрационных лагерей и тюрем. В феврале 1945 г. был отдан приказ Гитлера, согласно которому ни один человек, находившийся в концентрационных лагерях, не должен был попасть в руки союзников.

19 марта 1945 г. Гитлер отдал приказ о «выжженной земле», предписывающий уничтожать «все находящиеся на территории Германии пути сообщения, средства связи, промышленные предприятия и предприятия коммунального хозяйства, а также материальные запасы, которыми противник может в какой-то мере воспользоваться» [9].

В последние недели войны обнаружились разногласия среди нацистских главарей. В предвидении неизбежного поражения в войне каждый думал прежде всего о себе, пытался спасти собственную жизнь, пренебрегая интересами других.

К исходу 22 апреля 1945 г. Герингу стало известно, что Гитлер, убедившись в невозможности деблокировать столицу, решил остаться в Берлине и покончить жизнь самоубийством. Геринг решил немедленно вступить в переговоры с англо-американским командованием, так как падение Берлина свело бы на нет надежды на успех заключить сепаратное соглашение с Западом. Через Бормана это стало известно Гитлеру, и он лишил Геринга всех постов, званий и членства в нацистской партии. Так к концу войны из старых сподручных Гитлера остались только Борман и Геббельс. Остальные были или арестованы, или отстранены от дел, или деградировали, как, например, спившийся Розенберг.

Гитлера в последние дни апреля занимал лишь вопрос о собственной судьбе, которая уже была решена. Перед самой смертью, в ночь на 29 апреля, он устроил обряд бракосочетания со своей многолетней любовницей Евой Браун. 30 апреля оба они покончили жизнь самоубийством.

9 мая вторая мировая война в Европе закончилась. Германский фашизм и милитаризм потерпели сокрушительное поражение. Оно явилось закономерным завершением той политики, которую проводили гитлеровцы.

См.: Заговор 20 июля 1944 года в Германии 

[1] Движение Сопротивления в Западной Европе. 1939–1945 гг. Национальные особенности. – М., 1991. С. 71.[2] Там же.[3] Движение Сопротивления в Западной Европе. 1939–1945 гг. Национальные особенности. – М., 1991. С. 72.[4] Янушевский А. С. Внутренний кризис Германии в 1944-1945 гг. / Новая и новейшая история, № 2, 1995. С. 48.[5] Янушевский А. С. Внутренний кризис Германии в 1944-1945 гг. / Новая и новейшая история, № 2, 1995. С. 48-49.[6] Янушевский А. С. Внутренний кризис Германии в 1944-1945 гг. / Новая и новейшая история, № 2, 1995. С. 50.[7] Там же.[8] Янушевский А. С. Внутренний кризис Германии в 1944-1945 гг. / Новая и новейшая история, № 2, 1995. С. 51.[9] Дашичев В. И. Банкротство стратегии германского фашизма: Исторические очерки. Документы и материалы. М., 1973. Т. 2. Док. 154. С. 530-531.

istoriirossii.ru

Тотальная мобилизация в Германии. Усиление ограбления оккупированных стран

«К ответу!» Фотомонтаж А. Житомирского. 1943 год.

Разгром армий Германии и ее союзников на Волге и под Курском потряс блок фашистских агрессоров и поставил его перед угрозой развала. Такое развитие событий объяснялось самим характером фашистской коалиции, опиравшейся на непрочный фундамент насилия, грабежа, разбоя и антикоммунизма.

Как только Германия стала терпеть поражения, оказались подорванными и сами основы, на которых покоился фашистский блок. Огромные потери гитлеровских армий на советско-германском фронте вызвали смятение и страх у населения фашистских стран.

Правящие круги стран-сателлитов, еще не решаясь на выход из войны и на разрыв с гитлеровской Германией, все же начали готовиться к осуществлению подобного шага при первом удобном случае в будущем. Резко обострились внутренние противоречия. На новую ступень поднялась борьба антифашистов. В «верхах» назревал кризис. Однако фашистская Германия все еще была очень сильна. Война продолжалась, упорная и кровавая.

После разгрома немецко-фашистских войск на Волге опьянение немецкого населения военными победами стало проходить. «Потрясенный стоит наш народ перед могилой немцев на Волге»,— говорилось в листовке, нелегально распространенной в Мюнхенском университете в начале 1943 г. В январе по всей Германии была объявлена так называемая тотальная мобилизация.

Проводя ее, гитлеровское правительство стремилось выявить и использовать оставшиеся людские резервы для пополнения фронта и военной промышленности, перераспределить в пользу военных предприятий запасы сырья, топлива, электроэнергии и таким образом подготовить материально-техническую и военную базу для создания летом 1943 г. перелома на советско-германском фронте.

Согласно распоряжению генерального уполномоченного по труду Заукеля, была введена обязательная трудовая повинность для всех проживающих в Третьей империи мужчин в возрасте от 16 до 65 лет и женщин от 17 до 45 лет. Все они подлежали обязательной регистрации в местных «бюро труда».

Одновременно были закрыты многочисленные мелкие промышленные, ремесленные и торговые предприятия, магазины, рестораны. В одном лишь Берлине прекратили существование 5 тыс. торговых и 4 тыс. ремесленных предприятий.

Проведение тотальной мобилизации открыло новый этап в развитии государственно-монополистического капитализма в Германии. Еще более возросла концентрация экономической мощи в руках крупнейших монополий.

Распределение сырья и регулирование производства перешло в руки председателя Совета военной экономики, ставленника ведущих военных концернов Шпеера, который стал именоваться министром вооружения и снаряжения.

Неотъемлемой частью тотальной мобилизации явилось усиление ограбления и эксплуатации порабощенных гитлеровцами народов.

«Я вывезу из этой страны последнее»,— объявил 5 марта 1943 года фашистский «имперский комиссар» Украины Кох.

Лишь одна из грабительских организаций, созданных гитлеровцами, так называемое Центральное торговое общество Востока для сельскохозяйственных продуктов, в деятельности которого принимало участие 250 немецких фирм, выкачала к лету 1943 г. с оккупированной советской территории 9,2 млн. т зерна, 622 тыс. т мяса, 208 тыс. т масла, 3,2 млн. т картофеля.

Другие организации немецких монополистов занимались грабежом и вывозом оборудования промышленных предприятий, машинно-тракторных станций и т. д. Еще в октябре 1942 г. гитлеровское правительство распорядилось, чтобы части вермахта независимо от того, на каком фронте они находятся, полностью снабжались за счет оккупированных территорий.

Во всех оккупированных гитлеровцами странах развернулась настоящая охота за людьми. Квалифицированных рабочих и просто всех трудоспособных лиц хватали и отправляли на рабский труд в Германию. В феврале 1943 г. гитлеровцы ввели трудовую повинность для всех лиц старше 14 лет, проживающих на оккупированной территории Советского Союза.

В течение февраля — марта того же года из Франции было угнано в Германию 156 тыс. квалифицированных и 94 тыс. подсобных рабочих, из Бельгии — 31 тыс., из Нидерландов — 16 тыс. В мае на принудительную работу в Германию отправили из Нидерландов всех студентов-мужчин. В августе гитлеровцы начали осуществлять план, предусматривавший использование на военных предприятиях Германии еще 100 тыс. французов.

В январе 1944 года нацистским руководством было принято решение «во избежание сокращения производства» направить в военную промышленность еще 4 млн. иностранных рабочих. Даже За-укель был вынужден заявить, что он едва ли окажется в состоянии «обеспечить эту цифру» вследствие «пассивного или открытого сопротивления» населения вербовке.

Гитлеровцы нещадно эксплуатировали военнопленных. В июле 1943 года по приказу Гитлера в угольные шахты было направлено 200 тыс. советских военнопленных. К концу года лишь на предприятиях авиационной промышленности в Германии было занято 36 тыс. военнопленных.

Гитлеровцы намеревались увеличить их число до 90 тыс. Всего за первые пять месяцев осуществления тотальной мобилизации в немецкую военную промышленность влилось около 850 тыс. иностранных рабочих и военнопленных.

К лету 1943 года фашистская Германия, в промышленности и сельском хозяйстве которой было занято свыше 6,3 млн. иностранных рабочих и военнопленных, превратилась в гигантский лагерь подневольного труда.

В результате первой тотальной мобилизации германские вооруженные силы были пополнены. Однако удары советских войск в летне-осенней кампании вновь значительно обескровили фашистский вермахт.

С июля по ноябрь 1943 г. численность действующей сухопутной армии Германии уменьшилась на 474 тыс. К середине 1943 г. не менее 4 млн. солдат и офицеров гитлеровского вермахта было убито.и ранено. Уже в июле 1943 года из германской промышленности было отправлено в вермахт еще 500 тыс. немецких рабочих.

В августе штаб верховного командования определял потребность фашистского вермахта в пополнении на ближайшие полгода в 973 тыс. человек. В связи с этим предлагалось не только призвать в вермахт 16—17-летних юнцов, но и мобилизовать 400 тыс. человек из важнейших отраслей военной промышленности.

В ноябре 1943 года была объявлена новая тотальная мобилизация. Гитлеровскому правительству удалось количественно восполнить потери вермахта, но качественные потери (уничтожение кадрового костяка, специалистов) не могли быть компенсированы. К началу 1944 г., хотя вермахт и насчитывал в общей сложности около 10,2 млн. человек, сбалансировать количественные потери стало уже невозможным.

Германская промышленность в 1943 году еще продолжала расти. Долговременные вложения в тяжелую промышленность в 1943 г. удвоились по сравнению с 1938 г. В четвертом квартале 1943 г. продукция промышленности вооружений увеличилась на 57% по сравнению с соответствующим периодом 1942 г. По отдельным видам вооружения производство возросло еще более значительно: в 1942 г. было изготовлено 15 тыс. самолетов, в 1943 г. — 25 тыс.; танков — соответственно 9,3 тыс. и 19,8 тыс.

Выпуск артиллерийских орудий увеличился между 1942 и 1944 гг. с 23 тыс. единиц до 71 тыс. Значительная часть военной продукции поступала из оккупированных фашистскими захватчиками стран, в частности из Франции и Бельгии. Но, несмотря на рост производства вооружений, в немецкой промышленности появились симптомы' надвигающегося кризиса, в частности нехватка квалифицированной рабочей силы и сырья.

Гитлеровская клика в годы временных военных успехов Германии, стараясь связать всю немецкую нацию круговой порукой, подкармливала население страны за счет ограбления народов оккупированных стран. Бесконечным потоком шли в Германию эшелоны, груженные чужим добром. Сотни тысяч посылок с продовольствием, одеждой, утварью, награбленными в порабощенных государствах, посылались гитлеровскими солдатами и офицерами домой.

В то время как оккупированная Европа голодала, значительные прослойки населения Германии пользовались плодами военного разбоя. Казалось, что так будет всегда и жизнь подданных фашистского рейха — «народа господ» — действительно устроена, как рбещал Гитлер, на тысячу лет. Однако после поражений на Волге и под Курском положение начало быстро меняться к худшему.

Геббельс объявил немецкому народу, что придется дойти «до крайних пределов ограничения для гражданского населения». Фашистская печать проповедовала для немцев не только «более примитивный, но и более варварский образ жизни». По мере изгнания фашистских захватчиков с советской земли, развертывания партизанской войны и движения Сопротивления в других странах сокращались и продовольственные ресурсы.

В середине 1943 года в Германии были снижены нормы выдачи мяса и картофеля, хотя по сравнению с нормами продовольствия, которые получали народы захваченных стран, они оставались достаточно высокими — 250 г мяса и 2,5 кг картофеля в неделю по сравнению с 350 г мяса и 3,5 «г картофеля в 1942 г. Одновременно был удлинен рабочий день, достигший на некоторых предприятиях 12 и более часов. Значительно возросли налоги на трудящиеся слои населения.

Недовольство народа, вызванное ухудшением жизни, гитлеровцы старались заглушить шовинистической пропагандой и подавить свирепыми репрессиями. Огромный аппарат нацистской партии, насчитывавший сотни тысяч одних только «руководителей» (лейтеров) разных масштабов, опирающийся на еще более многочисленную армию так называемых активистов, следил за каждым шагом и каждым словом подданных национал-социалистского государства.

Малейшее проявление недовольства немедленно могло стать известным гестапо. Тем не менее после поражения и пленения на Волге армии Паулюса даже официальная печать уже не в состоянии была скрыть тот факт, что пессимизм захватывает все более широкие слои населения.

Проводя тотальную мобилизацию, гитлеровцы рассчитывали, что она приведет к коренному изменению соотношения сил воюющих сторон. «До сих пор,— объявил Геббельс, на которого было возложено проведение тотальной мобилизации,— мы воевали только левой рукой, дело идет к тому, чтобы пустить в ход также и правую руку».

Однако на деле тотальная мобилизация не могла кардинально изменить положение Германии, ухудшавшееся изо дня в день. В итоге тотальной мобилизации, писала швейцарская газета «Базлер националь-цейтунг», «оптимизм превратился в самый черный пессимизм.

Между руководством и общественностью возникла пропасть. Всюду наталкиваешься на сильнейшее сомнение; всюду господствует уверенность, что официальные органы давно уже приукрашивают действительность и скрывают правду. Таким образом, поворот вызвал в массах глубокое потрясение».

Тотальная мобилизация со всей силой ударила по мелкой буржуазии города п деревни, тем средним слоям, которые ранее были верной опорой фашистской диктатуры.

В результате военных поражений и тотальной мобилизации социальная база германского фашизма сузилась и политическое положение в стране обострилось. Это способствовало подъему антифашистского движения.

www.istoriia.ru

Итоги 1943 года для Третьего рейха. «ИСТОРИЯ ТАНКОВОГО КОРПУСА «Гроссдойчланд» – «ВЕЛИКАЯ ГЕРМАНИЯ»»

 

Вином валькирии

Вождя встречают.

Речи Эйрика.

В начале 1943 года для Третьего рейха прозвучали последние аккорды сталинградской трагедии. 6-я армия генерал-фельдмаршала Фридриха Паулюса была уничтожена. Летнее наступление германских войск на Курск, важную роль в котором довелось сыграть «великогерманцам» , провалилось, несмотря на огромные понесенные в его ходе жертвы. Одновременно с Курской битвой произошла высадка англичан и американцев на Сицилии, что заставило Гитлера отдать приказ о прекращении операции «Цитадель», сняв войска и технику с фронта под Курском. Мощное советское контрнаступление отбросило немцев на юге за Днепр. В ожесточенных оборонительных боях таяли силы германских войск. В Касабланке западные союзники сформулировали свои категорические требования безоговорочной капитуляции Германии. Как вспоминал генерал Фридрих-Вильгельм фон Меллентин, «дипломатия была мертва, верх взяла грубая сила» .

Безусловно, Третий рейх изначально не обладал достаточными собственными людскими резервами для ведения мировой войны. Численный состав германских войск начал неуклонно сокращаться, начиная с роковой зимы 1941 года. Пополнения из рейха не могли восполнить потери. Если бы не многочисленные «хильфсвиллиге» («хиви») , или, как их называли сами немцы, «наши Иваны» , германский вермахт вообще не смог бы удерживать фронт на Востоке.

Приведенная ниже таблица наглядно иллюстрирует понесенные германским вермахтом потери и полученные им пополнения в период с декабря 1941 по сентябрь 1942 года:

Группа армий

Потери

Пополнения

«Юг» («Зюд»)

547 300

415 100

«Центр» («Митте»)

768 000

481 400

«Север» («Норд»)

375 800

272 800

итого

1 688 100

1 169 300

Все эти пополнения лишь на 69 процентов возместили требовавшееся количество войск. На следующий год дело с пополнением фронтовых частей вермахта обстояло еще хуже. В период с июля по октябрь 1943 года соотношение потерь германских войск и полученных ими пополнений выглядело следующим образом:

Месяц

Потери

Пополнения

Июль

197 000

90 000

Август

225 000

77 000

Сентябрь

232 000

112 000

итого

654 000

279 000

Полученные за эти месяцы пополнения компенсировали понесенные германскими войсками на фронте потери лишь на 43 процента. Если в июне 1941 года численность германских войск, задействованных на Восточном фронте, составляла около трех миллионов солдат и офицеров, то к концу войны она снизилась наполовину, до полутора миллионов (разумеется, не считая «добровольных помощников» и русских вспомогательных частей, без которых немцам фронт было бы никак не удержать).

Итоги 1943 года для панцер-гренадерской (мотопехотной)

дивизии «Великая Германия»

Странен сей сон –

Сказал Один, -

Будто встал я до свету

Убрать Вальгаллу

Для павших воинов.

Речи Эйрика.

1943 год стал для «великогерманцев» (как и для всех солдат Третьего рейха и его союзников) еще более тяжелым и суровым годом, чем предыдущий. Потери, понесенные дивизией «Великая Германия» в 1943 году, оказались так велики, что уже не поддавались точному учету. Одно не подлежало, однако, никакому сомнению – они были выше, чем во все предыдущие годы «Европейской гражданской войны» . Все меньше оставалось в строю «старых бойцов» , все реже выбывшие из строя «великогерманцев» снова возвращались в него. Однако внутренне дивизия, невзирая ни на что, не менялась. В ее ряды по-прежнему стремились вступить лучшие из лучших, отборный человеческий материал, и каждый вступивший в ряды «великогерманцев» новобранец полностью осознавал свою ответственность перед добрым именем «Великой Германии» и, соответственно, перед ратными подвигами своих предшественников, золотыми буквами вписавшими их имена в летопись «Европейской гражданской войны» .

1943 год завершился для «великогерманцев» , не обещая им особо радужных перспектив на будущее и надежд на победу, в разгар оборонительных боев против превосходящих сил противника в излучине Днепра, без каких бы то ни было шансов на улучшение положения армий Третьего рейха вообще и их собственной дивизии – в частности.

litresp.ru


Смотрите также