Талонная система Германии во время Второй Мировой войны. Германия во время второй мировой войны


Германия во Второй мировой войне

1 сентября 1939 г., напав на Польшу, Германия начала Вторую мировую войну. К этому шагу Германия неумолимо приближалась все 20 лет, прошедших со времени окончания Первой мировой войны и заключения Версальского мирноге договора. Последний лишил ее 13% территории и 11 % населения, возложил на нее огромные репарационные выплаты и тем самым постоянно подвергал унижению национальное достоинство немцев. Соблюдение условий договора породило в Германии жажду реванша, способствовало росту шовинистических настроений. Этим умело воспользовалась Национал-социалистическая рабочая партия Германии во главе I с Адольфом Гитлером, стремившаяся стать главной политической силой страны. В условиях мирового экономического кризиса, обострения социальных противоречий и массового разочарования демократическими институтами нацисты, обещавшие установить твердую власть и вывести страну из кризиса, добились победы на выборах, и в 1933 г. А. Гитлер стал рейхсканцлером, а в 1934 г. -фюрером немецкой нации. Получив доступ к главным рычагам государственной власти, нацисты попытались практически воплотить политическую теорию, изложенную Гитлером в книге «Майн кампф» («Моя борьба»). В ее основу была положена расистская теория о превосходстве арийской расы, ядро которой составляют немцы. Их историческая миссия, по мнению нацистов, заключалась в том, чтобы завоевать мировое господство и установить «новый порядок», при котором все «неполноценные» нации и народы евреи, славяне, цыгане и т. и. -будут частью уничтожены, а частью превращены в рабов. К числу первоочередных задач нацисты относили: пересмотр положений, установленных Версальским мирным договором; создание мощной армии -вопреки навязанным ограничениям в численности и вооружении; объединение всех немцев в границах единой Германии; завоевание «жизненного пространства» на Востоке. После выполнения этих задач можно было приступать к решающей схватке за мировое господство.

Гитлер незамедлительно приступил к односторонней ревизии Версальской системы, практически не встретив противодействия со стороны ее главных гарантов -Англии и Франции. В 1933 г. Германия вышла из Лиги Наций. На следующий год начинается создание военной авиации -люфтваффе. В 1935 г. вводится всеобщая воинская повинность. В 1936 г. части вермахта вступили на территорию демилитаризованной Рейнской области. В том же году Германия и Италия послали войска в Испанию, чем склонили ход гражданской войны в этой стране в пользу мятежников. В 1937 г. был оформлен союз трех агрессивных государств -Германии, Италии и Японии. В марте 1938 г. был осуществлен аншлюс -присоединение Австрии к Германии. В сентябре того же года на конференции в Мюнхене Великобритания и Франция, проводившие политику «умиротворения», фактически санкционировали аннексию Судетской области Чехословакии. Буквально через год, в марте 1939 г., Гитлер ликвидировал Чехословакию как самостоятельное государство. Тогда же немецкие войска оккупировали Мемельскую область, отторгнув ее у Литвы. Следующим объектом германской экспансии должна была стать Польша. Поскольку Великобритания и Франция предоставили Польше гарантии, военный конфликт с ней означал для Германии одновременную войну и с западными демократиями. Но это не страшило Гитлера: сухопутная армия Германии насчитывала свыше 2,5 млн чел., а люфтваффе по численности и боевой мощи превосходили авиацию любой другой державы. Подписав в августе 1939 г. с Советским Союзом пакт о ненападении, Гитлер обезопасил Германию от войны на два фронта и уже 1 сентября обрушил всю мощь вермахта на поляков. 3 сентября в войну вступили Англия и Франция. За ними последовали английские доминионы и Индия -война стала мировой. Однако, имея большое превосходство в силах на границе с Германией, союзники не предпринимали решительных действий: они ожидали, что, покончив с Польшей, Германия двинется дальше на восток. Период бездействия на Западном фронте с сентября 1939 г. по апрель 1940 г. назвали странной, или сидячей, войной. Ею, впрочем, успешно воспользовались немцы, в короткие сроки разгромив польскую армию и стерев Польское государство с карты Европы.

Вопреки ожиданиям, весной 1940 г. вермахт обрушился на Западную Европу. В ходе ряда молниеносных кампаний к лету 1941 г. были оккупированы Польша, Дания, Норвегия, Бельгия, Голландия, Люксембург, Франция, Югославия, Греция, а Румыния, Венгрия, Финляндия, Болгария, Словакия и Независимое Хорватское Государство стали союзниками Германии и Италии. Нейтральными остались Швейцария, Швеция, Ирландия, Португалия и Испания, причем две последние фактически тесно сотрудничали с фашистскими государствами. Только Великобритания, благодаря своему островному положению, продолжала сопротивляться, но и над ней нависла угроза германского вторжения. 16 июля 1940 г. Гитлер утвердил план операции «Зеелёве» («Морской лев»), предусматривавший подготовку к десантной операции на Британские острова. С августа 1940 г. начались систематические массированные бомбардировки Лондона и других английских городов, продолжавшиеся в течение 10 месяцев, в ходе которых люфтваффе сбросили на мирные населенные пункты 60 тыс. тонн бомб; в историю этот эпизод Второй мировой вошел как битва за Англию. Боевые действия развернулись в Северной Африке и на морских коммуникациях в Атлантике и Средиземном море.

В захваченных странах нацисты вводили «новый порядок», смысл которого везде был один: ликвидация независимости и суверенитета, всех демократических и социальных завоеваний, безудержная экономическая эксплуатация и произвол оккупантов. В соответствии с расистскими установками Гитлера нацисты осуществляли политику уничтожения «неполноценных» народов.

В 1942 г. руководство Германии приняло решение о начале физического уничтожения всех евреев в Европе. Оккупированная Европа покрылась сетью лагерей смерти. В общей сложности в концлагерях оказалось 18 млн чел., 12 млн из которых были умерщвлены. Миллионы жителей европейских стран были насильственно угнаны на работы в Германию. Для удержания населения в покорности широко практиковалась система заложничества и массовых экзекуций. Гитлеровцы грабили оккупированные страны, вывозя огромное количество сырья и продовольствия, культурные ценности.

Когда фронт на Западе перестал существовать, все более реальные очертания стало приобретать грядущее столкновение Германии и СССР. В декабре 1940 г. был утвержден план нападения на СССР, получивший условное название «Барбаросса». 22 июня 1941 г., нарушив договор о ненападении, Германия без объявления войны напала на Советский Союз. На стороне Германии выступили ее сателлиты: Венгрия, Италия, Румыния, Словакия, Финляндия и Хорватия. Группировка, созданная для нападения на СССР, насчитывала 191 дивизию (5,5 млн чел.), имела на вооружении 4,3 тыс. танков и штурмовых орудий, 47,2 тыс. орудий и минометов, 4,5 тыс. боевых самолетов и 192 боевых корабля. В соответствии со стратегией блицкрига (молниеносной войны) предусматривалось вторжение мощных группировок в направлении Ленинграда, Москвы и Киева, окружение и уничтожение основных сил советских войск и выход в течение 3-5 месяцев на линию Архангельск -река Волга -Астрахань.

В первые месяцы войны вермахт нанес тяжелые поражения Красной армии и добился впечатляющих успехов, но упорное сопротивление советских войск, слишком растянутые коммуникации и, наконец, наступившая зима вынудили его остановиться буквально у самой Москвы. В начале декабря 1941 г. советские войска развернули контрнаступление и отбросили немецкие дивизии на 100-200 км на запад. Германский блицкриг был сорван. Были разгромлены 11 танковых, 4 моторизованные и 23 пехотные дивизии вермахта. В это время в войну вступили США; к началу 1942 г. сложилась антигитлеровская коалиция.

Весной 1942 г. вермахт предпринял наступление на южном фланге советско-германского фронта, сделав ставку на захват нефтяных районов Кавказа и плодородных областей Дона, Кубани и Нижнего Поволжья. Результаты этого наступления были еще более впечатляющими, чем в 1941 г., но к середине ноября измотанные тяжелыми боями немецкие войска перешли к обороне. Начавшееся 19 ноября 1942 г. контрнаступление Красной армии привело к окружению и разгрому 6-й немецкой армии у Сталинграда. За 6,5 месяцев Сталинградской битвы Германия и ее союзники потеряли до 1,5 млн чел. убитыми, ранеными и пленными; стратегическая инициатива перешла в руки советских вооруженных сил.

Весной 1943 г. на советско-германском фронте наступила стратегическая пауза. Командование вермахта планировало летом 1943 г. провести крупную операцию в районе Курска (она вошла в историю как операция «Цитадель»), разгромить здесь советские войска и в последующем, развивая успех, вновь создать угрозу Москве. Для этого в районе Курского выступа (дуги) было сосредоточено свыше 900 тыс. чел., около 10 тыс. орудий и минометов, до 2,7 тыс. танков и штурмовых орудий, свыше 2 тыс. самолетов. Однако прорвать глубоко эшелонированную оборону советских войск так и не удалось, и они, в свою очередь, перешли в контрнаступление. В ходе сражений на «Огненной дуге» вермахт потерял свыше 500 тыс. чел., 3 тыс. орудий, 1,5 тыс. танков, около 1,7 тыс. самолетов. Попытка взять реванш за Сталинград летом 1943 г. под Курском закончилась новым поражением, которое ознаменовало окончательный крах наступательной стратегии вермахта. Красная армия удержала инициативу в своих руках до конца войны. В это время англо-американские войска одержали победу в Северной Африке, высадились в Италии и вынудили ее капитулировать. Начался распад фашистского блока. Союзники Германии один за другим выходили из войны, а нередко даже поворачивали свое оружие против нее.

В 1944 г. положение Германии резко ухудшилось, истощались ее людские и материальные ресурсы. Она оказалась между двух огней: с востока безостановочно наступала Красная армия, а во Франции в июне высадились войска западных союзников. В странах, оккупированных нацистами, развернулось массовое антифашистское, национально-освободительное движение Сопротивления. В самой Германии ': «группа генералов и офицеров вермахта 20 июля 1944 г. организовала неудачное покушение на Гитлера. Они хотели устранить его и подписать сепаратный мирный договор с западными союзниками, без участия СССР. К концу 1944 г. положение Германии стало катастрофическим. Войска стран антигитлеровской коалиции стояли у ее границ. Из европейских союзников осталась одна Венгрия, а остальные объявили Германии войну. Однако немецкая армия была все еще сильна. В 1944 г. Германия добилась максимального за всю войну уровня военного производства. Было пущено в ход новое оружие ракеты «Фау-1», которыми с июня 1944 г. стали обстреливать Лондон. В стране была проведена тотальная мобилизация, началось формирование ландштурма ополчения из пожилых людей и юношей. Жизнь немцев превратилась в кошмар из-за постоянных бомбежек англо-американской авиации. Потери среди мирного населения составляли сотни тысяч человек. Но Гитлер и его окружение были готовы сражаться до последнего.

Развязка наступила весной 1945 г. В марте союзники форсировали Рейн и пленили основные силы нацистов на Западном фронте в районе Рура. В середине апреля советские войска окружили Берлин и начали его штурм. 30 апреля 1945 г. Гитлер покончил с собой в бункере имперской канцелярии (по одной из самых популярных версий). Попытки нового германского правительства, которое возглавил гросс-адмирал К. Дениц, добиться сепаратного мира с США и Великобританией потерпели неудачу. В ночь с 8 на 9 мая в пригороде Берлина Карлсхорсте фельдмаршал В. Кейтель от имени германского правительства подписал акт о безоговорочной капитуляции Германии. На следующий день была разгромлена последняя крупная группировка немецких войск в Чехословакии, отказавшаяся сложить оружие. Война в Европе закончилась. Потери Германии убитыми и пропавшими без вести составили 9,4 млн чел., в том числе в вермахте до 7 млн. Более 7 млн чел. оказались в плену. В ходе войны была истощена промышленность Германии, разрущены,25 % жилого фонда, инфраструктура страны. По мощностям производства Германия была отброшена на уровень 1936 г., а по некоторым отраслям и на более ранний период. Большие потери понесла культура. В руины превратилось около 1000 памятников архитектуры, было уничтожено % библиотечных и архивных фондов. Позднее значительные материальные и культурные ценности были вывезены из страны в счет репараций. Такова была цена, которую заплатил немецкий народ за поддержку авантюристических и бесчеловечных планов Гитлера.

08.03.2018

paperka.com

Талонная система Германии во время Второй Мировой войны: tednick

      Изучая карточные системы различных эпох, грех не упомянуть и систему распределения товаров, применявшуюся в фашистской Германии.      Перед началом второй мировой войной все планирующие и руководящие организации, отвечавшие за продовольственное снабжение и сельское хозяйство Германии стояли перед проблемой, снабжения государства и армии сельхозпродуктами в условиях ожидаемой экономической блокады. В случае войны ввоз продовольственных продуктов в Германию будет ограничен, и она будет вынуждена длительное время питаться за счет собственных источников, не рассчитывая на намеченные для оккупации большие области, обладающие избыточными запасами продовольствия     Опыт Первой Мировой войны показал не подготовленность Германии к таким поворотам. У каждого немца, пережившего Первую Мировую войну, глубоко запечатлелось в памяти воспоминание о холодной зиме и брюквенной похлебке. Каждый чувствовал на себе, насколько сильно годы нужды отразились на физических и моральных силах фронта и тыла. Здоровью многих молодых людей в эти годы был нанесен большой ущерб, от которого они уже никогда не могли оправиться.Поэтому задачей руководителей сельского хозяйства и продовольственного снабжения было понять ошибки в продовольственной политике в войне 1914-1918 годов и по возможности не допускать их в новой войне.     В ходе Первой Мировой войны Германия потеряла важные в аграрном отношении районы - Западную Пруссию и Познань. Возникла зависимость продовольственного снабжения населения от ввоза продуктов, которая в результате блокады и затяжной войны привела Германию к продовольственной катастрофе, которая, кстати, продолжала существовать и в период между 1919 и 1939 годами, и уже в январе 1915 года в Германии были введены карточки на хлеб.      В ходе затянувшейся войны снабжение сокращалось не только в результате блокады, но и за счет уменьшения производства сельскохозяйственных продуктов внутри страны. Сельское хозяйство Германии нуждалось в рабочей силе и средствах производства. Быстро снижалась плодородность земли, сельскохозяйственное производство замирало.      В крупных центрах промышленных районов голод начался еще зимой 1916/17 года. Через год положение было катастрофическое - потребления продуктов по сравнению с мирным временем составляли: мясо — 20 %, сало — 11 %, масло — 21 %, сахар — 61 %, мука и крупа — 47 %, картофель — 94 %. Стоимость продуктов питания возросла по сравнению с началом 1914 г. в 2-2,5 раза, а цены на товары широкого потребления — в 6 — 8 раз{25}. В декабре 1917 г. в большинстве городов Германии на душу населения еженедельно выдавалось по карточкам: картофеля — 3,3 кг, хлеба — 1,8 кг, жиров — 70-90 г, мяса — 240 г. На фронте солдаты питались лишь не намного лучше, чем население в тылу.      Проблемы, возникшие в области продовольственного снабжения заключались главным образом в следующем:                   -          не было создано достаточных запасов продовольствия                    -          не существовало центральной организации, которая могла бы руководить сельскохозяйственным производством и наладить учет источников поступления продуктов вплоть до самой последней деревни. Положение было таково, что для принятия ответственных решений не имелось необходимых статистических материалов.       Основанное в 1916 году главное военно-продовольственное управление уже не могло наверстать всего упущенного перед войной и во время нее. Все мероприятия оказались слишком запоздалыми. И только тогда, когда нехватка продуктов стала исключительно острой, было решено перейти к нормированию отдельных продуктов питания, а так же бензин. Однако выдача продовольствия по карточкам производилась большей частью с задержками и не полностью.       Анализируя ошибки Первой Мировой войны, Германии было необходимо построить организацию способную взять на себя всю тяжесть снабжения продовольствием страны и армии. Выбор пал на Всегерманскую корпорация производителей сельскохозяйственных продуктов и ее контрольные рыночные органы.      Возникновение данной организации не связана с ходом военных приготовлений. В результате послевоенной безработицы и падения покупательной способности населения значительно снизился уровень потребления продуктов и в особенности высококачественных пищевых продуктов, что не могло не вызвать на рынке скрытого превышения предложения над спросом.13 сентября 1933 года был издан “Закон о создании временной Всегерманской корпорации производителей сельскохозяйственных продуктов и о мероприятиях по контролю за рынком и урегулированию цен на продукты”. Согласно этому закону существовавший до сих пор «Рыночный устав» довоенных лет был отменен, а вместо него появилась самоуправляющаяся общественная организация.      Аппарат Всегерманской корпорации производителей сельскохозяйственных продуктов был тесно связан с крестьянами, благодаря чему он мог призывать их к выполнению поставленных задач и своевременной сдаче произведенных сельскохозяйственных продуктов. Независимо от идей, приведших к созданию этого аппарата, он оказался в дальнейшем образцовым органом продовольственного снабжения. Он представлял собой именно такую организацию, которой недоставало в Первую Мировую войну. Кроме того, он располагал исключительно хорошо разработанным статистическим материалом, который в любое время мог явиться основой для регулирования производства продуктов сельского хозяйства и их потребления.      Переход от системы свободных рынков мирного времени к принудительной экономике военного времени был подготовлен и проведен как часть общеэкономических мобилизационных мероприятий.      Дальше можно напомнить. Намеченная на 25 августа 1939 г. операция «Вайсс» по захвату Польши в связи с донесением о заключении договора «о взаимной помощи между Великобританией и Польшей в случае германской агресии» была отложенаСогласно “Распоряжению об управлении хозяйством” от 27 августа 1939 года и “Распоряжению о временном нормировании сельскохозяйственных продуктов” от того же числа, продовольственное хозяйство было превращено в особую отрасль военного хозяйства     31 сентября 1939 года Альфред Науджокс провел известную провокационную акцию. Вместе с группой переодетых в польскую форму гестаповце напал на немецкую радиостанцию в Глейвице, что послужило формальным поводом к началу Второй Мировой войны.      Перестройка мирного продовольственного хозяйства на военный лад произошла без каких-либо особых трений. В главных объединениях, которым до войны не разрешалось заниматься торговыми делами, в начале войны были созданы отделы торговых операций. Поскольку почти для каждой группы товаров существовали свои государственные управления, последние вошли в состав главных объединений в качестве отделов торговых операций      Основой ведения хозяйства были обязательные поставки пищевых продуктов государству. Они стали проводиться с вступлением в силу распоряжения от 27 августа 1939 года. Растительные продукты подлежали обязательной сдаче с момента “отделения их от земли”, продукты животноводства — с момента их получения. Обязательной сдаче не подлежали лишь те сельскохозяйственные продукты, которые были необходимы для питания крестьян и для прокорма скота (по установленным нормам). Определенное количество зерна оставлялось в качестве семенного фонда. Таким образом, в сельском хозяйстве с самого начала были определены хотя и несколько ограниченные, однако довольно ясные правовые нормы.       Связь потребителя с так называемым “последним распределителем” (то есть розничным торговцем) осуществлялась по продовольственной карточке. С ней вместе и возникло вызвавшее впоследствии столько ненависти понятие “среднего потребителя”. Карточная система снабжения учитывала потребности различных возрастных групп населения, а также, насколько это было возможно, и уровень производительности труда различных рабочих, и, прежде всего — физического труда, так как только этот труд может быть фактически измерен. Вооруженные силы, если они не находились на оккупированной территории, за счет которой они и довольствовались, получали продовольствие по своим нормам снабжения. В соответствии с весьма различными возрастными особенностями гражданского населения и большой физической нагрузкой, испытываемой солдатами, нормы выдачи жиров были сравнительно низкими, а мяса, наоборот - очень высокими. Крестьянское население получало карточки только на те виды продуктов, которых оно само не производило. Особое внимание при установлении норм на продукты питания с первого и до последнего дня войны уделялось снабжению беременных женщин и маленьких детей. Вся система нормирования постоянно согласовывалась с германским министерством здравоохранения, и его медицинские рекомендации соблюдались в той мере, в какой это допускало продовольственное положение в стране.        Конечно, в Германии, как и в 20-х годах имело место торговля крестьянами, припрятанными продуктами. «Припрятанные продукты» можно назвать условно так как после выполнения плана с оставшимися продуктами крестьянин мог делать все, что заблагорассудиться. На это были даны полномочия полиции контролировать такие продажи с целью дальнейшего более рационального управления движения продуктами. Но как же трудно было отыскать правду, что везет с собой крестьянин в город – припрятанные от государство товар или крестьянин везет не большой набор продуктов поскольку съесть их самому было бы слишком накладно. Наилучшим решением стало разработанная введенная система поощрений крестьян сдающих продуктовые наборы сверх установленной нормы.       Постепенно карточная система вошла в повседневную жизнь немцев: в 1941 году появились карточки на одежду; 1942 – на табак. Наряду с нормальными карточками имелся еще целый ряд различных специальных продовольственных карточек: от карточки отпускника и карточки, выдаваемой по случаю бракосочетания, до особых карточек дополнительного питания, выдававшихся при налетах вражеской авиации. Таким образом, до некоторой степени удовлетворялись более или менее все возникающие потребности. Продовольственные талоны, собранные “последним распределителем”, служили оправдательным документом для нарядов на продовольствие, посредством которых устанавливался спрос и одновременно обеспечивалось достаточное его удовлетворение. Продовольственные карточки были действительны в течение четырех недель. В ходе войны система нормирования постоянно дополнялась и становилась все более “гибкой”, а вышеизложенный принцип распределения оставался неизменным с первого и до последнего дня войны.        Нормы на пищевые продукты устанавливались министерством продовольствия. Чем сильнее затягивалась война, тем большее политическое значение приобретали всякие изменения норм, и в особенности сокращение их. Небольшие изменения каждый раз согласовывались с высшим партийным руководством, а более крупные требовали вмешательства самого Адольфа Гитлера. Часто требовались недели, чтобы убедить его в неизбежности тех или иных сокращений и получить на это его согласие.       О том, как проходило снабжение населения продуктами питания в течение войны, говорят следующие данные:

       Таблица 1 - Средние нормы выдачи продуктов (в граммах)

Период выдачи Хлеб Крупа Мясо Жиры Сахар Мармелад Примечания
1-й период(28.08-24.09.36) 600 2800 1360 1120 700 Хлеб, картофель и молоко без ограничений
25-й период(30.06-27.07.41) 9000 600 1600 1050 900 700 Картофель — без ограничений
50-й период(31.05-27.06.43) 9000 600 1000 800 900 700 Картофель — 12000
75-й период(30.04-27.05.45) 5800 300 1000 500 375 Картофель — 10000
        Из этих данных ясно видно, что снижение средних норм до минимума, необходимого для существования (1800 калорий), произошло лишь в самой последней фазе войны.        На так называемые “политические нормы” министерство продовольствия не имело никакого влияния. Это объяснялось чисто политическими соображениями. Особых норм для заключенных в концентрационных лагерях установлено не было, они получали столько же, сколько и другие заключенные и содержащиеся под стражей, то есть на 20% меньше пайка среднего потребителя-немца. В качестве сравнения предложим обещанные оккупационными войсками нормы для советских людей желающих выехать на заработки в Германию (данные с газеты «Голос Днепра): «Средняя заработок в рейхе составляет 70 – 100 рейхсмарок (700 – 1000 крб.) Работнику с Востока обещали в неделю давать: хлеба от 2600 до 4400 граммов, мяса от 250 – 600 граммов, сала от 130 до 300 граммов, картофеля 700 граммов, сахара 110 граммов».       Иностранные рабочие и военнопленные из западных стран получали продукты питания по таким же нормам, как и гражданское население Германии. Не вызывает сомнений, что от принципа “политических пайков”, которые, кстати, являются отнюдь не немецким изобретением, в будущем придется отказаться. На Нюрнбергском процессе неоднократно отмечалось, что “политические пайки” в Германии во время войны были значительно большими, чем те, которые средний потребитель получал по своим карточкам в послевоенные годы. Для сравнения возвращающие с немецких территорий остарбайтеры в зоне советской оккупации питались один раз в день. Взрослый человек от полевой кухни получал тарелку юшки и 200 гр. хлеба[1].       После окончания войны в западных оккупационных зонах Германии 1945 – 1948 гг. продолжала действовать командно-распределительная система. Политическая обстановка в стране позволила "черному" рынку работать с размахом: легально отоварить талоны было весьма трудно, зато у спекулянтов можно купить все что угодно, но по ценам несколько десятков раз выше легальных. Реальной валютой были американские сигареты, за которые можно было купить практически все.  В первой половине 1948 г. обстановка в Западной Германии резко ухудшилась. Официальных сообщений о наступающих существенных изменениях не было, но вполне хватило слухов о предстоящей денежной реформе, чтобы уровень продажи всех товаров еще более сократился.       «Гордиев узел» удалось разрубить в течение трех дней: 18 июня 1948 г. была объявлена денежная реформа, 20 июня она была осуществлена, в частности все жители получили новые деньги. Но было обменено 40 рейхсмарок по курсу 1:1 – и только. 21 июня недостатка товаров практически не ощущалось. Витрины заполнились товаром буквально за ночь. Цены черного рынка на товары первой необходимости резко снизились. Продавать товары цивилизованным путем стало более выгодно, чем хранить. Основа существования торгашей – меновая экономика – стала бессмысленной. Проблема снабжения товарами по (главным образом) свободным ценам была разом решена. Заслуга в этом Людвига Эрхардта, с 20 июня 1948 г. ставшего «отцом» рыночной системы, который старался одновременно ликвидировать любое рационирование товаров, нормирования ресурсов и административное управление экономикой, в противном случае бартер в некоторых местах мог сохраняться. В один присест гениальный реформатор покончил с регламентированным распределением нищеты – плановой экономикой. Фиксированные цены и «продразверстка» остались только на изделия горно-металлургического комплекса, горюче смазочные материалы, продовольствие, транспортные и коммунальные услуги.        В ГДР последние талоны были отменены лишь 1958 году 29 мая.        В заключении. Германские талоны были настолько «твердые» (т.е. действительно обеспечивались товарами и позволяли государству вести учет и контроль за перемещением продовольствия внутри страны), что Англия для подрыва экономики Германии пошли на экономическую диверсию – сбрасывая с самолетов над германскими городами фальшивые карточки на продовольственные и промышленные товары.        Данные действия Англичан привели к обратным действиям Германии – к изготовлению и распространению фальшивых фунтов стерлингов, уровняв между собой свои карточки и их фунты (конечно же не эти действия Англичан послужили поводом к изготовлению Германией фальшивых фунтов стерлингов – примечание авторов статьи).       Цивильский Н.Ф. Цивильский Ф.Н.                                                                       Херсон[1] Иван Клименко Остарбайтеры//Урядовий кур’єр – 2005г.-№194(13 жовтня).- с.10

tednick.livejournal.com

Как европейские корпорации помогали Гитлеру

В конце 20-х и в 30-е годы Германии не нужно было надрывать свои силы, как нам, создавая новые отрасли промышленности, строя заводы и домны, открывая сотни институтов. Она оккупировала индустриальные страны и заставила их работать на себя.

Один только факт: вооружения, которое Германия захватила в поверженных странах, было достаточно, чтобы сформировать 200 дивизий. Нет, это не ошибка: 200 дивизий. У нас в западных округах стояло 170 дивизий. Чтобы обеспечить их вооружением, СССР потребовалось несколько пятилеток. Во Франции после ее разгрома немцы сразу же изъяли до 5000 танков и бронетранспортеров, 3000 самолетов, 5000 паровозов. В Бельгии присвоили половину подвижного состава для нужд своей экономики и войны и т. д.

Но главное, конечно, не изъятые вооружения, не трофеи.

Особым призом для Германии в марте 1939 г. стала Чехословакия, которая обладала боеспособной армией и развитой промышленность. Еще в 1938 г., во время Мюнхенского сговора, по которому Чехословакия обязалась передать Германии Судетскую область, Гитлер предупредил британского премьера Н. Чемберлена и французского главу правительства Э. Деладье, что вслед за Судетами вскоре будет оккупирована вся Чехословакия. Но Деладье и Чемберлен палец о палец не ударили для защиты интересов этой страны. Надо признать, что и чехословацкие лидеры, имея современную по тем временам армию, были способны оказать мощное сопротивление Германии, но раболепно отдали свою страну на милость Гитлера. А Чехословакия представляла лакомый кусок для подготовки к будущей войне. Вес страны на мировом рынке вооружений тех лет составлял 40%. В этой небольшой стране производили ежемесячно 130 тыс. винтовок, 200 орудий около 5000 различных пулеметов… Только за счет Чехословакии немецкие ВВС увеличились на 72%, получив 1582 самолета. Танковые части Германии к своим 720 прибавили 486 танков, произведенных на чехословацких заводах. В итоге Гитлер за счет только Чехословакии смог вооружить и оснастить 50 дивизий. Кроме того, фашистская Германия получила в довесок еще и золотой запас (80 тонн) этой страны, а также народ, который безропотно трудился на преступный нацистский режим все годы войны. Особенно большой вклад в производство пушек, грузовиков, танков внесли заводы известной фирмы «Шкода». На чешских танках с началом войны немецкие солдаты воевали в Польше, Франции, Греции, Югославии, а затем и в СССР…

Риббентроп, Чемберлен и Гитлер во время переговоров в Мюнхене, где была решена участь Чехословакии

-

-

Только с 1933 по 1939 г. за шесть лет, которые Гитлер находился у власти, численность немецкой армии выросла в 40 раз. Несмотря на Версальские договоренности, это упорно не замечали лидеры Великобритании и Франции… А усилению военно-технического потенциала Германии после стремительных побед вермахта 1939–1940 гг. способствовали также экономики Франции, Голландии, Бельгии, Норвегии… Даже нейтральные Швеция и Швейцария поставляли предприятиям германской военной промышленности железную руду для производства стали и точные приборы… Испания поставляла значительное количество нефти и нефтепродуктов… Промышленность почти всей Европы работала на военную машину Гитлера, который 30 июня 1941 г. заявил, что он рассматривает войну с СССР как совместную европейскую войну против России.

У. Черчилль уже после войны писал, например, о Чехословакии: «Бесспорно, что из-за падения Чехословакии мы потеряли силы, равные примерно 35 дивизиям. Кроме того, в руки противника попали заводы «Шкода» — второй по значению арсенал Центральной Европы, который в период с августа 1938 года по сентябрь 1939 года выпустил почти столько же продукции , сколько выпустили все английские заводы за то же время».

Этот арсенал, далеко не единственный в Европе, работал на гитлеровскую армию вплоть до конца 1944 года. И как работал! Каждый пятый танк, поставленный в войска вермахта в первой половине 1941 года, был изготовлен на заводах «Шкода».

Чешские предприятия, по немецким — и надо думать, точным! — данным, постоянно наращивали военное производство. В 1944-м, например, ежемесячно они отгружали для Германии 300 тыс. винтовок, 3 тыс. пулеметов, 625 тыс. артиллерийских снарядов, 100 самоходных артиллерийских орудий. Кроме того, танки, танковые пушки, самолеты Ме-109, авиационные моторы и т. д.

В Польше на Германию работали 264 крупных, 9 тыс. средних и 76 тыс. мелких предприятий.

Дания покрывала потребности немецкого гражданского населения в масле на 10 процентов, в мясе — на 20, в свежей рыбе — на 90 процентов. И, разумеется, датская промышленность выполняла все немецкие заказы.

Франция (41 млн. населения) во главе с коллаборационистским правительством Лаваля и французские предприниматели охотно сотрудничали с немцами, были их главным поставщиком. К началу войны с СССР во французской «оборонке», работавшей на вермахт, было занято 1,6 млн. человек. По неполным немецким данным, до января 1944 года они поставили Германии около 4000 самолетов, около 10 тыс. авиационных двигателей, 52 тыс. грузовиков. Вся локомотивная промышленность и 95 процентов станкостроительной работали только на Германию.

Бельгия и Голландия поставляли немцам уголь, чугун, железо, марганец, цинк и т. п.

Самое интересное, все оккупированные страны, управлявшиеся коллаборационистами, не требовали оплаты наличными. Им обещали оплатить после победоносного — для немцев — завершения войны. Все они поработали на Гитлера бесплатно.

Кроме того, эти страны помогали Германии еще и тем, что взяли на себя расходы по содержанию немецких оккупационных войск. Франция, например, с лета 1940 года выделяла ежедневно по 20 млн. немецких марок, а с осени 1942 года — по 25 млн. Этих средств хватило не только на то, чтобы обеспечить немецкие войска всем необходимым, но и на подготовку и ведение войны против СССР. Всего европейские страны «подарили» Германии на эти цели более 80 млрд. марок (из них Франция — 35 млрд.).

А что же нейтральные страны — Швеция и Швейцария? И они работали на Германию. Шведы поставляли подшипники, железную руду, сталь, редкоземельные элементы. Они фактически питали немецкий ВПК до конца 1944 года. Быстрое наступление немцев на Ленинград было связано, в частности, и с тем, чтобы «запереть» наш военный флот и обезопасить поставки шведской стали и руды. Через шведские «нейтральные» порты для Германии шли значительные поставки из Латинской Америки. Наша военная разведка сообщала, например, что с января по октябрь 1942 года в Германию через шведские порты ввезено более 6 млн. тонн разных грузов, в основном стратегическое сырье. В отличие от оккупированных стран Швеция неплохо заработала на войне. Сколько? Такие данные до сих пор не опубликовано. Шведам есть чего стесняться. Как и швейцарцам. Последние поставляли точные приборы, а швейцарские банки использовались для оплаты крайне необходимых закупок в Латинской Америке.

Интересно было бы детально сравнить то, что получила Германия от оккупированных, союзных и нейтральных стран Европы (и, как выяснилось, в основном бесплатно) с объемом американской помощи Советскому Союзу (за нее мы платили). Оказывается, нет ни общей цифры европейской помощи Гитлеру, ни по отдельным странам. Лишь отрывочные данные. Для немцев, даже если судить по одной «Шкоде», эта помощь была крайне важна. Как и для нас, например, поставка американских «студебекеров» после Сталинградской битвы, сделавших Красную Армию мобильной и маневренной. Но, повторяю, нет в распоряжении историков полных данных о помощи Германии. А она, судя по имеющимся данным, была громадной. В четырехтомнике «Мировые войны XX века» приводятся такие цифры: промышленный потенциал после захвата Европы у Германии удвоился, а сельскохозяйственный — утроился.

Помогала Европа Гитлеру не только своими арсеналами. Ряд католических епископов поспешили назвать вторжение в СССР «европейским крестовым походом». 5 млн. солдат ворвались летом 1941 года на нашу территорию. 900 тыс. из них не немцы, а их союзники. Войну нам объявили помимо Германии Италия, Венгрия, Румыния, Словакия, Хорватия, Финляндия. Испания и Дания войны не объявляли, но своих солдат отрядили. Болгары с нами не воевали, но выдвинули 12 дивизий против югославских и греческих партизан и тем самым дали возможность немцам переправить часть своих войск с Балкан на Восточный фронт.

Это на лето 1941 года 900 тыс. европейцев выступили против нас. В целом же за войну эта цифра возросла до 2 млн. человек. В нашем плену оказались чехи (70 тыс.), поляки (60 тыс.), французы (23 тыс.) и далее по убывающей бельгийцы, люксембуржцы и… даже нейтральные шведы.

 

 

Это особая тема или особый разговор, почему европейцы так охотно помогали Гитлеру в войне против СССР. Антикоммунизм, бесспорно, играл немалую роль. Но не единственную и, пожалуй, не главную. Может быть, к этой теме следует вернуться отдельно.

И наконец, европейские страны помогали Германии ликвидировать постоянно нарастающий из-за призыва немцев в армию дефицит ее рабочей силы. По неполным данным, из Франции было доставлено на немецкие заводы 875,9 тыс. рабочих, из Бельгии и Голландии — по полмиллиона, из Норвегии — 300 тыс., из Дании — 70 тыс. Это и дало возможность Германии мобилизовать почти четверть своего населения, а они, как солдаты, по всем статьям на голову превосходили своих союзников — итальянцев, румын или словаков.

Все это вместе взятое обеспечило значительное превосходство Германии на нача-льном этапе во-йны, а затем дало ей возможность продержаться до мая 1945 года.

А как же движение Сопротивления? Ряд российских авторов считают, что его роль и значение в оккупированных индустриальных странах Западной Европы чрезвычайно раздуты. В какой-то мере это объяснимо: важно было подчеркнуть в те годы, что мы не одиноки в борьбе. В. Кожинов, например, приводит такие цифры: в Югославии погибло почти 300 тыс. участников Сопротивления, во Франции, чье население было в 2,5 раза больше, — 20 тыс., а в рядах германской армии погибло около 50 тыс. французов. Разве сопоставление этих потерь ни о чем не говорит? Разве случайно немцы держали в Югославии 10 дивизий? Разумеется, героизм французских участников Сопротивления несомненен и память о нем свята. Но попробуйте поставить на одну чашу весов весь ущерб, который нанесли они гитлеровцам, а на другую — всю ту реальную помощь, которую европейские страны услужливо оказывали Германии. Какая чаша перетянет?

Нет, вопрос надо ставить шире, отвечали историки. Возьмите две первые недели войны во Франции и в СССР. Уже на пятый день войны, настоящей войны, начавшейся 10 мая 1940 года, а не той, что немцы называли «сидячей», американцы и англичане — «странной», когда боевых действий просто не было, новый французский премьер-министр Рейне позвонил Черчиллю и сказал: «Мы потерпели поражение». Черчилль немедленно прилетел в Париж, надеялся поднять дух у союзного правительства. Но не преуспел. Пытались ли французские войска выходить из окружения, была ли у них своя Брестская крепость, свое Смоленское сражение? Свои героические бои окруженных под Вязьмой? Вышли парижане рыть противотанковые рвы? Призвал ли их кто-нибудь к действиям? Предложил программу борьбы? Нет, руководство — и гражданское, и военное — подвело Францию к тому, чтобы стать коллаборантом и всю войну работать на Германию. Страна лишилась чести. В своем большинстве французы побежали на юг и запад, сражаться они не хотели, главное было сохранить свои кошельки. Де Голль взывал к ним из Лондона, но откликнулись лишь сотни человек.

 

 

Считается, что 22 июня 1941 года Германия напала на Советский Союз. На самом деле это не совсем так, против СССР начали войну несколько стран, среди них:

Румыния — около 200 тысяч солдат,Словакия — 90 тысяч солдат,Финляндия — около 450 тысяч солдат и офицеров,Венгрия — около 500 тысяч человек,Италия — 200 тысяч человек,Хорватия в составе охранной дивизии

И это только те страны которые официально объявили войну Советскому Союзу. По различным данным, в этом «крестовом походе» против СССР принимали участие от полутора до двух с половиной миллионов добровольцев воевавших в частях вермахта и ваффен СС.

Это были представители таких стран как: Голландия, Дания, Норвегия, Бельгия, Латвия, Литва, Эстония, Швеция, Финляндия, Франция, Швейцария, Испания, Люксембург. Как и во время отечественной войны 1812 года, против России ополчилась по сути, вся Европа.

Известный американский историк Джордж Г. Стейн в своей книге «Ваффен СС» описывает национальный состав этих частей:

голландцы — 50 тысяч человек, бельгийцы — 20 тысяч человек, французы — 20 тысяч человек, датчане и норвежцы — по 6 тысяч человек, по 1200 человек из Швеции, Люксембурга, Швейцарии, и других европейских стран.

Из европейских эсесовцев добровольцев состояла одна из лучших дивизий рейха — Викинг. Название символизировало, что в ее рядах собраны представители из арийских народов нордической крови.

Так 10 марта 1942 года на Ленинградский фронт был переброшен Норвежский легион, он помогал удерживать город в кольце блокады до весны 1943 года. Но из-за больших потерь большинство легионеров отказались продлевать контракт, и были по приказу Гимлера заменены Латышским легионом СС.

Блокаду Ленинграда вообще можно считать общеевропейским предприятием. Помимо норвежцев под Волховым действовал легион «Нидерланды», бельгийский батальон. Здесь же сражались испанские добровольцы из «Голубой дивизии», с севера Ленинград осаждали финские и шведские войска, на Ладоге готовились к боям итальянские моряки.

Немецкий историк Мюллер-Гиллебрандт, который во время войны был генерал-майором Генерального штаба Вермахта, вспоминает, что многие французы которым немцы отказали в зачислении в свои вооруженные силы, были сильно обижены.

Началось все с того, что у Генриха Гимлера произошел конфликт с руководством вермахта из-за того, что он для своих частей СС старался забрать лучших. Лучших в плане физической подготовки, здоровья, интеллектуального состояния. Он отбирал действительно гвардейцев, а вермахту доставался, как считало его руководство, так сказать второй сорт.

После того как армейские генералы «пожаловались» Гитлеру, для Гимлера был установлен лимит на призыв немцев в гвардейские подразделения. Но Гимлер быстро нашел выход из положения, он стал набирать в свои части представителей так называемых фольксдойч, немцев живущих вне Германии. Это могли быть немцы из Голландии, Норвегии, Швеции, Бельгии, и откуда угодно.

«Клянусь тебе, Адольф Гитлер, как вождю, быть верным и храбрым. Даю обет повиноваться тебе и назначенным тобою начальнику до самой смерти. И да поможет мне Бог» Это фрагмент присяги европейских добровольцев ваффен СС при вступлении на службу.

В отличие от присяги которую принимали немцы, в тексте не было упоминания Гитлера как канцлера рейха, это своеобразная психологическая уловка, что это не служба в рядах немецких оккупантов, а в общеевропейских частях СС.

Среди альпийских стрелков тоже были не только немцы, всего было двенадцать горно-стрелковых дивизий, из них две австрийские, одна из югославских немцев, одна из боснийских мусульман, еще одна состояла из албанцев, и еще в одной были и австрийцы и норвежцы. Так что можно считать, что каждый второй немецкий горный стрелок родился за пределами границ третьего рейха 1937 года.

Такое большое количество добровольцев из захваченных Гитлером европейских стран объясняется многими причинами, это модная в то время в Европе расовая теория и яркие успехи национал-социалистической идеологии, и просто желание поживиться.

По планам Гимлера, расово неполноценные народы СССР должны были быть отброшены за Урал, а численность их уменьшена в несколько раз. На захваченных территориях восточных земель должны были селиться арийцы нордической крови.

Вторая мировая война является уникальной из всех войн, никогда еще в истории не было подобных случаев массового перехода граждан завоеванных стран на службу к оккупантам. Под гитлеровские знамена добровольно становилась чуть ли не большая часть населения.

В войне против СССР принимали участие не только вооруженные формирования европейских ваффен СС и иностранные части вермахта, на военную машину третьего рейха работала и вся промышленность Европы. В первые годы войны почти каждый второй снаряд был отлит из шведской руды.

Летом 1941 года каждый четвертый танк в немецкой армии был чешским или французским. Свои первые победы Германия одержала во многом благодаря скандинавскому железу и швейцарской оптике для прицелов.

Мало кто знает, что самым мощным танком вермахта при нападении на СССР был французский В2. Половина сверхтяжелых орудий, обстреливавших Ленинград, Севастополь, были произведены во Франции и Чехии.

В 1938 году в Мюнхене представители Англии и Франции предательски отдали Гитлеру Чехословакию. Если бы не этот сговор, Германия по экономическим причинам возможно и не смогла бы начать полномасштабную войну.

Чешская оборонная промышленность была в то время одной из крупнейших в Европе. С ее заводов рейх получил более полутора миллионов винтовок и пистолетов, около 4 тысяч орудий и минометов, свыше 6600 танков и самоходных орудий.

Особое значение для Германии играли поставки сырья. Американские нефтяные компании через свои филиалы в странах Латинской Америки передали Гитлеру бензина на несколько десятков миллионов долларов. Компания Рокфеллера «Standard oil» поставила третьему рейху горюче-смазочных материалов и топлива на сумму в 20 миллионов долларов.

 

Генри Форд, большой поклонник Гитлера, имел в Германии филиалы своих предприятий, которые до самого конца войны поставляли немцам очень хорошие грузовики, всего около 40 тысяч штук. Для Америки война стала хорошим бизнесом.

Стоит заметить, что на захваченной территории СССР, немцы, из 32 тысяч предприятий смогли запустить лишь двести. Они давали продукции в три раза меньше чем такая страна как Польша.

 

 

«Если мы увидим, что Германия побеждает, мы должны помочь России. А если верх будет одерживать Россия, мы должны помогать Германии. И пусть они таким образом убивают друг друга как можно больше. Все это на благо Америки» Это заявление 24 июня 1941 года сделал будущий президент США Гарри Трумэн, американской газете Нью-Йорк Таймс.

 

Nestle

В 2000 году Nestle в связи с использованием ею в своё время рабского труда выплатила в соответствующий фонд более 14,5 миллионов долларов для урегулирования требований пострадавших от её действий и переживших Холокост лиц, а также еврейских организаций. Фирма сделала признание, что в 1947 году она приобрела компанию, которая в годы войны пользовалась принудительной рабочей силой, а также констатировала: «нет сомнений либо можно предположить, что некоторые корпорации из группы Nestle, действовавшие в странах, контролировавшихся национал-социалистическим (нацистским) режимом, эксплуатировали подневольных чернорабочих». Nestle в 1939 году в Швейцарии оказывала денежную помощь нацисткой партии, выиграв в результате прибыльный контракт на поставки шоколада для потребностей всей немецкой армии во время Второй мировой войны.

 

 Allianz

Allianz считается двенадцатой по величине компанией в мире, занимающейся оказанием финансовых услуг. Неудивительно, что, будучи основанной в 1890 году в Германии, она была в ней крупнейшим страховщиком, когда к власти пришли нацисты. Как таковая, она быстро оказалась повязанной делами с нацистским режимом. Её руководитель Курт Шмит был также министром экономики у Гитлера, а компания осуществляла страхование объектов и персонала Аушвица. Её генеральный директор отвечает за практику выплаты страховой компенсации уничтоженной в результате Хрустальной ночи еврейской собственности нацистскому государству вместо правомочных выгодоприобретателей. К тому же компания тесно сотрудничала с нацистским государством при отслеживании полисов страхования жизни немецких евреев, отправленных в лагеря смерти, а во время войны страховала в пользу нацистов имущество, отобранное у того же самого еврейского населения.

 

Novartis

Хотя Bayer и является печально известной благодаря тому, что начинала свой путь в качестве подразделения производителя газа Циклон Б, использовавшегося нацистами в газовых камерах, она не единственная фармацевтическая компания со скелетами в шкафу. Швейцарские химические компании Ciba и Sandoz в результате слияния образовали Novartis, прославившуюся прежде всего своим лекарством риталин (скандально известный психостимулятор, широко используемый в США для лечения детской гиперактивности; прим. mixednews). В 1933 году берлинское отделение Ciba прекратило полномочия всех членов своего совета директоров еврейской национальности и заменило их более «приемлемыми» арийскими кадрами; тем временем Sandoz была занята аналогичной деятельностью в отношении своего председателя. Во время войны компании производили для нацистов красители, лекарственные средства и химические вещества. Novartis откровенно призналась в своей вине и пыталась её загладить характерным для других фирм-подельников способом – пожертвовав 15 миллионов долларов швейцарскому фонду компенсаций жертвам нацизма.

 

 

BMW

BMW созналась в использовании во время войны 30 тысяч подневольных неквалифицированных работников. Эти военнопленные, подневольные рабочие и заключённые концентрационных лагерей производили двигатели для люфтваффе и таким образом были принуждены помогать режиму в защите себя от тех, кто пытался их же спасти. В военное время BMW сконцентрировалась исключительно на производстве самолётов и мотоциклов, не претендуя на что-либо иное, кроме как быть поставщиком военных машин для нацистов.

 

Reemtsma

Reemtsma была создана в 1910 году в городе Эрфурте, Германия. В 1918 году производство было автоматизировано. В 1923 году производство было перенесено в Альтону,  теперь часть города Гамбурга.

Во времена Гитлера, несмотря на официальную антитабачную политику NSDAP, компания процветала. В 1937 году компании принадлежало 60% сигаретного рынка страны. В 1939 году Филипп Ф. Реемтсма был назначен руководителем Fachuntergruppe Zigarettenindustrie (отдел по производству сигарет в  Wehrwirtschaftsführer – объединение компаний, которые работали для фронта).

В 1948 году деятельность фирмы была возобновлена, а в 1980 владельцем большинства акций стала кофейная компания Tchibo, которая продала свою долю в 2002 году компании Imperial Tobacco. Примечательно, что сейчас компания «Reemtsma» имеет представительства в Киеве и  Волгограде, возле которого произошла Сталинградская битва.

 

Nivea

История торговой марки Nivea берет свое начало в 1890 г., когда один бизнесмен, которого звали Оскар Тропловитц, выкупил компанию «Beiersdorf» у её основателя.

В 1930-е годы бренд позиционировал себя как товар для активной жизни и спорта. Основными товарами были защитные крема и бритвенные средства. Во время Второй мировой войны за рекламную часть бренда отвечала Элли Хейс Кнапп, которая стала первой леди при Теодоре Хейсе. По ее словам, в своих рекламных кампаниях она старалась обойти стороной милитаристскую составляющую, делая упор на  отображении активной жизни в мирных обстоятельствах. Впрочем, спортивные улыбающиеся девушки с плакатов Nivea могли вдохновлять бойцов Вермахта не меньше, а то и лучше, чем усатое лицо Гитлера с плакатов  NSDAP.

Примечательно, что во время войны несколько стран, воюющих с Германией, присваивали себе права на торговую марку. Процесс скупки компанией «Beiersdorf» прав завершился только в 1997 году.

 

Maggi

Компания Maggi создана в 1872 году в Швейцарии Юлиусом Магги. Предприниматель был первым, кто появился на рынке с готовыми супами. В 1897 году Юлиус Магги основал компанию Maggi GmbH в немецком городе Зинген, где она по-прежнему базируется сегодня. Приход к власти нацистов почти никак не сказался на бизнесе. В 1930-х годах компания стала поставщиком полуфабрикатов для немецких войск.

Учитывая, что никто из менеджмента организации не был замечен в особо активной политической жизни, бренд сохранил себя и продолжает радовать. На этот раз также и жителей экс-СССР.

 

А что же наши нейтральные то ? 

«…В первые же дни войны через территорию Швеции была пропущена германская дивизия для действий в Северной Финляндии. Однако премьер-министр Швеции социал-демократ П. А. Ханссон тут же обещал шведскому народу, что через территорию Швеции больше не будет пропущена ни одна немецкая дивизия и что страна никоим образом не вступит в войну против СССР. Швеция взяла на себя представительство интересов СССР в Германии, и все же через Швецию развернулся транзит немецких военных материалов в Финляндию; немецкие транспортные суда перевозили туда войска, укрываясь в территориальных водах Швеции, причем до зимы 1942/43 г. их сопровождал конвой шведских военно-морских сил. Гитлеровцы добились поставок шведских товаров в кредит и перевозки их в основном на шведских судах…»

  «…Именно шведская железная руда была лучшим для Гитлера сырьем. Ведь эта руда содержала 60 процентов чистого железа, в то время, как руда, получаемая немецкой военной машиной из других мест, содержала лишь 30 процентов железа. Понятно, что производство военной техники из металла, выплавленного из шведской руды, обходилось казне Третьего рейха гораздо дешевле.

   В 1939 году, том самом, когда гитлеровская Германия развязала Вторую мировую войну, ей было поставлено 10,6 млн. тонн шведской руды. Ничего себе! После 9 апреля, то есть, когда Германия уже завоевала Данию и Норвегию, поставки руды существенно возросли. В 1941 году морским путем для нужд германской военной промышленности поставлялось ежедневно 45 тысяч тонн шведской руды. Мало-помалу торговля Швеции с нацистской Германией нарастала и, в конце концов, составила 90 процентов всей шведской внешней торговли. С 1940 по 1944 год шведы продали фашистам более 45 млн. тонн железной руды.

   Шведский порт Лулео был специально переоборудован для поставок железной руды в Германию через воды Балтики. (И только советские подводные лодки после 22 июня 1941 года временами доставляли шведам большие неудобства, торпедируя шведские транспорты, в трюмах которой эта руда переправлялась). Поставки руды в Германию продолжались практически до момента, когда Третий рейх уже начал, говоря образно, испускать дух. Достаточно сказать, что еще в 1944 году, когда исход второй мировой войны ни у кого уже не вызывал сомнений, немцы получили из Швеции 7,5 млн. тонн железной руды. До августа 1944 г. Швеция получала нацистское золото через банки Швейцарии.

   Иными словами, писала «Норшенсфламман», «шведская железная руда обеспечивала немцам успехи в войне. И это был горький факт для всех шведских антифашистов».

   Однако шведская железная руда поступала немцам не только в виде сырья.

   Знаменитый на весь мира концерн «СКФ», производивший лучшие на планете шарикоподшипники, поставлял эти, не столь уж, на первый взгляд, хитрые технические механизмы, Германии. Целых десять процентов шарикоподшипников, получаемых Германией, приходилось, по данным «Норшенсфламман», на Швецию. Любому, даже вовсе неискушенному в военном деле человеку, понятно, что означают шарикоподшипники для производства военной техники. Да ведь без них ни один танк с места не стронется, ни одна подводная лодка в море не выйдет! Заметим, что Швеция, как отмечала «Норшенсфламман», производила подшипники «особого качества и технических характеристик», которые Германия не могла получить ни откуда более. Импорт подшипников из Швеции стал для Германии особенно важен, когда в 1943 году подшипниковый завод VKF в Швайнфурте был уничтожен. В 1945 году экономист и советник по экономическим вопросам Пер Якобссон предоставил информацию, которая помогла сорвать поставку шведских подшипников в Японию.

   Давайте задумаемся: сколько же жизней оборвалось потому, что формально нейтральная Швеция обеспечивала фашистскую Германию стратегическими и военными продуктами, без которых маховик военного механизма нацистов продолжал бы, конечно, раскручиваться, но уж точно, не с такой большой скоростью, как оно было?

   Осенью 1941 года, той самой жестокой осенью, когда на карту было поставлено существование всего Cоветского государства (а значит, как следствие, и судьба населявших его народов), король Швеции Густав V Адольф направил Гитлеру письмо, в котором пожелал «дорогому рейхсканцлеру дальнейших успехов в борьбе с большевизмом»…»

   Еще больше военных заказов Швеция получила после начала Второй мировой войны. И в основном это были заказы для гитлеровской Германии. Нейтральная Швеция стала одной из главных экономических опор национального рейха. Достаточно сказать, что только в 1943 году из добытых 10,8 млн. т железной руды в Германию из Швеции было отправлено 10,3 млн. т. До сих пор мало кто знает, что одной из главных задач кораблей ВМФ Советского Союза, воевавших на Балтике, была не только борьба с фашистскими кораблями, но и уничтожение судов нейтральной Швеции, перевозивших грузы для нацистов.

  Ну а чем же расплачивались гитлеровцы со шведами за полученные от них товары? Только тем, что они награбили на оккупированных ими территориях и больше всего — на советских оккупированных территориях. Других ресурсов для расчетов со Швецией немцы почти не имели. Так что, когда вам в очередной раз будут рассказывать про «шведское счастье», помните, кто и за чей счет шведам его оплатил.

 

 

Война в Европе была скорее за политическое влияние и за контроль территорий, война на восточном фронте, была войной на уничтожение и выживание, это абсолютно две разные войны, просто они проходили одновременно.

Цивилизованная Европа всегда старательно вычеркивает из истории второй мировой войны эти позорные факты своего сотрудничества с самым кровавым и бесчеловечным режимом двадцатого века, и эта та правда о войне, которую нужно знать, и о которой нужно помнить.

 

Английский публицист XIX века T. Дж. Даннинг:

Капитал … избегает шума и брани и отличается боязливой натурой. Это правда, но это ещё не вся правда. Капитал боится отсутствия прибыли или слишком маленькой прибыли, как природа боится пустоты. Но раз имеется в наличии достаточная прибыль, капитал становится смелым. Обеспечьте 10 процентов, и капитал согласен на всякое применение, при 20 процентах он становится оживлённым, при 50 процентах положительно готов сломать себе голову, при 100 процентах он попирает все человеческие законы, при 300 процентах нет такого преступления, на которое он не рискнул бы, хотя бы под страхом виселицы. Если шум и брань приносят прибыль, капитал станет способствовать тому и другому. Доказательство: контрабанда и торговля рабами

 

[источники]

источники

http://www.warmech.ru/war_mech/tyl-evr.html

http://www.theunknownwar.ru/korporaczii_kotoryie_obyazanyi_naczistam_svoim_uspexom.html

http://www.socportal.info

http://maxpark.com/community/14/content/1912618

 

А я вам еще напомню, КАК АМЕРИКАНСКИЕ КОРПОРАЦИИ ПОМОГАЛИ ГИТЛЕРУ Оригинал статьи находится на сайте ИнфоГлаз.рф Ссылка на статью, с которой сделана эта копия - http://infoglaz.ru/?p=22988

masterok.livejournal.com

Принудительный труд в Германии и на оккупированных территориях во время Второй мировой войны

Привлечение миллионов людей к принудительному труду во время Второй мировой войны было одним из важных признаков трудовой политики национал-социализма как в самой Германии, так и на территории всей оккупированной немцами Европы. Между тем понятие «работник, выполняющий принудительный труд» охватывает множество групп, отличающихся по характеру трудовых отношений…

Источник: Энциклопедия Миграция в Европе. С XVII века до наших дней. Авторы-составители: Клаус Й. Баде, Питер К. Эммер, Лео Лукассен и Йохен Ольтмер. Издание энциклопедии готовилось в сотрудничестве с Корри ван Эйл, Марлоу Схрофер, Михаэлем Шубертом. Издательство Ferdinand Schöningh, Падеборн, Мюнхен, Вена, Цюрих. Издательство Wilhelm Fink, Мюнхен.

Привлечение миллионов людей к принудительному труду во время Второй мировой войны было одним из важных признаков трудовой политики национал-социализма как в самой Германии, так и на территории всей оккупированной немцами Европы. Между тем понятие «работник, выполняющий принудительный труд» охватывает множество групп, отличающихся по характеру трудовых отношений. В частности, можно выделить четыре крупные категории по следующим критериям: статусу и способу набора на работу, социальному положению, правовым основаниям их занятости, а также длительности и обстоятельствам трудовых отношений.

1. Иностранные гражданские лица, которые были вывезены в Германию в период с 1939 по 1945 годы для «участия в работах» и в народе получили название «фремдарбайтеры» («иностранные рабочие»). Они составляли наиболее крупную из перечисленных здесь групп.

2. Иностранные военнопленные, преимущественно из Польши, Советского Союза и Франции, которых в Германии использовали как рабочую силу. При этом большое количество польских военнопленных были переброшены в статусе гражданских рабочих. В эту группу входили также около 600 тысяч интернированных солдат из Италии, захваченных вермахтом после выхода страны из состава гитлеровской коалиции и отправленных в Германию в трудовые лагеря.

3. Заключенные концлагерей СС на территории Третьего Рейха.

4. Европейские евреи, которые должны были в своих родных странах, но в основном после депортации более или менее длительный срок выполнять принудительные работы – прежде всего, в Польше в гетто, трудовых лагерях или внешних концлагерях, а после 1944 года в большей мере и на территории Рейха.

Кроме того, стоит учитывать и тех жителей оккупированных вермахтом стран, которых вынудили к подневольному труду на родине или отвезли в трудовые лагеря в третьи страны. В целом, в различных странах до сих пор используются самые разные определения принудительного труда – от подневольных работ в похожих на концентрационные лагерях до принуждения к работе с выплатой небольших пособий местными биржами труда.

«Иностранные рабочие» и военнопленные

Использование национал-социалистами «иностранной рабочей силы» в период с 1939 по 1945 год является крупнейшим случаем массового принудительного труда иностранцев со времен отмены рабства в XIX веке. В конце лета 1944 года на территории «Великогерманского Рейха» были официально зарегистрированы в качестве рабочей силы 7,6 миллиона иностранных гражданских лиц и военнопленных, большинство из которых были доставлены «на работы» в Рейх против их воли. На тот момент они составляли около четверти всех трудящихся, учтенных в экономике Германского Рейха.

Уже сразу после начала войны в сентябре 1939 года около 300 тысяч поляков, попавших в плен к немцам, были очень быстро распределены по преимущественно сельскохозяйственным предприятиям. Одновременно была запущена кампания по наему поляков, которая опиралась на старые традиции труда польских сельскохозяйственных рабочих в Германии. Однако со временем методы набора работников становились все жестче и с весны 1940 года превратились в настоящую охоту за людьми в «генерал-губернаторстве». Трудоспособных людей здесь ловили на основании трудовой повинности, путем массовых репрессий, облав, захватов кинотеатров, школ и церквей. Таким образом к маю 1940 года в Рейх были переброшены более одного миллиона польских рабочих.

Вместе с тем в руководстве Рейха «внедрение поляков» по-прежнему воспринималось как нарушение «расовых» принципов национал-социализма. На вытекающие из этого «национально-политические угрозы» необходимо отвечать соответствующими жесткими мерами, говорил в феврале 1940 года рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер. Впоследствии в отношении поляков была разработана обширная система репрессивных постановлений: они обязаны были жить в лагерных бараках (впрочем, для сельской местности это условие оказалось невыполнимым), получали меньше денег, не имели права появляться в местах общественного пользования (начиная со скорых поездов и заканчивая банями), им запрещено было посещать немецкие богослужения; они вынуждены были работать дольше, чем немцы, и носили нашивки на одежде в виде латинской буквы «P», которая свидетельствовала об их национальности (Polen значит по-немецки «поляки»). Контакты с немцами в нерабочее время были запрещены, а за сексуальную связь с немкой поляку грозила публичная казнь. Кроме того, ради «защиты немецкой крови» как минимум половину из привозимых польских гражданских рабочих должны были составлять женщины.

Немецкие власти в целом могли расценивать экспериментальную модель «внедрения поляков» как успешную: с одной стороны, им удалось за короткое время насильно вывезти из Польши в Германию большое количество рабочей силы, с другой – создать в Германском Рейхе иерархическое общество, разделенное на два класса по «расовым» критериям.

Однако уже в мае 1940 года стало невозможным дальше закрывать глаза на то, что использование поляков не удовлетворяло потребности немецкой экономики. В результате еще во время Французской кампании и вскоре после ее завершения в Рейх в качестве рабочей силы вывезли более миллиона французских военнопленных. Помимо этого, в странах-союзниках и на оккупированных территориях Запада и Севера начался усиленный набор рабочей силы. Для этих групп также действовали особые предписания (хотя и значительно более удобные по сравнению с теми, что были введены в отношении поляков), касавшиеся их содержания, зарплаты, проживания и т. д. В конечном счете была сформирована разветвленная классовая система, иерархическая лестница, в которой на верхних ступенях оказались тогда уже «гастарбайтеры» из союзной Италии вместе с рабочими из Северной и Западной Европы, а на нижних – поляки.

Вплоть до 1941-1942 годов доля «добровольной» рабочей силы в Северной и Западной Европе была достаточно солидной. Так продолжалось до тех пор, пока из-за снижения численности рабочих и тут не были введены различные системы принудительного набора «на работы» в Германию.

Абсолютное большинство иностранных гражданских рабочих и военных, взятых в плен на «этапе блицкрига» до лета 1941 года, были задействованы в сельском хозяйстве. На промышленных предприятиях иностранцы не играли столь значимой роли; в индустрии ставка делалась в первую очередь на то, что вскоре после окончания «блицкрига» на производство с войны вернутся немецкие рабочие. Кроме того, идеологические предубеждения по поводу роста «использования иностранной силы» в партии и органах власти были настолько велики, что было решено заморозить количество иностранцев на уровне весны 1941 года, когда их было почти три миллиона человек. Эта концепция продержалась ровно до тех пор, пока стратегию коротких, обширных кампаний не потребовалось заменить длительной войной на истощение.

После первых военных неудач вермахта в Советском Союзе осенью 1941 года ситуация изменилась кардинально. О «блицкриге» речи больше идти не могло; немецкая оборонная промышленность должна была теперь ориентироваться на более длительную войну на истощение и сильно увеличивать свои мощности. На возвращающихся с фронта солдат тоже больше нельзя было рассчитывать – наоборот, волна массового призыва затронула теперь и работников оборонных предприятий, которые до сих пор были защищены от этого. Активными стараниями привлечь рабочую силу исключительно из западноевропейских стран уже невозможно было восполнить эти пробелы. Только задействование рабочих из Советского Союза способно было привести к дальнейшему эффективному снижению нагрузки.

Нацистский режим до начала войны категорически исключал возможность использования труда советских военнопленных и гражданских рабочих в Рейхе. При этом не только верхушка партии, Главное управление имперской безопасности и СС выступали против любого внедрения советской рабочей силы в Германии. Во многом уверенность в победе была настолько велика среди преобладающей части руководства режима, участвовавшего в подготовке к войне, и в промышленности, что изначально в подобных мерах не видели нужды. Так как казалось, что военно-экономических потребностей в задействовании советских граждан в Рейхе нет, миллионы военнопленных из СССР были брошены на произвол судьбы в бараках в тылу немецкого Восточного фронта. Это полностью соответствовало принципам военной кампании против Советского Союза, утвержденным верхушкой нацистского режима еще весной 1941 года. Согласно этим планам большую часть «лишнего» советского населения следовало не кормить и оставить умирать от голода. Больше половины из 5,7 миллиона советских военных, попавших в немецкий плен до конца войны, скончались от голода, обморожений, истощения, болезней или же были убиты, причем существенная часть – еще в первые десять месяцев войны.

Когда осенью 1941 года военное и, как следствие, военно-экономическое положение Германии резко изменилось, появилась острая необходимость в использовании труда советских военнопленных, что уже в ноябре отразилось в соответствующих приказах. Инициатива в данном случае исходила от промышленности, в особенности горнодобывающей, так как в этой области нехватка рабочей силы приобрела угрожающие масштабы. Однако большинство советских военнопленных больше не годились для работ. До марта 1942 года из более трех миллионов военнопленных только 160 тысяч были отправлены в Рейх в качестве рабочей силы. В связи с этим власти и промышленность переключились в большей степени на набор советских гражданских рабочих. Предоставление максимального количества рабочей силы в минимальные сроки стало важнейшей проблемой и главной задачей Фрица Заукеля, назначенного в марте на специально созданную должность «генерального уполномоченного по использованию рабочей силы». Под его руководством оперативными штабами вермахта и немецкими биржами труда почти за два с половиной года в Рейх из Советского Союза были депортированы два с половиной миллиона гражданских лиц – 20 тысяч человек в неделю.Одновременно с развитием системы «внедрения польской рабочей силы» принудительный труд советских граждан в Рейхе также сопровождался различными репрессиями и дискриминацией. Однако в своей радикальности они превосходили предписания, принятые в отношении поляков. Советские гражданские рабочие, получившие официальное название «остарбайтеры», носили отличительный знак на одежде («Ost», что в переводе с немецкого значит «Восток»), должны были жить под охраной в лагерях, территория которых огораживалась колючей проволокой, и были оставлены на произвол Гестапо и частей охраны.

Тем временем внутри Рейха формировался настоящий лагерный космос. Везде: как в крупных городах, так и в сельской местности – располагались лагеря для иностранцев. Только в Берлине их насчитывалось несколько сотен, а в общей сложности в стране их, вероятно, было более 30 тысячПо последним подсчётам, на территории Рейха находилось около 42500 различного рода лагерей; по ссылке – статья автора. – Прим. urokiistorii.. Около 400-500 тысяч немцев были задействованы в организации «труда иностранных рабочих», занимая различные посты от начальника лагеря до «уполномоченного по использованию иностранцев».

Условия жизни отдельных групп иностранных рабочих отличались между собой в рамках жесткой, регламентированной до мелочей национальной иерархии. Если рабочие из оккупированных западных территорий и так называемых дружественных стран, хотя они и должны были жить в лагерях, получали практически такую же зарплату и питание, что и немцы на аналогичных должностях, то положение выходцев с Востока – в первую очередь советских граждан – было значительно хуже. Рацион советских гражданских рабочих, называемых «остарбайтерами», был настолько скудным, что они уже спустя несколько недель после своего прибытия – особенно в 1942-1943 годах – были абсолютно истощены и неспособны к труду. Уже в начале 1942 года многие предприятия сообщали, что «использование русских» не оправдывает себя экономически, так как для эффективности необходимы не только улучшение питания и достаточный отдых, но и инструктирование подневольных рабочих в соответствии с родом их занятий. Подобное обучение для французских военнопленных в сравнительно короткий срок привело к тому, что результативность их работы почти достигла уровня немецких рабочих. Больше всего отличалось в зависимости от предприятия и лагеря положение советских подневольных рабочих. Тем, кто получили работу в сельском хозяйстве, жилось значительно лучше, чем тем, кто трудился в промышленности, но и там различия в содержании и питании – особенно с конца 1942 года – можно назвать радикальными. Это говорит о том, насколько широкой была свобода действий конкретных предприятий. О том, что плохие условия труда и жизни рабочих с Востока были обусловлены исключительно предписаниями властей, не может быть и речи.

Что касается заработной платы, то, обобщённо говоря, действовала четырехступенчатая система. Гражданские рабочие из всех стран за исключением тогдашней Польши и Советского Союза получали столько же, сколько немцы на аналогичных позициях – по крайней мере номинально. Формально такие же деньги должны были получать и польские работники, однако они обязаны были выплачивать особый 15-процентный налог – «польский сбор». Немецкие власти, регулирующие условия труда, ввели его с примечательным обоснованием: будто это компенсация за то, что поляков в отличие от немцев нельзя призвать на военную службу. Советские рабочие обоих полов, в свою очередь, получали другие зарплаты, которые были намного меньше, нежели у немцев или других иностранцев – номинально на 40 процентов, а в действительности они были даже более низкими. Ведомства по вопросам труда жаловались, что многие предприятия вовсе не платили советским гражданским работникам, воспринимали их как «пленных гражданских» и соответствующим образом к ним относились.

В сентябре 1944 года в Рейхе трудились 7,6 миллиона иностранных рабочих: 5,7 миллиона гражданских и почти два миллиона военнопленных. 2,8 миллиона из них были выходцами из Советского Союза, 1,7 миллиона – из Польши, 1,3 миллиона – из Франции. В общей сложности на работах в Рейхе были задействованы жители почти 20 европейских стран. Больше половины польских и советских гражданских рабочих составляли женщины, в среднем, в возрасте младше 20 лет: среднестатистической трудовой единицей в Германии в 1943 году была 18-летняя школьница из Киева. В сентябре 1944 года иностранные гражданские работники обоих полов или военнопленные составляли около 23 процентов всех трудящихся в Рейхе. В оборонной промышленности их доля (как мы знаем из исследований, касающихся использования принудительного труда на отдельных предприятиях, как Daimler-Benz или Volkswagen) превышала 40-50 процентов, в различных областях производства составляла 70-80 процентов, так что немцы в таких случаях, помимо управления, только проводили инструктаж и выполняли функции надзирателей. Особенно большой доля иностранных подневольных рабочих была, наряду с непосредственным производством вооружения, в строительстве и сельском хозяйстве.

Использование принудительного труда иностранцев отнюдь не ограничивалось крупными предприятиями, а распространялось за исключением руководящей сферы на всю экономику: от мелкого крестьянского хозяйства и слесарной мастерской с шестью рабочими до рейхсбана, коммун и больших оборонных заводов.

Заключенные концлагерей

Однако с начала 1944 года стало ясно, что даже такое в сущности большое количество иностранных рабочих было недостаточным – особенно для крупных оборонных проектов Рейха, так как вследствие развития военных действий набор работников, в первую очередь, в Советском Союзе пошел на спад, и дефицит рабочей силы, который становился все больше из-за дальнейшего призыва, некем было восполнить. Поэтому все больше интереса начала вызывать единственная организация, которая располагала существенным потенциалом рабочей силы, а именно СС с подчинявшимися ей концлагерями.

В первые годы войны «использование труда» заключенных концлагерей не имело значения для военно-экономических нужд. При этом уже с 1938 года существовали предприятия, принадлежавшие СС (чаще всего это были каменоломни, кирпичные заводы и ремонтные мастерские), и почти все заключенные были в той или иной форме привлечены к принудительным работам. Труд здесь воспринимался как «штраф», «способ исправления» или «месть» и сводился еще до 1939 года – и в большей степени потом – к уничтожению. Это касалось групп, которые находились в самом основании политической и «расовой» иерархии национал-социалистов. Создание СС таких предприятий, как Deutsche Ausrüstungswerke (Германское оружейное предприятие) и Deutsche Erd- und Steinwerke (Германская корпорация вскрышных работ), свидетельствовало о том, что СС стремилась все больше извлекать из концлагерей экономическую выгоду. Между тем на практике еще долго в военные годы экономическое значение принудительного труда заключенных оставалось на втором плане по сравнению с политическими целями концлагерей.

После военных неудач на Восточном фронте осенью 1941 года и связанной с этим переориентации немецкой оборонной промышленности на потребности длительной войны на истощение рейсфюрер СС также провел реорганизацию с целью сделать главной задачей концлагерей производство вооружения, а не ограничиваться строительной отраслью, добычей строительных материалов и производством военного снаряжения. На деле же концлагеря не были готовы к таким резким переменам, а Главное хозяйственно-административное управление СС (Wirtschafts- und Verwaltungshauptamt, WVHA) – новое ведомство по управлению концлагерями – не обладало достаточными знаниями в экономике, чтобы из ничего создать крупное производство вооружения. Помимо этого, охранникам в концлагерях было сложно перестроиться на приоритет «использования рабочей силы», поскольку они привыкли к многолетней практике, когда человеческая жизнь в концлагере ничего не стоила. В апреле 1942 года Главное хозяйственно-административное управление СС поставило перед комендантами концлагерей в качестве первоочередной задачи «использование рабочей силы», однако в итоге за вторую половину 1942 года из 95 тысяч заключенных погибли в общей сложности 57503, то есть более 60 процентов. Только весной 1942 года СС начали пользоваться трудом узников в оборонных целях, в особенности при строительстве завода химического концерна IG Farben. И все же в данном случае заключенные были задействованы только на строительных работах, тогда как их использование для производства оружия началось только годом позже. В ходе конфликтов между разными группировками внутри СС победила идея наказания и уничтожения, а не работы и продуктивности. Так сложилось, в первую очередь, потому, что благодаря массовым депортациям советских рабочих в Германию, чей труд использовался в это время, не сформировалось еще военно-экономической потребности во внедрении узников концлагерей.

Только в сентябре 1942 года Адольф Гитлер согласился на предложение министра вооружений и военной промышленности Альберта Шпеера, согласно которому СС должны были в дальнейшем предоставлять узников концлагерей напрокат промышленности, где их внедряли бы в действующий производственный процесс. За счет этого мог быть утвержден принцип передачи заключенных частным промышленным предприятиям во временное пользование, который с этого момента должен был предписывать «использование их труда». Впоследствии их внедрение в существующих отраслях индустрии активизировалось. Частные предприятия заявляли в WVHA о потребности в рабочей силе, а ведомство проверяло предоставляемые там условия содержания и безопасности и выдавало разрешения. При этом доверенные лица компаний, как правило, могли лично выбирать наиболее подходящих заключенных. Затем узников перевозили во «внешний лагерь», относившийся к соответствующему концлагерю и обычно создававшийся в непосредственной близости от места работы. Компании должны были платить СС по шесть рейхсмарок в день за квалифицированного рабочего и по четыре – за разнорабочего или женщину. Одновременно предприятия, принадлежащие СС, начали усиленно переводить производство на изготовление вооружений. С конца 1942 года Deutsche Ausrüstungswerke (DAW) работали преимущественно на военные нужды, занимаясь, в основном, ремонтом.

Чтобы увеличить использование принудительного труда в оборонной промышленности, WVHA было заинтересовано, в первую очередь, в резком прибавлении числа заключенных в максимально короткий срок. Количество трудоспособных заключенных концлагерей выросло за семь месяцев с 110 тысяч (в сентябре 1942 года) до 203 тысяч (в апреле 1943 года). В августе 1944 года число узников увеличилось уже до 524268, а в начале 1945 года превысило 700 тысяч. При этом ежемесячная смертность среди заключенных оставалась, как и раньше, на чрезвычайно высоком уровне и начала падать только весной 1943 года: с 10 процентов в декабре 1942 года до 2,8 процента в апреле 1943 года. Это говорит о том, что повышенные требования частных и эсэсовских предприятий выполнялись за счет увеличения количества набираемой в концлагерях рабочей силы, а не существенного изменения условий труда и проживания их узников.Соответственно, средняя продолжительность трудовой деятельности – а значит и жизни – некоторых заключенных в 1943-1944 годах составляла один-два года. Впрочем, этот показатель сильно варьировался в зависимости от места работы и принадлежности к той или иной группе узников. Значительное улучшение условий труда и содержания следовало только в том случае, если какого-либо рабочего, высококвалифицированного изначально или после прохождения обучения, было невозможно или крайне трудно заменить.

Летом 1943 года из 160 тысяч зарегистрированных заключенных лагерей WVHA около 15 процентов были задействованы в поддержании состояния лагерей, а 22 процента считались нетрудоспособными. Оставшиеся 63 процента, то есть около 100 тысяч человек, занимались строительными проектами СС, работали на предприятиях, принадлежавших СС или частным лицам. В конце 1942 года на территории Рейха существовало 82 «внешних концлагеря», спустя год – 186. Летом 1944 года их численность выросла до 341, к январю 1945 года – до 662. Поскольку данные об их количестве, которые приводили СС и министерство Шпеера, сильно отличаются друг от друга, сложно говорить о точных цифрах.

Принудительный труд евреев

Что касается евреев, переход к систематическим принудительным работам происходит в начале 1939 года. С этого времени, согласно указу немецкого министерства труда, евреи в Германии, которые обращались за пособием по безработице, становились разнорабочими на «закрытых работах». К лету 1939 года число таких евреев-рабочих, большую часть которых составляли мужчины, выросло приблизительно до 20 тысяч. Они были задействованы, в первую очередь, на строительстве дорог, плотин, каналов и мелиорации, также вывозили мусор, а после начала войны их отправляли на краткосрочные работы по уборке снега и сбору урожая. В течение 1940 года трудовая повинность распространилась на всех трудоспособных немецких евреев: как мужчин, так и женщин, независимо от того, получали ли они пособие по безработице или нет. После этого их чаще всего использовали в промышленности.

Самое позднее с весны 1941 года назрело противоречие между стремлением оборонной промышленности использовать принудительный труд евреев на производстве в Рейхе и целью немецкого руководства депортировать их из Германии. Для евреев, задействованных на оборонных предприятиях (летом 1941 года таких было около 50 тысяч), их рабочие места, многие из которых расценивались как «важные для обороны», не являлись надежной защиты от депортации, а только предоставляли отсрочку, длительность которой зависела от значимости их труда для военно-экономических целей. В связи с этим примечательно, что депортации даже евреев, задействованных на важных для продолжения войны предприятиях, объяснялись тем, что им на замену можно найти достаточно поляков и украинцев. Именно это было решающим фактором при принятии решения депортировать берлинских «оборонных евреев», которых первоначально не стали трогать. Летом 1943 года на территории Германии – за редким исключением – не осталось больше евреев, а соответственно и еврейских подневольных работников.

Похожим образом, хотя отчасти в другое время, развивалась история еврейского принудительного труда в оккупированных немцами странах, особенно на востоке Центральной и в Восточной Европе. В «генерал-губернаторстве» трудовая повинность для еврейского населения была введена еще в октябре 1939 года. По закону, все мужчины еврейского происхождения с 14 до 60 лет должны были работать в специально созданных трудовых лагерях. Обеспечить приток соответствующей рабочей силы и распределить ее было задачей «юденратов». Спустя несколько недель трудовая повинность была распространена на всех женщин-евреек в возрасте от 14 до 60 лет.

Первоначально СС предполагали, что все евреи в «генерал-губернаторстве» будут работать в больших трудовых лагерях. Однако множество евреев уже работали фактически вне штата, так что внезапный переход к лагерям едва ли был возможен, хотя бы с организационной точки зрения. Тем не менее использование труда евреев должно было все больше концентрироваться в гетто, создание которых на тот момент продвинулось еще незначительно.

Управление «генерал-губернаторства» по труду еще летом 1940 года постановило, что евреи должны получать за свою работу максимум 80 процентов от средней зарплаты поляка на такой же должности. Многие немецкие предприятия и организации после этого уволили еврейских сотрудников, которым раньше зачастую платили намного меньше или не платили вовсе. Все изменилось с началом систематического «решения еврейского вопроса». Переход на так называемые «шопы» (немецкие предприятия, работавшие как в гетто, так и в арийской зоне городов) на территории гетто и ужасающее положение еврейских рабочих, которые вынуждены были бояться, что при неудовлетворительных результатах труда их могли депортировать и убить, – все это приводило к тому, что еврейская рабочая сила становилась дешевле и тем самым привлекательнее для предприятий. Распределение на важное оборонное или менее значимое производство становилось для евреев обоих полов вопросом жизни и смерти.

С переориентацией приоритетов на «использование труда» с начала 1942 года противоречия обострились: в «генерал-губернаторстве» с марта 1942 года начались избавление от гетто и депортации польских евреев в лагеря смерти. Тем не менее часть из них отправили в специальные трудовые лагеря, подчинявшиеся руководству СС и полиции, где они были задействованы на строительстве и оборонных предприятиях. Для этого СС организовали в этих лагерях собственные предприятия – отчасти на базе бывших еврейских заводов. Эти меры спровоцировали существенные конфликты, в первую очередь, с вермахтом, который был заинтересован в том, чтобы «его» еврейская рабочая сила трудилась дальше в гетто. СС были готовы на первое время оставить евреев оборонной промышленности, если они в качестве заключенных концлагерей будут переданы предприятиям для «использования их труда».

19-го июля 1942 года Гиммлер отдал распоряжение ликвидировать всех польских евреев к концу 1942 года. Только тех евреев, которые выполняли важные работы для оборонной промышленности, было разрешено временно оставить в живых. В то же время такие производства должны были постепенно переходить под управление СС и объединяться в трудовые лагеря. В связи с этим в гетто начались зачистки, фабрики, на которых трудились десятки тысяч евреев, закрывали, а подневольных рабочих депортировали в лагеря смерти и уничтожали. На оккупированных территориях Советского Союза ситуация складывалась таким же образом. После первой фазы массовых расстрелов летом 1941 года местных евреев также задействовали в трудовых бригадах и мастерских. Но и в дальнейшем после переориентации на военно-экономические нужды с начала 1942 года ликвидация евреев продолжилась без оглядки на экономические потребности.

Только в начале 1944 года, когда главная политическая цель национал-социализма в отношении евреев была достигнута, в последние военные годы произошли изменения, вызванные жесткой нехваткой рабочей силы. Тогда еврейских заключенных начали использовать на территории Рейха на предприятиях СС, при переводе предприятий под землю и на частных фабриках, в особенности относящихся к крупной промышленности. Еще в августе 1943 года руководство режима решило силами заключенных концлагерей перевести производство ракетного оружия А4 (так называемых ракет «Фау») под землю. С рубежа 1943-1944 годов по всей Германии начался перевод оборонных заводов на подземные фабрики – чаще всего, в пещеры и штольни, где они были защищены от бомбардировок. Эти проекты, форсированные из-за острой нехватки времени, приводили к чудовищным последствиям для задействованных на них узниках концлагерей. На стадии строительства осенью и зимой 1943-1944 года смертность там оставалась на высоком уровне. Легкая взаимозаменяемость заключенных на технически преимущественно простой, но физически тяжелой работе, сжатые сроки, недостаток питания и плохие условия жизни были основными причинами высокой смертности. Ее уровень начал падать только после того, как были установлены лагеря для проживания рабочих и было запущено производство. А до этого заключенные всего за несколько недель после прибытия на работы оказывались «выжаты».

Такого рода проекты, для которых требовались десятки, если не сотни тысяч человек для работы в три смены, можно было осуществлять исключительно за счет заключенных концлагерей, так как только СС обладали подобным количеством трудовых резервов. Но и этого вскоре перестало хватать для выполнения поставленных задач, так что весной 1944 года встал вопрос об использовании труда евреев. До этого трудоустройство евреев было запрещено на территории Рейха. В конечном счете, избавление Рейха от евреев считалось большим успехом главного управления имперской безопасности, подчинявшегося СС. Однако теперь все изменилось. Из приблизительно 485 тысяч венгерских евреев, депортированных в Освенцим весной 1944 года, около 350 тысяч человек были сразу же убиты в газовых камерах, а еще около 100 тысяч, которые выглядели особенно работоспособными, были отобраны для работ в Рейхе. После того как приток «иностранных работников» сошел практически на нет, все больше фирм в Рейхе просили у властей, а отчасти напрямую в концлагерях предоставить заключенных и выражали согласие трудоустроить еврейских подневольных рабочих обоих полов из Венгрии. Теперь заключенные из Освенцима, в том числе множество женщин, только формально подчинялись руководству концлагерей, а на деле распределялись между компаниями, которые отправляли соответствующий запрос о потребности в рабочей силе.

Количество рабочих отрядов в центральных концлагерях начало резко расти с весны 1944 года, в конце войны на территории Рейха существовало около 660 внешних лагерей. Список немецких предприятий, которые организовывали такие внешние лагеря и использовали там труд заключенных, постоянно пополнялся, и в него входили сотни известных компаний. Условия работы и жизни узников сильно различались в зависимости от того, на какую фирму они работали. В целом – пусть и с оговорками – можно исходить из того, что те, кто работал на оборонную промышленность, имели существенно больше шансов на выживание, нежели те заключенные, которых использовали на крупных стройках и в особенности при создании подземных фабрик или в пещерах и штольнях после перевода туда производства.

Что касается окончательных расчетов общего числа людей, которые принуждались к труду властями и предприятиями нацистской Германии, то точные данные, базирующиеся на статистике ведомств по трудоустройству, существуют только для использования иностранных гражданских рабочих и военнопленных. Их численность достигла максимума в 7,6 миллиона человек летом 1944 года. С учетом большой текучки кадров можно исходить из цифры в 9,5-10 миллионов иностранных гражданских рабочих и военнопленных, труд которых использовался более или менее короткое время в Германии. Количество заключенных как центральных концлагерей, так и их филиалов едва ли поддается подсчетам. В общей сложности в период с 1939 по 1945 год в концентрационные лагеря, оказавшиеся под контролем WVHA СС, были доставлены около 2,5 миллионов человек. Из них приблизительно 15 процентов были немцами, а остальные 85 – иностранцами. Количество погибших в эти годы в лагерях оценивается в 836-995 тысяч человек (в данном случае не учитываются лагеря Майданек и Освенцим, где были истреблены около 1,1 миллиона человек, большинство из которых были евреями).

Считается, что практически каждый заключенный концлагеря, находясь там, был вынужден заниматься принудительным трудом в течение более или менее длительного периода, хотя и самым разным образом. В апреле 1943 года из приблизительно 200 тысяч заключенных, по всей видимости, менее половины работали на оборонных предприятиях. К концу 1944 года общее число узников концлагерей достигло 600 тысяч человек, из которых 480 тысяч были зарегистрированы как работоспособные. По оценкам Главного административно-хозяйственного управления СС, около 240 тысяч были задействованы на подземном производстве и на строительных проектах организации Тодта, а еще около 230 тысяч – на частных предприятиях.

Количество евреев, которых после депортации использовали в качестве подневольной рабочей силы, невозможно подсчитать с достаточной точностью, тем более этот показатель сильно различался по отдельным европейским странам. Летом 1942 года численность польских евреев, загнанных в гетто и рабочие лагеря, составляла приблизительно 1,5 миллиона человек. Естественно, не будет преувеличением сказать, что по крайней мере половину из них принуждали к труду. Существенно меньше была доля тех, кого посчитали трудоспособными в лагерях на Востоке после депортации из различных европейских стран. Так же мало подсчетов существует для территорий Советского Союза, которые позволили говорить хотя бы о приблизительных данных.

В 1944 году иностранные подневольные рабочие – гражданские, военнопленные, узники концлагерей и евреи – составляли около четверти всех трудящихся на экономку Рейха. Заключенные концлагерей и евреи были включены в эту систему после 1942-1943 годов. В последние военные годы особую роль сыграло строительство подземных предприятий для изготовления самолетов.

До сих пор не удалось найти ни одного крупного завода в реальном секторе экономики, где во время войны не использовался бы принудительный труд иностранцев. В первую очередь, это касается гражданских рабочих и военнопленных, тогда как узники концлагерей и евреи были задействованы преимущественно на больших промышленных предприятиях. Инициатива использовать подневольный труд любой из перечисленных категорий постоянно исходила от самих предприятий. Если они не просили выделить им подневольных рабочих, их не заставляли этого делать. Рассуждения о том, что режим вынуждал предприятия использовать принудительный труд, не имеют под собой никаких оснований и демонстрируют непонимание кооперативных структур в немецком управлении трудовой деятельностью в военное время.

В целом, этот краткий обзор разъясняет, что самое позднее начиная с перелома в ходе военных действий в 1941-1942 годах немецкой экономике ничего не оставалось, как использовать подневольный труд иностранных рабочих. Без этого оборонная промышленность не справилась бы со своими задачами, а следовательно, невозможно было бы дальше вести войну. Кроме того, власти не смогли бы вплоть до 1944 года поддерживать уровень жизни немецкого населения на достаточно высоком уровне. Таким образом, принудительный труд не являлся в немецкой военной экономике следствием режима, а был важной предпосылкой для осуществления военных действий, которые Германия вела почти шесть лет.

Ульрих Герберт

Перевод Дарьи Ерёминой

urokiistorii.ru


Смотрите также