Немецкая овчарка – история, стандарт, особенности породы. Немецкая овчарка в германии


Об отличии немецкой овчаркой в России и Германии / О немецкой овчарке / vom Haus Schlosser

Нас часто спрашивают: "В чём различие между немецкой овчаркой из России и из Германии? Ведь немецкая овчарка есть немецкая овчарка!". Но разница всё таки есть.

Немецкая овчарка из Германии это истинный ариец!

Существуют мировые стандарты качества, не доверять которым невозможно. Выбирая электронику, мы отдаём предпочтение японским брендам и при этом следим, чтобы сборка тоже была "родная" – японская. Качественный парфюм для особых случаев должен быть произведён на родине ароматов – во Франции, а не где-то ещё. Автомобиль марки BMW должен сойти со станков завода в Германии, именно в этом случае мы ощутим себя хозяевами настоящего "немца". Только страна-родоначальник может обеспечить высочайшее качество продукции, ведь для неё это вопрос национального престижа и честная позиция лидера на международном рынке.

В наше время разведением немецких овчарок занимаются питомники едва ли не в каждой стране Европы – настолько это популярная, ценная и дорогая порода. Тем не менее, только одно государство может с полным правом назвать себя родиной настоящей немецкой овчарки – Германия. Здесь в 1899 году Макс фон Штефаниц и Артур Мейер ввели первый стандарт породы, но до этого важного события простые немецкие крестьяне и пастухи несколько столетий старательно выводили новую породу, отбирая лучших щенков для несения "полевой" службы. Чтобы пёс Хоранд фон Графрат стал первым в истории официально зарегистрированным представителем породы, многие сотни его менее именитых предков стерегли стада и отгоняли хищников, сопровождали своих хозяев в путешествиях, защищали дома простых немцев от грабителей и были верными, чуткими и бесстрашными друзьями людям.

C каждым годом требования становятся строже и сложнее

Позицию лучшего производителя овчарок немцы удерживают дорогой ценой: требования, предъявляемые к образцам породы на немецких и международных выставках, с каждым годом становятся строже и сложнее: вводятся новые проверки на дисплазию тазобедренных суставов, кёрунг, тесты ДНК. Важный приоритет немецких заводчиков – строгое соответствие стандарту в том, что касается роста, веса животного, особенностей экстерьера и окраса. Они не готовы идти на уступки ради моды на тот или иной "тип внешности" овчарки, ведь чистота породы и статус производителя важнее временных заработков. Иностранным заводчикам трудно выдержать такое соперничество, поэтому всё, что им остаётся – искать у немецких овчарок из Германии мнимые недостатки и строить маркетинговые стратегии на дискредитации главного конкурента, таков уж бизнес.

Немецкий характер в наследство

Приобретая щенка немецкой овчарки из Германии, Вы получаете в наследство многовековую родословную и опыт, накопленный его предками. За непрерывностью линий породы немецкие заводчики следят особенно тщательно. Вы можете быть уверены, что родители щенка родились и выросли именно здесь, на немецкой земле, так же как их родители и другие предки, которым щенок обязан своим арийским, выдержанным характером, великолепными служебными данными и другими признаками образца породы.

Всё это, однако, не отменяет основное правило ответственного человека: решив остановить свой выбор на немецкой овчарке из Германии, не поленитесь собрать информацию о питомнике, его хозяевах и собаках-производителях. На родине немецких овчарок действует более двух сотен питомников, большинство из которых заслуживают доверия, но из них важно выбрать наиболее подходящий и надёжный. Желание поскорее приобрести чистокровного немца не должно идти впереди здравого смысла и практической сметки.

Настоящий щенок немецкой овчарки не может стоить дёшево, равно как и не может не иметь сопроводительных документов(в том числе ветеринарных). Неразумные попытки сэкономить почти всегда приводят к печальным недоразумениям, бросающим тень на всю популяцию немецких овчарок Германии.

hauseschlosser.su

описание собак и щенков, дрессировка, кормление, клички

Порода появилась уже в 7 веке на территории современной Германии. Предками немецких овчарок были горные пастушьи собаки, что объясняет их изначальное предназначение. Однако к 19 веку произошло значительное снижение количества пастбищ в связи с увеличением площади пахотных земель, индустриальным развитием и ростом городов. В результате пастушья роль немецкой овчарки отошла далеко на задний план.

 

Благодаря легкой обучаемости, стабильной психике и выдающимся физическо-анатомическим данным овчарки ценятся в качестве служебных собак. С 1880 года немецкая овчарка начала служить в прусской армии, а во время Первой мировой войны в немецкой армии насчитывалось уже около 50 000 служебных овчарок. 

 

На сегодняшний день немецкая овчарка является одной из самых распространенных пород в мире. Этих собак используют на службе для поиска взрывчатки и наркотиков, для поимки преступников, в качестве караульных и охранных животных. Немецкие овчарки – отличные помощники для людей с ограниченными возможностями и замечательные собаки-компаньоны.

Размеры и вес. Внешний вид

Вес взрослого кобеля должен варьироваться в пределах от 30 до 40 кг, а высота в холке от 60 до 65 см. Самка весит меньше – от 22 до 32 кг, а в холке достигает 60 см. 

 

Окрас сильно разнится: от ослабленного до затемненного зонарного – черно-подпалого. 

 

Шерсть может быть трех типов: коротая жесткая, длинная жесткая и длинная мягкая.

 

Длинношерстная немецкая овчарка, как это ни парадоксально звучит, значительно менее холодоустойчива, чем короткошерстная, этих собак не рекомендуется содержать в холодных вольерах.

Характер

Это темпераментное, уверенное в себе животное имеет довольно стабильную психику. Наряду со здоровым восприятием своей индивидуальности, немецкая овчарка склонна к беспрекословному подчинению хозяину, легко поддается дрессировке, отлично отзывается на кличку. Предана близким, спокойно и сдержанно относится к незнакомым, с детьми легко находит общий язык и поддерживает их игры.

Предрасположенность

Немецкие овчарки считаются сильными и выносливыми, с относительно крепким здоровьем. Однако точно так же, как и представители большинства искусственно выведенных пород, они имеют склонности к некоторым наследственным заболеваниям. 

 

В первую очередь стоит отметить слабый опорно-двигательный аппарат: собаки этой породы очень подвержены наследственным заболеваниям суставов (таких, как дисплазия локтевого и тазобедренного суставов) и патологиям позвоночного столба (дископатии, синдром Cauda equina). У щенков можно встретить так называемую блуждающую хромоту – паностит, проявляющийся в виде спонтанной болезненности разных конечностей в возрасте от 5 до 12 месяцев.

 

Аллергические заболевания, проявляющиеся в виде кожных патологий, также могут встречаться. У собак, подверженных аллергическим дерматитам, могут быть различного рода пиодермии, отиты, фурункулезы, эозинофильная пузырчатка… 

 

К реже встречающимся патологиям стоит отнести сахарный диабет и один из типов кардиомиопатии (заболевания сердца).

 

Для того чтобы в снизить риск заболевания вашего животного вышеперечисленными наследственными патологиями, следует очень ответственно отнестись к покупке щенка. Будущего друга лучше брать немного подрощенным (старше 3 месяцев) и у проверенных заводчиков. При покупке необходимо обращать внимание на активность, социальную адаптивность, постановку конечностей, чистоту шерстных покровов и общую гигиену малыша. Важно вживую увидеть родителей щенка, ознакомиться с их внешними данными и осведомиться об их здоровье, чтобы в дальнейшем сэкономить на лечении хронических заболеваний.

 

Учитывая склонность овчарок к патологиям кожи, следует особенно внимательно отнестись к их гигиене. За густой и жесткой шерстью немецкой овчарки легко ухаживать – достаточно вычесывать собаку два раза в неделю. Кроме того, во время линьки шерсть выпадает особенно обильно и мертвый волос необходимо вычесывать ежедневно. Лучше всего делать это после каждой прогулки. Купать овчарку нужно только тогда, когда это действительно необходимо – при стойких загрязнениях больших участков шерсти. Обычно достаточно двух купаний в год и никак не чаще одного раза в месяц, поскольку использование шампуня может привести к нарушению баланса микрофлоры и снижению защитных свойств волосяного покрова собаки.

Кормление

Учитывая экстерьер и физиологические особенности, данную породу можно отнести к крупным собакам атлетического типа телосложения. Такие собаки нуждаются в сбалансированном кормлении с содержанием белка 25–30% (сухое вещество) и содержанием жира около 15–20%. Немаловажно наличие в корме природных источников омега-3 жирных кислот для поддержания здоровья суставов, а также его низкая аллергичность для профилактики дерматологических патологий. При выборе промышленного рациона стоит отметить исключительную привлекательность кормов Purina® PRO PLAN® LARGE ATHLETIC для щенков и взрослых собак. Данная линейка кормов обладает всеми вышеперечисленными качествами корма для овчарки. Специально сбалансированные рационы PRO PLAN®  позволят вырастить здоровую крепкую собаку и поддерживать ее здоровье на протяжении долгих лет.

www.proplan.ru

ЧАСТЬ I Немецкая овчарка в Германии. История борьбы с модой

ЧАСТЬ I

Немецкая овчарка в Германии. История борьбы с модой

Немецкая овчарка как культурная, заводская порода существует менее ста лет. Но не следует ограничивать ее историю этими ста годами. Ничуть не умаляя выдающихся заслуг М.ф.Штефаница и А. Мейера, стандартизировавших эту породу в 1899 г. и, без преувеличения, открывших ее миру, справедливо будет сказать, что истинными создателями немецкой овчарки были безвестные пастухи и крестьяне Германии, на протяжении нескольких веков до того отбиравшие, а стало быть, и оставлявшие для разведения, только самых подходящих для работы собак. Селекция была беспощадной, ведь трудные условия жизни в средневековой деревне делали непозволительной роскошью содержание собаки-нахлебницы, не оправдывавшей затрат на ее кормление. Крестьянский практицизм, пусть он сегодня кажется жестоким, с одной стороны был вынужденной мерой, а с другой — только он и мог создать породу, заслужившую эпитет «жемчужины среди других пород».

Сельскому жителю нужна была предельно неприхотливая, жизнестойкая и выносливая собака — «на все руки дока». Вот как об этом писал Август Шмидт (да простят мне читатели обильное цитирование его статьи «Немецкая овчарка» из журнала «Кровное собаководство» №4 за 1926 г.): «Крестьянину она была крайне необходима как дворовая собака, пользовался он ею вовсю и был о ней далеко не высокого мнения. До последнего дня своей жизни несла она тяжелую работу, а крестьянин считал это как нечто «само собою понятное»; ее же благоразумие, самопожертвование, мужественное бесстрашие при защите собственности своего хозяина, ее непревзойденная чуткость — все это для крестьянина была «ничто», и над этим он даже не задумывался. Собаку, почему-либо его не удовлетворяющую, он просто убивал, порой не щадя даже своего старого друга, который за дряхлостью своей уже не был способен исполнять тех тяжелых работ, к которым привык хозяин и исполнение коих считал обязательным. Она была вещью, инструментом, производившим определенную работу. Несмотря на все это, крестьянин все же любил свою собаку, хвастал ее умом, пригодностью к работе, ее хваткой и прочим».

Доля овчарки и сегодня нелегка, а в те поры была куда как трудней. С весны до поздней осени, пася отару и перегоняя ее с одного маленького пастбища на другое среди засеянных угодий, овчарка «накручивала на свой спидометр» до двухсот километров — каждый день! (Насколько помнится, таковы данные английских исследователей. Для сравнения: волк может пробежать за сутки порядка 80 километров.) По ночам ей приходилось оберегать овечьи загоны от хищников. Конечно, немецкая овчарка ростом и силою много уступала волку, но если серого разбойника атаковали сразу две-три храбрые собаки, умевшие драться «одной хваткой», т. е. сразу вцепляться в горло и уже не отпускать противника, как и полагается делать хорошей овчарке, то волку лучше было загодя убраться подобру-поздорову, не искушая судьбу.

«Как неподкупный, бесхитростный, неутомимый и неумолимый сторож крестьянского двора славилась овчарка также. Ее пасти и хватки боялся каждый чужой человек, и не без основания, ибо немецкая овчарка относилась всегда недоверчиво и недружелюбно ко всякому чужому, в нем она видела недоброжелателя или врага своему хозяину, его двору и добру» (А. Шмидт, там же). Добавлю: ни о привязывании на цепь, ни о глухих заборах вокруг двора, как правило, в деревне и представления не имели. Овчарка сама должна была знать границы охраняемых ею владений и никого не трогать вне их. Как видно, крестьянин не стоял перед дилеммой: выбирать ли слишком добродушную или чрезмерно агрессивную собаку. Он выбирал умную.

«Славилась она также и среди охотников своим изумительным чутьем на барсука и кабана… Она так ловка, что никогда не допускала победы над собою кабана, от клыков которого погибало немало гончих…

В лунную октябрьскую ночь отправляется немецкая овчарка с пастухом-хозяином на охоту на барсука… Охотясь на барсука, овчарка отрезает ему путь отступления к норе, галопом мчится по его следу, и нет ему спасения — он погиб. Сплошь и рядом, бегая по пороше, немецкая овчарка откроет и зайца; тогда наступает для нее радость — полным галопом, предупреждая все хитрости косого, она настигает его» (А. Шмидт, там же).

И все эти качества были собраны в одной собаке! Просто триумф народной селекции. Да, еще одна немаловажная деталь: очень даже сомнительно, чтобы пастухи и крестьяне, при всем их понимании природного поведения животных, были хорошими дрессировщиками и натасчиками. То есть, хочу сказать: мало того, что овчарки несли в крови способности к разнообразной работе, они их самостоятельно и активно проявляли, сообразуясь с условиями своего существования. И потому включались в работу легко и естественно, как только им предоставлялась какая-то сфера приложения их сил и энергии, при самом минимальном обучении.

Заботили ли крестьян экстерьерные данные их собак? Нисколько. Какое-то значение, безусловно, придавалось приметам, выдающим сходство щенков с особенно хорошими в работе их предками. На этом основании уничтожали в первую очередь щенков, таких примет не имеющих. Так поступают везде, где используют местных собак для работы: охотникам и пастухам желательно выращивать только собак, с наибольшей вероятностью обладающих подходящими врожденными задатками. Наличие примет служит определенной гарантией унаследования потомством вместе с ними и вполне определенных пользовательских качеств. С течением времени, от поколения к поколению приобретая все большую выраженность и увеличиваясь в своем количестве, приметы становятся отличительными признаками данной популяции, породы собак и при переходе к культурному разведению ложатся в основу стандарта. Но до этого наличие примет или каких-то иных специфических внешних признаков не является самоцелью разведения, и собственно экстерьерные качества собак никого не волнуют. Лишь бы собака была хорошим работником!

Жесткий отбор по рабочим качествам ценен тем, что с его помощью в конечном итоге отбирают собак хороших во всех отношениях, по всем параметрам. То есть, при пользовательном отборе спонтанно ведется селекция и по главным экстерьерным формам. Собака с пороками сложения, равно как с недостатками здоровья, психики, ума, оказывается неспособной выполнять тяжелую работу, что для нее равнозначно смертному приговору. А потомство лучших, подвергаясь все более усиленной эксплуатации, из поколения в поколение совершенствуется в своих качествах. «Так тяжкий млат, дробя стекло, кует булат».

К концу XIX века поголовье немецких овчарок представляло собой несколько разновидностей собак, близких по анатомическим особенностям сложения, практически одинаковых по пользовательским характеристикам и отличавшихся друг от друга длиной и структурой шерсти, окрасами, формой ушей и другими не слишком существенными для работы признаками.

Главной зоотехнической задачей А. Мейера и М. ф. Штефаница было придать всем немецким овчаркам тот вид, те экстерьерные и конституциональные формы, которые в наивысшей степени способствовали бы проявлению лучших рабочих качеств. И при этом нельзя было ничего потерять в выдающихся природных способностях этих собак. Трудную задачу они решили блестяще. За образец был взят волкообразный серый кобель с крепкой психикой и буйным темпераментом, ставший основателем первой заводской линии немецких овчарок. Его же описание легло в основу стандарта.

С закреплением в поголовье выбранных стандартом статей сложения, немецкая овчарка окончательно отложилась от родственных ей пород, таких как ховаварт, шаф-пудель и прочих. Вскоре порода обрела широкое признание и быстро распространилась во многих странах как наиболее подходящая для военной и полицейской службы.

Любителям собак в те поры импонировало не внешнее, но внутреннее богатство немецкой овчарки, сущность которой можно было «охарактеризовать всего лишь двумя словами: простота и прилежание. Простота в наружности и прилежание как основное ее качество». Они прекраснодушно надеялись, что «ее простой, не декоративный вид охранит ее от того, чтобы она сделалась скоропреходящей модной игрушкой — участь многих модных красивых пород, прилежание же обеспечит ей с каждым днем все возрастающий круг поклонников и любителей». (А. Шмидт. Там же).

Прилежание на самом деле обеспечило немецкой овчарке бешеную популярность. Но тогдашние любители породы определенно недооценили разрушительную силу моды и дышащего в затылок последней коммерческого разведения.

Первые «выкрутасы» моды немецкая овчарка претерпела еще при жизни Штефаница. В начале века породе для успешного ее применения в служебных целях недоставало роста и силы. Естественно, на выставках определенное предпочтение оказывалось более крупным и массивным особям. И вот, слишком увлекшись впечатляющими габаритами, те германские любители, что разводили эту породу из соображений конъюнктурных, без оглядки на ее работопригодность, выгнали рост выставочных лидеров, а затем и большей части всего поголовья далеко за пределы разумного. Один из ведущих советских кинологов тех лет В.Л.Вайсман писал об этом так: «В настоящее время немцы культивируют крупных овчарок, доходящих до 70 и более сантиметров. Подобные собаки тяжелы и не выносливы, что отражается на быстроте и успешности работы, в особенности при сильной жаре» («Стандарты служебных собак», Москва, 1930). Мариан Шиманкевич, известный польский овчарист, в 1966 году считал, что эта ситуация «сложилась в результате тесного кровного разведения и симпатии к крупным собакам. Около 1925 года порода в целом стала высокой, квадратной и неуклюжей, ей не хватало легкости и плавности движений, как то было принято за идеал Штефаницем» («Из истории немецкой овчарки, журнал «Пес», ПНР). Решительными действиями Штефаниц вернул породу к первоначальному стандарту, но… Разведением занимаются люди, а людям свойственны слабости, одна из которых — подверженность увлечениям, моде. К тому же мода определяет спрос.

В конце тридцатых годов на выставках стали уделять особое внимание пластичным и низким, «стильным» движениям. Незамедлительно последовали модные извращения, о которых читаем у Шиманкевича далее: «Характерным моментом современной нам истории овчарок являются попытки влияния моды на формирование типа овчарки, при одновременных стараниях теоретиков разведения породы, направленных на недопущение утраты рабочих качеств. Например, в предвоенные годы появляются собаки слишком массивные, с низкой грудной клеткой, передвигающиеся как кошки. Выглядели они эффектно, но руководители разведения вовремя поняли опасность, кроющуюся в этом отклонении. Развернутый лозунг «возвращения к образцовой собаке» ликвидировал тенденции моды, подчеркивая факт, что слишком массивные собаки не способны к легкому бегу, утратили скорость и поворотливость».

Хотя тип приземистых и слишком тяжелых собак превалировал в разведении еще довольно долго, вызывая подобные нарекания, это были все же овчарки, к оценке которых можно было подходить с такими, например, требованиями: «На выставке у нас нет возможности достаточно хорошо оценить выносливость овчарки. Но все-таки можем видеть, что некоторые собаки за два часа движения рысью на солнце устают, а это у немецкой овчарки плохой признак…Легкая и свободная рысь…требуется не только пастушьим собакам, но и каждой служебной собаке. Собака, которая не выдерживает легкого бега в течение всего дня, а после не в состоянии быстро задержать убегающего фигуранта, не может быть действительно служебной собакой. Есть много собак, которые после нескольких часов рыси так устают, что не проявляют никакого интереса к дальнейшей работе. Конечно, это нельзя проверить на выставке и потому мы должны быть очень требовательны, чтобы собаки выдерживали такое короткое двухчасовое движение и после были свежими в выставочном ринге» (Карел Вшолек, «Немецкая овчарка», 1954, ЧССР). Эх, сейчас бы мне ваши заботы, пан Вшолек!

Думаю, уважаемые читатели уже догадываются, что атаки моды на немецкую овчарку этим не прекратились? Да-да, увы, каждый очередной виток развития породы сопровождался очередным «взбрыком» эстетствующих разведенцев. Что, например, считалось красивым и «модным» на рубеже 60-70-х годов, по какому поводу тогда били тревогу истинные ценители породы? Модной оказалась «гармонично спадающая линия верха» от ушей до кончика хвоста, которую неуемные поборники красивости старались привести к прямой, нисходящей под углом чуть ли не в 40° к горизонтали. И вот что из этого вышло: «Ведущий племенные книги Кремхельмер подчеркивает: «Нужно обратить внимание на то, чтобы не отвлекаться от нормально сложенного рабочего типа, в котором нет ничего ни «много», ни «мало». Сейчас у нас есть целый ряд собак, которые из-за своих коротких задних ног имеют спину, сильно опущенную вниз, и производят впечатление, будто обладают высокой длинной холкой, даже если это не так. Когда же к этому прибавляются короткая спина и сильно склоненные бедра, получается гиеновидная сильно скошенная назад бегущая машина, для глаз, возможно, красивая, но не работоспособная…» Такой опытный разведенец и знаток экстерьера как Ханн предупреждает: «Многие собаководцы — фанатики красоты — перешли границы, допустимые для рабочего телосложения. Так возникли «гиеновидные» типы, которые наблюдаются в некоторых линиях, но племенному стандарту не соответствуют. Эта рабочая порода не должна пасть жертвой модных настроений или странных заграничных увлечений» (Юрий Унгерман «Современные тенденции в разведении немецких овчарок в ФРГ и ГДР», журнал «Пес», ЧССР, 1978). А еще увлекались сильными до острых углами задних конечностей, чепрачным окрасом, длинными, лежащими на земле хвостами, опять-таки чрезмерным ростом и «гармоничной линией верха», но теперь уже с «плавным течением»…

Англичане вроде бы стабилизировали свои эстетические требования к немецкой овчарке на чем-то между «гиенами» и «остроуглыми», что дает теперь немцам пищу для ехидства: «Разводимые в Англии немецкие овчарки так резко убывают в крупе и имеют настолько «заугленные» задние конечности, что эти собаки наступают как зайцы — всей плюсной. Просто английские заводчики увидели как-то, что в Германии придают большое значение сильным углам задних конечностей и спадающей вниз линии спины и мигом все это преувеличили. То, что немцами при этом обращалось внимание на рысачий корпус овчарки, было ими, очевидно, упущено» (Р. Северин, ФРГ «Различие в английском и немецком подходах в разведении бультерьеров», журнал «Ваше хобби», Белоруссия, №4, 1993).

— Как бы там ни было, — может сказать иной читатель, — но ведь всякий раз германское, а вслед за ним, наверное, и наше разведение возвращаются на круги своя «к работопригодной овчарке». Болезни роста неизбежны, и стоит ли шум поднимать, если они все равно преодолеваются?

Не так-то все просто с «преодолением» и «возвращением». «Проблема становится очень серьезной, когда мода, эта глупейшая из глупейших особ женского пола, начинает диктовать бедной собаке, какой должна быть ее внешность; и из всех вошедших в моду пород не найдется ни единой, чьи первоначально прекрасные психические способности не были бы в результате погублены. Только там, где эту породу продолжали культивировать ради дела, без реверансов в сторону моды, она сохраняла свои первозданные достоинства…Когда практическая польза перестает быть целью при «модернизации» какой-нибудь породы, ее можно считать обреченной». Эти известные слова Конрада Лоренца («Человек находит друга», Москва, «Мир», 1971), чей авторитет лауреата Нобелевской премии, думаю, достаточно весом.

Зло заключается в том, что носитель модной экстравагантной «оболочки» используется в разведении без особой оглядки на то, обладает ли он всем необходимым набором хороших рабочих качеств и не несет ли он «гандикап» нежелательных наследственных свойств. Более того, ради его модных (но ценных ли на самом деле?) преимуществ, разведенцы частенько готовы даже закрыть глаза на присущие ему явные недостатки. Немного нужно времени, чтобы значительная часть поголовья оказалась породненной на такую «звезду». Несколько подобных «реверансов» и из генофонда вытесняется действительно ценная, порою определяющая суть породы наследственнось. А инбридирование ускоряет этот процесс в десятки раз. В первую очередь несчастные потомки выставочных чемпионов утрачивают ум, хороший характер, здоровье и все прочее, что на выставке оценить толком никак нельзя. Увы, при укоренившейся в системе собаководства шкале ценностей, «даже щепетильно честные владельцы питомников, которые скорее умрут, чем используют собаку, не отвечающую всем необходимым требованиям, считают вполне этичным получать потомство от физически красивых, но умственно отсталых собак, а затем и продавать эти щенят» (К. Лоренц). И вслед за Лоренцом, я «придерживаюсь весьма низкого мнения о современных принципах разведения собак, принципах, которые слишком большое значение придают «красоте» собак, пренебрегая их умственными способностями…»

Кстати, насчет «физической красоты» овчарок. Приведенных выше примеров, наверное, вполне достаточно, чтобы понять: если идеал красоты не определяется функциональным совершенством, если экстерьерный или конституциональный признак, стать, тип, размер, пропорция не могут быть оправданы серьезной рабочей проверкой или не отвечают требованиям жизнестойкости, то это уже не красота, а красивость, декоративность, вкусовщина, только вредящая рабочему назначению породы. И нет никакой принципиальной разницы между красивыми «гигантами» 20-х гг. и тоже красивыми «кошками» 40-х, «гиенами» 60-70-х и современной диванно-выставочной «овальной» элитой — это все отражения вкусов своего времени, далеко отстоящие от истинной красоты немецкой овчарки.

Думаю, стоит сказать и другое. Основой оценки красоты служит чувство природной гармонии, той гармонии, флюиды которой ощущают, пожалуй, все, но видят ее немногие. Красивость, ввиду ее доступности, так часто и побеждает. Она почти обречена на победу, поскольку ее легко объяснить и привить ее понятия другим, большинству. Гармония же с трудом поддается объяснению, а научить чувствовать, видеть ее вовсе нельзя. Чувство гармонии как чувство юмора: либо оно есть, либо нет. Оно сродни таланту художника и встречается немногим чаще. Не обижайтесь, дамы и господа эксперты, но у меня есть серьезные подозрения, что многие и многие из вас, в том числе среди судящих выставки немецких овчарок, таким даром обделены. Потому я за экспертизу и отбор овчарок по функциональным показателям. Может это и не самая короткая дорога к настоящей красоте породы, но зато самая верная. Конечно, если судить строго и честно.

К счастью, однако, отнюдь не все поголовье овчарок в той же Германии захлестывали модные поветрия. Всегда оставались преданные идеалам породы люди, заводчики, дрессировщики и судьи, пренебрегавшие стряпаньем выставочных победителей, но серьезно и ответственно придерживавшиеся в своей деятельности заветов Штефаница. Их и сейчас немало. И разводят они собак настоящих, здоровых телом и душой, с крепкими нервами, способных к любой работе. Именно этих собак имел в виду Лоренц, рекомендуя покупающим щенка: «Немецкую овчарку всегда следует брать от родителей, принадлежащих к служебной линии, и в этом случае удостоверение ее происхождения от чемпионов имеет вполне реальную практическую ценность». Лоренц указывал на тенденцию к разделению рабочих и выставочных немецких овчарок. И это разделение произошло.

Нельзя сказать, что не предпринималось попыток избежать раскола в разведении породы, но уж слишком глубокими оказались корни этого процесса. И даже усилия столь авторитетного человека как доктор Руммель (бывший президент SV) пропали втуне.

Организация разведения немецких овчарок в ФРГ такова, что зоотехнические мероприятия охватывают лишь небольшую часть полученного потомства. «К сожалению, такое положение дел существует в отношении практически каждого производителя, и пока оно не изменится к лучшему, нельзя делать ни одного абсолютного вывода о позитивных и негативных наследственных особенностях отдельных кобелей, либо определенных кровных линий. Этот пробел в знании негативных наследственных задатков ведет к тому, что плохие суки выявляются слишком поздно, когда они уже причиняют ущерб разведению.

Вероятно, существуют и соображения коммерции, которые приводят к тому, что в ФРГ оценивается лишь то наилучшее, что дал производитель, между тем как большая часть его потомков, и как раз худшая, остается недооцененной. Понятно, что в конкуренции между гигантскими питомниками каждый крупный заводчик стремится к тому, чтобы обнаруженные недостатки не были разглашены и остались неопубликованными, не бросив тень на репутацию его питомника» (Ю. Унгерман). И, разумеется, чем моднее производитель, чем выше его успехи на выставках, тем желательнее для владельца скрыть плохую его наследственность.

Помимо прочего, это, а также узкая кровная база и, одновременно как причина и следствие последнего, злоупотребление инбридингом привели к деградации и неуклонному перерождению «выставочных» немецких овчарок из служебных собак в нынешних, в массе своей почти декоративных. А д-р Руммель предупреждал: «Родственное разведение, хотя оно является путем быстрого достижения, якобы, успеха, при узкой кровной базе может лишь вредить породе… Безусловно, сегодня для разведения очень трудно, учитывая положение с инбридингом, в течение короткого времени достигнуть расширения кровной базы. Нужно не выискивать партнеров лишь среди отборных собак, но обратить внимание и на многих рабочих животных. Но как отвадить заводчиков от вязок их сук исключительно с отличными собаками из-за одинаковых предков, когда выявлены лучшие и определена элита общегосударственной выставки? Современное положение дел таково, что первые десять кобелей дают более 1/3 годового прироста поголовья в ФРГ» (по Ю. Унгерман).

Д-р Руммель надеялся преодолеть тенденцию к расколу поголовья. «Если в прошедшие годы на разведение влиял отбор по экстерьеру, то это был весьма однобокий подход к делу, не отвечающий требованиям племенного и пользовательского разведения. Спаривания производились больше по результатам выставок, а не с учетом биологических предпосылок и требований к рабочим качествам. Оценка на выставке не должна быть единственным критерием при обосновании племенного отбора. Те разведенцы, которые ориентируются лишь на экстерьер, скоро потеряли бы авторитет со своими красавцами, т. к. мы заботимся о том, чтобы наши немецкие овчарки удерживали бы мировой уровень и в отношении дрессировки. Эти разведенцы не хотят также, чтобы наши ценнейшие рабочие линии были введены в разведение, как они того заслуживают. Поэтому на наших общегосударственных выставках немецких овчарок будет и в дальнейшем проверяться поведение племенных животных. Только так мы сможем определить и исключить из разведения носителей слабой нервной системы, несмотря на их высокие оценки» (по Ю. Унгерман). Но в силу многих объективных причин эти надежды не оправдались.

Совпадение ряда обстоятельств привело к тому, что сейчас можно уверенно констатировать: уже существуют не просто «выставочные «и «рабочие» линии, а по сути две разные породы немецких овчарок. Причем разделение это, скорее всего, необратимо, хотя они носят одно название, разводятся по одному стандарту и регистрируются одним «ферайном» в одной племенной книге. «Де-факто» это случилось в начале 80-х и закрепилось к началу 90-х гг., т. е. с появлением и формированием «суперлиний», идущих через плеяду известнейших чемпионов Канто и Кванто Винерау, Канто Арминиус и прочих, кличками которых забиты родословные всех «звезд» экстерьерных рингов последних лет.

Одно из упомянутых «обстоятельств» может показаться странным, но все-таки: не последнюю роль в появлении породы «выставочных НО» сыграли… дрессировщики и нормативы дрессировки. Дело вот в чем. Немецких овчарок, применяемых для службы, традиционно дрессировали и дрессируют, используя жесткую методику «немецкой школы», дающую прекрасные результаты на собаках с сильной, выносливой нервной системой. Практика использования НО в условиях тяжелой работы однозначно показывает: собака, не прошедшая «жесткого» обучения, по-настоящему надежной не бывает. Разумеется, не все овчарки способны выдержать такую дрессировку по полной программе. Мы ведь имеем дело с живыми существами, обладающими сложной и тонкой психикой, среди которых небольшой процент нежелательных отклонений от нормы — явление вполне обычное и неизбежное. В полицейском или армейском питомнике незачем и задаваться целью выдрессировать всех попадающих туда собак, если есть из кого выбирать. Так или иначе, лучшая по задаткам характера собака будет подготовлена к службе быстрее, без лишних затрат времени и сил, и покажет в среднем более высокие и стабильные результаты, чем собака худшая изначально. Слабонервных особей проще выбраковать и не использовать ни в работе, ни разведении. Так и поступали, пока все разведение носило в целом «рабочий» уклон и брак встречался лишь время от времени, а не в массовом порядке.

Но с тех пор, как порода «вошла в фавор» у любителей собаководства, большая часть овчарок оказалась оторванной от практического служебного применения. Чтобы из-за этого в массовом разведении не потерять рабочих качеств, были придуманы специальные нормативы дрессировки, призванные играть роль своеобразных тестов. Собака, выдержавшая испытания по нормативной программе, включающей в себя проверку следовых, защитных и общекомандных навыков, как бы подтверждала свою пригодность для служебного использования (и в этой части — для разведения) по способности к обучению, силе, уравновешенности и подвижности нервных процессов. Дрессируя собак на выполнение этих спортивных нормативов, первоначально использовали ту же «жесткую» методику обучения, что и для служебных собак. Но любитель, очарованный перипетиями выставочной борьбы, титулами чемпионов и блеском медалей за экстерьер, редко когда имеет неискаженное представление о том, каким характером должна обладать настоящая служебная собака, если ему вообще до этого есть дело. Такой любитель озабочен единственно важной проблемой: как бы натаскать свою, пусть весьма не блестящую по характеру собаку, чтобы она получила этот треклятый диплом по дрессировке, без которого ее не допустят в разведение. Особенно если собака красивая, да еще, глядишь, претендующая на высокие места в рингах… Диплом нужен любой ценой! Ну уж коли испытаний не избежать, надо как-то так подготовить к ним собаку, чтобы «не сорвать ей психику». Спрос рождает предложение, и дрессировщики в этом случае предлагают использовать игровые приемы дрессировки. Правда, собака, обученная на игре (пусть она и способна выполнить весь полагающийся комплекс упражнений в стандартных условиях), оказавшись в непривычной обстановке, в любой момент может отказаться от работы. Выполняя навыки «защиты», такая собака не испытывает сильных эмоций — злобы, ярости. Она имитирует нападение, единственным объектом ее атаки является защитный рукав. Не человек — враг, облаченный в снаряжение, а рукав — апортировочный предмет, надетый человеку на руку! Никакой злобы и смелости тут уже, естественно, не требуется, был бы хоть какой-нибудь темперамент, да желание играть. Более того, агрессивность здесь очень мешает. Агрессивную собаку научить играть непросто, нужно прежде погасить агрессивность и приучить собаку к тому, что фигурант, изображающий побег или нападение, вовсе не противник, а партнер по игре. Да, от игровой агрессивности до настоящей — «дистанция огромного размера», поэтому натасканная на игре овчарка в случае реальной опасности не сможет достойно защитить не только хозяина, но и самое себя. Но ведь это от нее и не требуется. Собака должна всего лишь отработать норматив, и больше ничего. А это она запросто! И даже с определенным преимуществом перед «честно» работающими собаками. Например, при выполнении защитных упражнений овчарке нужно по первой команде быстро отпустить и стеречь фигуранта. Но возбуждение в ярости и возбуждение в игре — величины разных порядков. Собака, работающая яростно, работает энергозатратно: у нее соответственно должны быть и большая сила торможения, и высокая скорость вспыхивания и затухания, и быстрый переход от возбуждения к торможению, и общая уравновешенность нервных процессов. Большие затраты нервной энергии у азартных, по-настоящему боевых собак чреваты срывами, огрехами в работе. Конечно же, уравновешивание игрового возбуждения требует гораздо меньших сил, собака «работает» без напряжения, не утомляется и не срывается, т. е. не теряет баллов на испытаниях. Раз нормативы условные и противник условный, почему же не быть и работе условной, злобе условной, характеру условному — для полного равновесия! А если учесть, что дрессировщики, использующие игровую методику (что еще называют «итальянской школой дрессировки»), по их общему признанию, предпочитают брать в обучение собак беззлобных, доверчивых, игривых и даже чуть трусоватых, стало быть, по типологическим признакам малопригодных для служебного использования, то… Чего ждать, если средство подменило собою цель? В результате в разведение непрерывной чередою вливаются собаки, выполнившие нормативы, но лишь в малой степени пригодные, а то и вовсе негожие для практической работы.

Понятно, чем больше в Германии занимались «выставочным» разведением, тем больше появлялось собак с недостатками поведения и тем больше был заработок у профессиональных дрессировщиков «итальянской» игровой школы. Ну а появление «суперлиний» стало для них вообще открытием Эльдорадо. Игровая дрессировка как цунами захлестнула не только Германию, но и всю Европу, почти утратившую потребность в охранных, защитных собаках. Процесс вполне закономерный, ведь результативность этого метода обучения — по количеству дипломов — очень высокая, а требования к владельцам «суперовчарок», напротив, низкие — от них не требуется твердости в обращении с «мягкими» собаками. В общем, все довольны. И дрессировщики особенно: хотя их работа в значительной степени утратила элемент творчества и превратилась просто в ремесло, но высокий профессионализм и при игровой дрессировке необходим. Зато профессия, ранее бывшая связанной с риском, теперь стала совершенно безопасной. И судьи довольны: прежде, когда овчарки были строгими, лишь хорошо обученная собака, контролируемая хозяином, могла позволить постороннему человеку — судье — осмотреть прикус, ощупать мышцы и прочее, не проявив к нему агрессивности. Другое дело сейчас: можно смело гладить, щупать, шлепать почти любую — чего бояться укуса, коли и мыслей о таком у собаки от рождения нет и не было. А диплом по дрессировке есть, значит собака — рабочая. Знакомая картина, когда на российской выставке «забугорный» эксперт треплет собачью шею, нахваливая ее, собаки, хорошее поведение? А бедняжка как овечка перед закланием, в глазах одна мысль — и чего этот тип пристал? Сбежать бы, да ведь хозяин не отпустит. Придется терпеть!

Так вот, судьи и далекие от совершенства правила экспертизы «а ля ФЦИ» — это второе обстоятельство. Но его нельзя рассматривать в отрыве от самого мощного, третьего — социального заказа и обусловленного последним тотального наступления коммерциализации на разведение породы. Но есть еще и четвертое, и пятое… Как уже говорилось выше, все приводимые «обстоятельства» совпали на этот раз во времени, развились параллельно, и теперь трудно судить о причинно-следственных связях между ними, ибо действовали они в комплексе и постоянно влияли друг на друга. Поэтому я просто перечислю некоторые причины, приведшие НО к такому интересному финалу.

На формирование современных взглядов судей-экспертов НО значительное влияние оказали два фактора. Во-первых, правила и укоренившаяся ныне методика экспертизы вывели выставку из разряда зоотехнических мероприятий на уровень шоу-представления. Во-вторых, наукообразное обоснование современных идеалов экстерьера — примитивная механистическая модель якобы совершенной немецкой овчарки, не подвергнутая громкой заслуженной критике и потому обманывающая многих и многих собаководов, слабо знакомых с биомеханикой. Вообще-то, чтобы усомниться в правильности данных чисто умозрительных посылок, не нужно и вдаваться в тонкости: достаточно понять, что теоретическая модель, основанная лишь на пропорциях скелета, не может быть подлинным отражением физических способностей животного, состоящего помимо костей из мышц, внутренностей и прочего. Любая попытка более широкого или углубленного анализа этой модели, не говоря уже о практической проверке функциональных качеств собаки, соответствующих ее критериям, неминуемо приводит к быстрому развенчанию выдумок о каких-либо преимуществах нынешних красивых овчарок. Почему же никто из знатоков породы, ратующих за рабочие качества НО, не опроверг притянутых за уши «доказательств» целесообразности типа телосложения современных выставочных лидеров? Скорее всего, только лишь потому, что никто не нуждается в этом опровержении. История, как мы убедились, свидетельствует: выставочное направление разведения уже по определению не может быть откорректировано с позиций пользовательской пригодности хотя бы на сколь-нибудь значительный срок. Перекосы возникают обязательно и непременно уже потому, что целью выставочного разведения являются выставочные успехи. И эксперты, судящие выставки, сами суть порождение этой системы, в ней развились и ей принадлежат. Более того, каждое последующее поколение экспертов, обучаясь у своих предшественников, все более и более отдаляется от традиционного подхода к НО как к породе служебных собак. То есть, возникает новая преемственность уже других традиций, в которых рабочим качествам породы нет места. Итого, здесь логические доводы или какая-либо борьба за возвращение НО «на круги своя» не могут оказаться успешными или, по крайней мере, оправданными. Подчеркиваю, выставочное разведение сегодня — это, в общем, не следствие ошибок или заблуждения тех, кто им занимается, но есть процесс самодовлеющий, имеющий собственные глубинные причины и вполне самостоятельное значение.

Социальный заказ на современную выставочную немецкую овчарку сложился под влиянием многих факторов. Хотя порода сохраняет свою популярность у населения европейских стран и спрос на нее все еще высок, в защитных и других рабочих собаках ныне особой нужды у обывателя нет, оттого снизился уровень требований к тем психическим и физическим качествам, которые прежде определяли лицо породы. Под прессом возобладавших в западном обществе сентиментально-гуманистических взглядов, все шире укореняются в массовом сознании нелепости, подобные той, о которой в упоминавшейся выше статье писал I-й председатель бультерьер-клуба ФРГ Р. Северин: «Англичане вполне убедились в том, что собаки, которые в определенном месте «учатся кусаться», вслед за тем жадно глотают каждый день по ребенку, а в выходные — двух». Такого рода отношение со стороны общественности привело собаководческие организации уже многих стран к отказу от необходимости пусть уже ничего не подтверждающих, но все же хоть по названию «рабочих» дипломов для племенных НО.

Заниматься настоящей «жесткой» дрессировкой в некоторых странах нынче стало просто небезопасно. Если доморощенные гуманисты пока согласны не замечать происходящего на дрессировочных площадках, то попытка наказать хлыстом строптивую собаку где-нибудь на улице, прилюдно, на глазах новоявленных «зеленых» может обернуться значительным облегчением кошелька, а то и более суровым судебным приговором. Но как иначе приучить собаку к тому, что безупречное повиновение хозяину обязательно не только в определенном месте, на дрессировочном полигоне, а везде и всюду? Это никого не волнует. Общественность готова слезно умиляться верности и доблести немецкой овчарки, но не желает знать, а тем более видеть чем все это достигается. Она изволит пребывать в розовых грезах и не терпит нарушений своего покоя, на что имеет право по закону. Закон же воспрещает жестокое обращение с животными. Причем «жестокое» в понимании обывателя, некомпетентного в этологии, а, стало быть, не осознающего обусловленной законом природы необходимости подобных воспитательных мер. Но зато заранее имеющего свое по сему поводу мнение, которое он считает должным, ничтоже сумняшеся, с ходу огласить и упорно отстаивать против любых убедительных доводов здравого смысла или даже научных фактов. Что поделаешь, имеет право! В приватной беседе после выставки «кубок России — 93» эксперт SV Карел Строугал, известный также как владелец питомника «з Генту», на мои вопросы о судьбе рабочих овчарок Чехии назвал в числе главных следующие причины их исчезновения: повальную моду на «выставочных» собак, почти поголовную скупку чешских НО «рабочих» кровей бундесвером и полицией ФРГ и… движение «зеленых»!

Кстати, на вопрос о представленных на «Кубке» собаках, прозвучавший примерно так: «Но разве это — овчарки? Они же развалятся, заставь их хоть полчаса побегать на хорошей скорости, не правда ли?», — он ответил: «Десять, ну еще пять лет назад у нас в рингах овчарки бегали по четыре часа. А сегодня требования другие, изменились вместе с модой. Сейчас этого не нужно». Увы, не нужно. Вот и Эрих Оршлер, также эксперт SV, владелец знаменитого питомника «ф.Бату» это невольно подтверждает. В статье Т. Ивановой «Специализированная выставка немецких овчарок» (журнал «Вопросы кинологии», №1-2, 1993) читаем: «Господин Оршлер отметил, что у многих собак были хорошие движения. Рассказал о своем опыте подготовки собак к выставке. Нужно много (по 50-60 минут ежедневно /Здесь и далее выделено мною. — А.В./ ходить в гору… При движении под гору большую нагрузку получают передние конечности и прогибается спина, поэтому во время тренировок с горы собаку желательно спускать на машине. После таких тренировок в течение 2-3 недель можно вводить бег на 1,5-2 км… Круглогодично дважды в неделю собаку тренируют в ринге. Для физического развития очень полезно плавание… Чтобы собака плыла с хорошей скоростью, можно посылать ее за палкой 5-6 раз и более, пока у нее сохраняется интерес. Для тренировок Эрих Оршлер не рекомендовал велосипед, так как, по его мнению, при этом дрессировщик не чувствует нагрузку на собаку…» Даже не смешно. Это что за, извините, одров нужно разводить, чтобы считать такие нагрузки для них достаточными? Человеку, горожанину с брюшком, отнюдь не спортсмену, протрусить 1.5-2 км на утренней зарядке это, может быть, и достижение, но считать столь ничтожную пробежку тренировкой для выставочного «крэка» — увольте, майн хэрр, не хочется верить! И, однако ж, приходится смириться с этой печальной правдой. Посмотрите видеофильмы о всемирных выставках, посмотрите непредвзято, без шизоидных ахов по поводу «совершенства форм» и прочего, господа «немчатники». И увидите: даже на той «скорости», точнее «тихоходности» рыси, на которой там демонстрируют овчарок с оценками VA, лишь единицы из них бегут с более или менее прочным в движении верхом. Тот же Фанто ф.Хиршель, бывший «победитель Зигершау», особенно запомнился ходуном ходящей спиной. А другие что, много лучше? И где же им выдержать нормальную рабочую нагрузку, нормальную проверку движения? Ах да, можно возразить, вспомнив, что все собаки, прошедшие «керунг», предварительно выдерживают «аусдауэрпрюфунг», то бишь «испытание выносливости». Но так ли уж это трудно, господа? При температуре воздуха не выше 22оС немецкая овчарка должна пробежать рядом с велосипедом 20 км в темпе 12-15 км/час. После первых 8 км делают остановку на 15 минут, после следующих 7 км — еще на 20 минут. Итого, двадцать километров преодолеваются за два часа с гаком, т. е. со средней скоростью менее 10 км/час. Воистину бешеные скорости сумасшедшего века! По завершении пробега, после еще одного 15-минутного перерыва, выполняют простые навыки послушания. Смотрят, не устала ли собачка.

Всегда считалось, что нормальный темп бега немецкой овчарки, ее «крейсерская скорость», которую она может держать хоть целый день, составляет километр за три минуты, стало быть, 20 км/час. И вроде бы прежде тест на выносливость предусматривал только один 10-минутный перерыв в середине пути. Но видимо с тех пор, как собак с горы стали спускать на машинах, прежние правила испытаний начали казаться кому-то в «Ферайне» чересчур жесткими и непосильными для «конструктивно совершенных» НО. Ах, господа, господа! Если это теперь считается испытанием выносливости, если нынешние собаки на большее не годятся, то не слишком ли обременительно для них собственное существование, не трудно ли им, часом, дышать, пить, есть? Ведь способность к быстрому и выносливому бегу так же неотъемлема от сущности немецкой овчарки, как и все перечисленные отправления ее организма.

Впрочем, я несколько увлекся и вновь пытаюсь подходить к выставочным собакам с «рабочими» мерками. Но это, надеюсь, не более предосудительно, чем к рабочим собакам подходить с мерками «выставочными»?

В качестве еще одной иллюстрации к рассматриваемому вопросу о разделении породы приведу выдержки из неопубликованного интервью, данного 6 июля 1991 г. судьей SV и владельцем известного «выставочного» питомника «ф.д.Шварцен Цвингер» г.Гюнтером Каспером вашему покорному слуге, в те поры главному редактору журнала «Кинология-информ».

«Кинология-информ»: — Не видите ли Вы опасности для разведения немецкой овчарки в СССР в том, что у нас отсутствует «классическое», как, например, в Германии, разделение поголовья на «рабочее» и «выставочное» направления?

Гюнтер Каспер: — В Германии такое разделение действительно существует, но всегда лучше, если эти направления совпадают. К сожалению, люди, охотно занимающиеся дрессировкой, редко ходят на выставки, а имеющие собак высокого экстерьерного класса неохотно посещают дрессировочные площадки, опасаясь на тренировке, например, при преодолении препятствий, травмировать им суставы, и т. п.

«К. — и.»: — Не кажется ли Вам, что современное направление в разведении, ориентированное только на определенные экстерьерные качества, не совпадает со взглядами создателя этой породы фон Штефаница, требовавшего, прежде всего, высоких пользовательных качеств и хорошего поведения и считавшего, что экстерьерные качества не должны вступать с пользовательными в противоречие?

Г. К.: — Во-первых, фон Штефаниц умер полвека назад, и с тех пор требования к поведению овчарки не могли не измениться. Во-вторых, злобные собаки представляют опасность для людей, поэтому всегда желательно спокойное, добронравное поведение собаки. Не случайно проверка поведения начинается с того, что эксперт гладит собаку. Требования обязательного наличия диплома по защитной службе остались только у нас, на родине породы, в странах Восточной Европы и еще кое-где. Поймите, что это у вас, в Советском Союзе, кому-то еще нравятся агрессивные собаки, а мы ведь строим Общеевропейский Дом, и для нас предпочтительнее в быту собака с добронравным поведением. Кроме того, не нужно забывать, что красивый корпус — это тоже улучшение пользовательных качеств.

«К. — и.»: — Но при исключении из разведения злобных («левосторонних» — по типизации, существовавшей в ГДР) собак, статистическая средняя вариационных отклонений поведения сместится к показателям «семь» и «восемь»…

Г. К.: — Я не считаю, что это плохие показатели. К тому же эта система оценки уже устарела.

(Позволю себе напомнить гг. читателям, что по типизационной градации Г. Хирша показателю «7» соответствовала собака добронравная, мягкого характера, чувствительная к воздействию, а показателю «8» — добронравная и маловозбудимая, инертная).

Таки любопытно, всегда ли лучше, если «выставочное» и «рабочее» направления совпадают? Пожалуй, нет. Ведь всякое возвращение «выставочного» поголовья в рабочую колею чревато распространением наследственности выставочных собак, в т. ч. и нежелательной, среди рабочего поголовья (скажем, в виде рецессивных генов). Причем практика показывает, что это правило, а не исключение. Отсюда следует, что каждый «обратный поворот» грозит ухудшением качеств этого самого рабочего поголовья. Любая кровная база, любой генофонд вследствие этого могут быть быстро подорваны, тогда попросту некем будет улучшать рабочие качества «выставочного» отродья в следующий раз. И совершенно оправданной, самой эффективной защитной мерой в данной ситуации будет по возможности строгая изоляция «рабочего» поголовья от всякого прилития «выставочной» крови. Что в конце концов и сделали любители рабочих немецких овчарок в Германии. Без этой весьма серьезной причины список обстоятельств, способствовавших расколу породы, оказался бы неполным.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

bio.wikireading.ru

Немецкая овчарка в Германии. История борьбы с модой

Поиск Лекций

Александр Власенко

Кое-что о немецких овчарках их дрессировке, о предвидении Лоренца и многом другом

 

А. Власенко

Кое-что о немецких овчарках их дрессировке,

О предвидении Лоренца и многом другом

 

Введение

 

Лгуны и фанатики могут возражать сколько угодно, но упрямый факт остается фактом: немецкая овчарка в России стремительно теряет остатки, а лучше сказать — останки былого авторитета рабочей породы. Популярность ее с великим трудом поддерживается на плаву лишь «преданиями старины глубокой» и той беззастенчивой наглостью, с какой записные дельцы от собаководства всучивают неопытным людям всевозможных «внуков чемпионов мира» под видом истинных немецких овчарок.

Ну скажите, на чем основаны представления рядового гражданина, если угодно обывателя, об этой породе? На киногероях Мухтаре, Джульбарсе, если кто помнит — на польском Цивиле, еще на «полицейской собаке К-9» и прочих им подобных. В сознании его, как правило, есть ясный стереотип: немецкая овчарка — очень умная, смелая, преданная собака, способная прямо-таки к невероятным трюкам и кунштюкам. И вот, лелея в груди благую мечту, а то и честолюбивые помыслы, человек покупает щенка самых-пресамых голубых «престижных» кровей. Старается соблюсти все, порою противоречивые рекомендации по его кормлению и воспитанию. И что в итоге вырастает из этого приобретения? В самом распространенном варианте: туповатое, трусоватое, продажное, ленивое и слабосильное существо, ничего, кроме проблем, своему хозяину не доставляющее. Разочарованный, тот готов махнуть рукой: дескать, я собаку держу для души. Можно подумать, что душа вроде выгребной ямы — предназначена для всякого рода отбросов, и человеку безразлично, с какой по характеру и уму собакой он каждый день общается.

Но на первой же выставке владелец вдруг узнает, что его овчарка далеко не самая худшая среди себе подобных. И ему, как спасательный круг, бросают мысль: если он займется со своей собакой дрессурою, то все его недовольства вскоре развеются, как дым. Доверчивый, он вновь окрылен надеждой на исправление отнюдь не благородных внутренних свойств сего домашнего животного, с готовностью принимает все пороки его характера — как ему объясняют — за следствие своих ошибок в процессе воспитания. Разве можно в такой ситуации считаться с затратами на дрессировку? Он и не считается.

Рано ли, поздно, худо ли, бедно, а вот уже собака обучена выполнять команды послушания и ее начинают дрессировать приемам защиты. И можно почесть за счастье, если тут не рухнут последние бастионы воздушных замков. Ведь девять из десяти этих овчарок, обученных «работе» по фигуранту, облаченному в защитное снаряжение, вообще не в состоянии хоть как-то защитить своего хозяина в случае реальной для него опасности. А из тех, что оказываются все же способными на это, такой же процент близко не стоит по своим защитным (да и многим прочим!) качествам к настоящим служебным собакам, тем, что олицетворяют собой идеал породы (скажем, к тем же карацупинским индусам). Но если хозяину не с кем сравнить свою собаку, нет перед глазами достойного примера, то он вполне может поверить, будто все овчарки таковы, как его собственная, и тогда сочтет все, что ему известно из кино и книжек про действительно рабочих собак, баснями для детей младшего школьного возраста. Жаль, если поверит.

Коли не окажется собака «отличной» по экстерьеру и минует ее хозяина выставочный угар, то до конца растают иллюзии и надежды, и вряд ли когда-нибудь опять человек этот заведет себе овчарку. Да и друзьям своим отсоветует. Вот вам, кстати, траектория падения популярности породы! Но еще хуже, если собака попадет в разряд «перспективных», станет использоваться в разведении, а хозяин с чистой совестью будет плодить ее потомков, считая их нормальными немецкими овчарками. И попадут они к десяткам людей, и все описанное выше повторится десятки раз.

Но может статься, инструктор-дрессировщик прямо объяснит удрученному собаковладельцу, что раз он покупал не абы какого щенка овчарки, а от выставочных родителей, стало быть, выставочную собаку, то надеяться на что-либо хорошее по части поведения тут особенно не приходится, что многие из заводчиков выставочных немецких овчарок держат для охраны себя (семьи, квартиры) и этих, «якобы овчарок», совсем иных собак. Тогда, может, дойдет до него, в чем он действительно просчитался.

А просчитался он вот в чем. Желая приобрести овчарку своей мечты, он купил щенка по сути другой породы.

За таким частным случаем видятся проблемы совершенно иного порядка. Здесь можно вести речь о порочности существующей системы культурного собаководства вообще, и даже не только об этом. Но ограничимся пока нашей темой — немецкой овчаркой и тем, что с ней происходит.

 

ЧАСТЬ I

Немецкая овчарка в Германии. История борьбы с модой

 

Немецкая овчарка как культурная, заводская порода существует менее ста лет. Но не следует ограничивать ее историю этими ста годами. Ничуть не умаляя выдающихся заслуг М.ф.Штефаница и А. Мейера, стандартизировавших эту породу в 1899 г. и, без преувеличения, открывших ее миру, справедливо будет сказать, что истинными создателями немецкой овчарки были безвестные пастухи и крестьяне Германии, на протяжении нескольких веков до того отбиравшие, а стало быть, и оставлявшие для разведения, только самых подходящих для работы собак. Селекция была беспощадной, ведь трудные условия жизни в средневековой деревне делали непозволительной роскошью содержание собаки-нахлебницы, не оправдывавшей затрат на ее кормление. Крестьянский практицизм, пусть он сегодня кажется жестоким, с одной стороны был вынужденной мерой, а с другой — только он и мог создать породу, заслужившую эпитет «жемчужины среди других пород».

Сельскому жителю нужна была предельно неприхотливая, жизнестойкая и выносливая собака — «на все руки дока». Вот как об этом писал Август Шмидт (да простят мне читатели обильное цитирование его статьи «Немецкая овчарка» из журнала «Кровное собаководство» №4 за 1926 г.): «Крестьянину она была крайне необходима как дворовая собака, пользовался он ею вовсю и был о ней далеко не высокого мнения. До последнего дня своей жизни несла она тяжелую работу, а крестьянин считал это как нечто «само собою понятное»; ее же благоразумие, самопожертвование, мужественное бесстрашие при защите собственности своего хозяина, ее непревзойденная чуткость — все это для крестьянина была «ничто», и над этим он даже не задумывался. Собаку, почему-либо его не удовлетворяющую, он просто убивал, порой не щадя даже своего старого друга, который за дряхлостью своей уже не был способен исполнять тех тяжелых работ, к которым привык хозяин и исполнение коих считал обязательным. Она была вещью, инструментом, производившим определенную работу. Несмотря на все это, крестьянин все же любил свою собаку, хвастал ее умом, пригодностью к работе, ее хваткой и прочим».

Доля овчарки и сегодня нелегка, а в те поры была куда как трудней. С весны до поздней осени, пася отару и перегоняя ее с одного маленького пастбища на другое среди засеянных угодий, овчарка «накручивала на свой спидометр» до двухсот километров — каждый день! (Насколько помнится, таковы данные английских исследователей. Для сравнения: волк может пробежать за сутки порядка 80 километров.) По ночам ей приходилось оберегать овечьи загоны от хищников. Конечно, немецкая овчарка ростом и силою много уступала волку, но если серого разбойника атаковали сразу две-три храбрые собаки, умевшие драться «одной хваткой», т. е. сразу вцепляться в горло и уже не отпускать противника, как и полагается делать хорошей овчарке, то волку лучше было загодя убраться подобру-поздорову, не искушая судьбу.

«Как неподкупный, бесхитростный, неутомимый и неумолимый сторож крестьянского двора славилась овчарка также. Ее пасти и хватки боялся каждый чужой человек, и не без основания, ибо немецкая овчарка относилась всегда недоверчиво и недружелюбно ко всякому чужому, в нем она видела недоброжелателя или врага своему хозяину, его двору и добру» (А. Шмидт, там же). Добавлю: ни о привязывании на цепь, ни о глухих заборах вокруг двора, как правило, в деревне и представления не имели. Овчарка сама должна была знать границы охраняемых ею владений и никого не трогать вне их. Как видно, крестьянин не стоял перед дилеммой: выбирать ли слишком добродушную или чрезмерно агрессивную собаку. Он выбирал умную.

«Славилась она также и среди охотников своим изумительным чутьем на барсука и кабана… Она так ловка, что никогда не допускала победы над собою кабана, от клыков которого погибало немало гончих…

В лунную октябрьскую ночь отправляется немецкая овчарка с пастухом-хозяином на охоту на барсука… Охотясь на барсука, овчарка отрезает ему путь отступления к норе, галопом мчится по его следу, и нет ему спасения — он погиб. Сплошь и рядом, бегая по пороше, немецкая овчарка откроет и зайца; тогда наступает для нее радость — полным галопом, предупреждая все хитрости косого, она настигает его» (А. Шмидт, там же).

И все эти качества были собраны в одной собаке! Просто триумф народной селекции. Да, еще одна немаловажная деталь: очень даже сомнительно, чтобы пастухи и крестьяне, при всем их понимании природного поведения животных, были хорошими дрессировщиками и натасчиками. То есть, хочу сказать: мало того, что овчарки несли в крови способности к разнообразной работе, они их самостоятельно и активно проявляли, сообразуясь с условиями своего существования. И потому включались в работу легко и естественно, как только им предоставлялась какая-то сфера приложения их сил и энергии, при самом минимальном обучении.

Заботили ли крестьян экстерьерные данные их собак? Нисколько. Какое-то значение, безусловно, придавалось приметам, выдающим сходство щенков с особенно хорошими в работе их предками. На этом основании уничтожали в первую очередь щенков, таких примет не имеющих. Так поступают везде, где используют местных собак для работы: охотникам и пастухам желательно выращивать только собак, с наибольшей вероятностью обладающих подходящими врожденными задатками. Наличие примет служит определенной гарантией унаследования потомством вместе с ними и вполне определенных пользовательских качеств. С течением времени, от поколения к поколению приобретая все большую выраженность и увеличиваясь в своем количестве, приметы становятся отличительными признаками данной популяции, породы собак и при переходе к культурному разведению ложатся в основу стандарта. Но до этого наличие примет или каких-то иных специфических внешних признаков не является самоцелью разведения, и собственно экстерьерные качества собак никого не волнуют. Лишь бы собака была хорошим работником!

Жесткий отбор по рабочим качествам ценен тем, что с его помощью в конечном итоге отбирают собак хороших во всех отношениях, по всем параметрам. То есть, при пользовательном отборе спонтанно ведется селекция и по главным экстерьерным формам. Собака с пороками сложения, равно как с недостатками здоровья, психики, ума, оказывается неспособной выполнять тяжелую работу, что для нее равнозначно смертному приговору. А потомство лучших, подвергаясь все более усиленной эксплуатации, из поколения в поколение совершенствуется в своих качествах. «Так тяжкий млат, дробя стекло, кует булат».

К концу XIX века поголовье немецких овчарок представляло собой несколько разновидностей собак, близких по анатомическим особенностям сложения, практически одинаковых по пользовательским характеристикам и отличавшихся друг от друга длиной и структурой шерсти, окрасами, формой ушей и другими не слишком существенными для работы признаками.

Главной зоотехнической задачей А. Мейера и М. ф. Штефаница было придать всем немецким овчаркам тот вид, те экстерьерные и конституциональные формы, которые в наивысшей степени способствовали бы проявлению лучших рабочих качеств. И при этом нельзя было ничего потерять в выдающихся природных способностях этих собак. Трудную задачу они решили блестяще. За образец был взят волкообразный серый кобель с крепкой психикой и буйным темпераментом, ставший основателем первой заводской линии немецких овчарок. Его же описание легло в основу стандарта.

С закреплением в поголовье выбранных стандартом статей сложения, немецкая овчарка окончательно отложилась от родственных ей пород, таких как ховаварт, шаф-пудель и прочих. Вскоре порода обрела широкое признание и быстро распространилась во многих странах как наиболее подходящая для военной и полицейской службы.

Любителям собак в те поры импонировало не внешнее, но внутреннее богатство немецкой овчарки, сущность которой можно было «охарактеризовать всего лишь двумя словами: простота и прилежание. Простота в наружности и прилежание как основное ее качество». Они прекраснодушно надеялись, что «ее простой, не декоративный вид охранит ее от того, чтобы она сделалась скоропреходящей модной игрушкой — участь многих модных красивых пород, прилежание же обеспечит ей с каждым днем все возрастающий круг поклонников и любителей». (А. Шмидт. Там же).

Прилежание на самом деле обеспечило немецкой овчарке бешеную популярность. Но тогдашние любители породы определенно недооценили разрушительную силу моды и дышащего в затылок последней коммерческого разведения.

Первые «выкрутасы» моды немецкая овчарка претерпела еще при жизни Штефаница. В начале века породе для успешного ее применения в служебных целях недоставало роста и силы. Естественно, на выставках определенное предпочтение оказывалось более крупным и массивным особям. И вот, слишком увлекшись впечатляющими габаритами, те германские любители, что разводили эту породу из соображений конъюнктурных, без оглядки на ее работопригодность, выгнали рост выставочных лидеров, а затем и большей части всего поголовья далеко за пределы разумного. Один из ведущих советских кинологов тех лет В.Л.Вайсман писал об этом так: «В настоящее время немцы культивируют крупных овчарок, доходящих до 70 и более сантиметров. Подобные собаки тяжелы и не выносливы, что отражается на быстроте и успешности работы, в особенности при сильной жаре» («Стандарты служебных собак», Москва, 1930). Мариан Шиманкевич, известный польский овчарист, в 1966 году считал, что эта ситуация «сложилась в результате тесного кровного разведения и симпатии к крупным собакам. Около 1925 года порода в целом стала высокой, квадратной и неуклюжей, ей не хватало легкости и плавности движений, как то было принято за идеал Штефаницем» («Из истории немецкой овчарки, журнал «Пес», ПНР). Решительными действиями Штефаниц вернул породу к первоначальному стандарту, но… Разведением занимаются люди, а людям свойственны слабости, одна из которых — подверженность увлечениям, моде. К тому же мода определяет спрос.

В конце тридцатых годов на выставках стали уделять особое внимание пластичным и низким, «стильным» движениям. Незамедлительно последовали модные извращения, о которых читаем у Шиманкевича далее: «Характерным моментом современной нам истории овчарок являются попытки влияния моды на формирование типа овчарки, при одновременных стараниях теоретиков разведения породы, направленных на недопущение утраты рабочих качеств. Например, в предвоенные годы появляются собаки слишком массивные, с низкой грудной клеткой, передвигающиеся как кошки. Выглядели они эффектно, но руководители разведения вовремя поняли опасность, кроющуюся в этом отклонении. Развернутый лозунг «возвращения к образцовой собаке» ликвидировал тенденции моды, подчеркивая факт, что слишком массивные собаки не способны к легкому бегу, утратили скорость и поворотливость».

Хотя тип приземистых и слишком тяжелых собак превалировал в разведении еще довольно долго, вызывая подобные нарекания, это были все же овчарки, к оценке которых можно было подходить с такими, например, требованиями: «На выставке у нас нет возможности достаточно хорошо оценить выносливость овчарки. Но все-таки можем видеть, что некоторые собаки за два часа движения рысью на солнце устают, а это у немецкой овчарки плохой признак…Легкая и свободная рысь…требуется не только пастушьим собакам, но и каждой служебной собаке. Собака, которая не выдерживает легкого бега в течение всего дня, а после не в состоянии быстро задержать убегающего фигуранта, не может быть действительно служебной собакой. Есть много собак, которые после нескольких часов рыси так устают, что не проявляют никакого интереса к дальнейшей работе. Конечно, это нельзя проверить на выставке и потому мы должны быть очень требовательны, чтобы собаки выдерживали такое короткое двухчасовое движение и после были свежими в выставочном ринге» (Карел Вшолек, «Немецкая овчарка», 1954, ЧССР). Эх, сейчас бы мне ваши заботы, пан Вшолек!

Думаю, уважаемые читатели уже догадываются, что атаки моды на немецкую овчарку этим не прекратились? Да-да, увы, каждый очередной виток развития породы сопровождался очередным «взбрыком» эстетствующих разведенцев. Что, например, считалось красивым и «модным» на рубеже 60-70-х годов, по какому поводу тогда били тревогу истинные ценители породы? Модной оказалась «гармонично спадающая линия верха» от ушей до кончика хвоста, которую неуемные поборники красивости старались привести к прямой, нисходящей под углом чуть ли не в 40° к горизонтали. И вот что из этого вышло: «Ведущий племенные книги Кремхельмер подчеркивает: «Нужно обратить внимание на то, чтобы не отвлекаться от нормально сложенного рабочего типа, в котором нет ничего ни «много», ни «мало». Сейчас у нас есть целый ряд собак, которые из-за своих коротких задних ног имеют спину, сильно опущенную вниз, и производят впечатление, будто обладают высокой длинной холкой, даже если это не так. Когда же к этому прибавляются короткая спина и сильно склоненные бедра, получается гиеновидная сильно скошенная назад бегущая машина, для глаз, возможно, красивая, но не работоспособная…» Такой опытный разведенец и знаток экстерьера как Ханн предупреждает: «Многие собаководцы — фанатики красоты — перешли границы, допустимые для рабочего телосложения. Так возникли «гиеновидные» типы, которые наблюдаются в некоторых линиях, но племенному стандарту не соответствуют. Эта рабочая порода не должна пасть жертвой модных настроений или странных заграничных увлечений» (Юрий Унгерман «Современные тенденции в разведении немецких овчарок в ФРГ и ГДР», журнал «Пес», ЧССР, 1978). А еще увлекались сильными до острых углами задних конечностей, чепрачным окрасом, длинными, лежащими на земле хвостами, опять-таки чрезмерным ростом и «гармоничной линией верха», но теперь уже с «плавным течением»…

Англичане вроде бы стабилизировали свои эстетические требования к немецкой овчарке на чем-то между «гиенами» и «остроуглыми», что дает теперь немцам пищу для ехидства: «Разводимые в Англии немецкие овчарки так резко убывают в крупе и имеют настолько «заугленные» задние конечности, что эти собаки наступают как зайцы — всей плюсной. Просто английские заводчики увидели как-то, что в Германии придают большое значение сильным углам задних конечностей и спадающей вниз линии спины и мигом все это преувеличили. То, что немцами при этом обращалось внимание на рысачий корпус овчарки, было ими, очевидно, упущено» (Р. Северин, ФРГ «Различие в английском и немецком подходах в разведении бультерьеров», журнал «Ваше хобби», Белоруссия, №4, 1993).

— Как бы там ни было, — может сказать иной читатель, — но ведь всякий раз германское, а вслед за ним, наверное, и наше разведение возвращаются на круги своя «к работопригодной овчарке». Болезни роста неизбежны, и стоит ли шум поднимать, если они все равно преодолеваются?

Не так-то все просто с «преодолением» и «возвращением». «Проблема становится очень серьезной, когда мода, эта глупейшая из глупейших особ женского пола, начинает диктовать бедной собаке, какой должна быть ее внешность; и из всех вошедших в моду пород не найдется ни единой, чьи первоначально прекрасные психические способности не были бы в результате погублены. Только там, где эту породу продолжали культивировать ради дела, без реверансов в сторону моды, она сохраняла свои первозданные достоинства…Когда практическая польза перестает быть целью при «модернизации» какой-нибудь породы, ее можно считать обреченной». Эти известные слова Конрада Лоренца («Человек находит друга», Москва, «Мир», 1971), чей авторитет лауреата Нобелевской премии, думаю, достаточно весом.

Зло заключается в том, что носитель модной экстравагантной «оболочки» используется в разведении без особой оглядки на то, обладает ли он всем необходимым набором хороших рабочих качеств и не несет ли он «гандикап» нежелательных наследственных свойств. Более того, ради его модных (но ценных ли на самом деле?) преимуществ, разведенцы частенько готовы даже закрыть глаза на присущие ему явные недостатки. Немного нужно времени, чтобы значительная часть поголовья оказалась породненной на такую «звезду». Несколько подобных «реверансов» и из генофонда вытесняется действительно ценная, порою определяющая суть породы наследственнось. А инбридирование ускоряет этот процесс в десятки раз. В первую очередь несчастные потомки выставочных чемпионов утрачивают ум, хороший характер, здоровье и все прочее, что на выставке оценить толком никак нельзя. Увы, при укоренившейся в системе собаководства шкале ценностей, «даже щепетильно честные владельцы питомников, которые скорее умрут, чем используют собаку, не отвечающую всем необходимым требованиям, считают вполне этичным получать потомство от физически красивых, но умственно отсталых собак, а затем и продавать эти щенят» (К. Лоренц). И вслед за Лоренцом, я «придерживаюсь весьма низкого мнения о современных принципах разведения собак, принципах, которые слишком большое значение придают «красоте» собак, пренебрегая их умственными способностями…»

Кстати, насчет «физической красоты» овчарок. Приведенных выше примеров, наверное, вполне достаточно, чтобы понять: если идеал красоты не определяется функциональным совершенством, если экстерьерный или конституциональный признак, стать, тип, размер, пропорция не могут быть оправданы серьезной рабочей проверкой или не отвечают требованиям жизнестойкости, то это уже не красота, а красивость, декоративность, вкусовщина, только вредящая рабочему назначению породы. И нет никакой принципиальной разницы между красивыми «гигантами» 20-х гг. и тоже красивыми «кошками» 40-х, «гиенами» 60-70-х и современной диванно-выставочной «овальной» элитой — это все отражения вкусов своего времени, далеко отстоящие от истинной красоты немецкой овчарки.

Думаю, стоит сказать и другое. Основой оценки красоты служит чувство природной гармонии, той гармонии, флюиды которой ощущают, пожалуй, все, но видят ее немногие. Красивость, ввиду ее доступности, так часто и побеждает. Она почти обречена на победу, поскольку ее легко объяснить и привить ее понятия другим, большинству. Гармония же с трудом поддается объяснению, а научить чувствовать, видеть ее вовсе нельзя. Чувство гармонии как чувство юмора: либо оно есть, либо нет. Оно сродни таланту художника и встречается немногим чаще. Не обижайтесь, дамы и господа эксперты, но у меня есть серьезные подозрения, что многие и многие из вас, в том числе среди судящих выставки немецких овчарок, таким даром обделены. Потому я за экспертизу и отбор овчарок по функциональным показателям. Может это и не самая короткая дорога к настоящей красоте породы, но зато самая верная. Конечно, если судить строго и честно.

К счастью, однако, отнюдь не все поголовье овчарок в той же Германии захлестывали модные поветрия. Всегда оставались преданные идеалам породы люди, заводчики, дрессировщики и судьи, пренебрегавшие стряпаньем выставочных победителей, но серьезно и ответственно придерживавшиеся в своей деятельности заветов Штефаница. Их и сейчас немало. И разводят они собак настоящих, здоровых телом и душой, с крепкими нервами, способных к любой работе. Именно этих собак имел в виду Лоренц, рекомендуя покупающим щенка: «Немецкую овчарку всегда следует брать от родителей, принадлежащих к служебной линии, и в этом случае удостоверение ее происхождения от чемпионов имеет вполне реальную практическую ценность». Лоренц указывал на тенденцию к разделению рабочих и выставочных немецких овчарок. И это разделение произошло.

Нельзя сказать, что не предпринималось попыток избежать раскола в разведении породы, но уж слишком глубокими оказались корни этого процесса. И даже усилия столь авторитетного человека как доктор Руммель (бывший президент SV) пропали втуне.

Организация разведения немецких овчарок в ФРГ такова, что зоотехнические мероприятия охватывают лишь небольшую часть полученного потомства. «К сожалению, такое положение дел существует в отношении практически каждого производителя, и пока оно не изменится к лучшему, нельзя делать ни одного абсолютного вывода о позитивных и негативных наследственных особенностях отдельных кобелей, либо определенных кровных линий. Этот пробел в знании негативных наследственных задатков ведет к тому, что плохие суки выявляются слишком поздно, когда они уже причиняют ущерб разведению.

Вероятно, существуют и соображения коммерции, которые приводят к тому, что в ФРГ оценивается лишь то наилучшее, что дал производитель, между тем как большая часть его потомков, и как раз худшая, остается недооцененной. Понятно, что в конкуренции между гигантскими питомниками каждый крупный заводчик стремится к тому, чтобы обнаруженные недостатки не были разглашены и остались неопубликованными, не бросив тень на репутацию его питомника» (Ю. Унгерман). И, разумеется, чем моднее производитель, чем выше его успехи на выставках, тем желательнее для владельца скрыть плохую его наследственность.

Помимо прочего, это, а также узкая кровная база и, одновременно как причина и следствие последнего, злоупотребление инбридингом привели к деградации и неуклонному перерождению «выставочных» немецких овчарок из служебных собак в нынешних, в массе своей почти декоративных. А д-р Руммель предупреждал: «Родственное разведение, хотя оно является путем быстрого достижения, якобы, успеха, при узкой кровной базе может лишь вредить породе… Безусловно, сегодня для разведения очень трудно, учитывая положение с инбридингом, в течение короткого времени достигнуть расширения кровной базы. Нужно не выискивать партнеров лишь среди отборных собак, но обратить внимание и на многих рабочих животных. Но как отвадить заводчиков от вязок их сук исключительно с отличными собаками из-за одинаковых предков, когда выявлены лучшие и определена элита общегосударственной выставки? Современное положение дел таково, что первые десять кобелей дают более 1/3 годового прироста поголовья в ФРГ» (по Ю. Унгерман).

Д-р Руммель надеялся преодолеть тенденцию к расколу поголовья. «Если в прошедшие годы на разведение влиял отбор по экстерьеру, то это был весьма однобокий подход к делу, не отвечающий требованиям племенного и пользовательского разведения. Спаривания производились больше по результатам выставок, а не с учетом биологических предпосылок и требований к рабочим качествам. Оценка на выставке не должна быть единственным критерием при обосновании племенного отбора. Те разведенцы, которые ориентируются лишь на экстерьер, скоро потеряли бы авторитет со своими красавцами, т. к. мы заботимся о том, чтобы наши немецкие овчарки удерживали бы мировой уровень и в отношении дрессировки. Эти разведенцы не хотят также, чтобы наши ценнейшие рабочие линии были введены в разведение, как они того заслуживают. Поэтому на наших общегосударственных выставках немецких овчарок будет и в дальнейшем проверяться поведение племенных животных. Только так мы сможем определить и исключить из разведения носителей слабой нервной системы, несмотря на их высокие оценки» (по Ю. Унгерман). Но в силу многих объективных причин эти надежды не оправдались.

Совпадение ряда обстоятельств привело к тому, что сейчас можно уверенно констатировать: уже существуют не просто «выставочные «и «рабочие» линии, а по сути две разные породы немецких овчарок. Причем разделение это, скорее всего, необратимо, хотя они носят одно название, разводятся по одному стандарту и регистрируются одним «ферайном» в одной племенной книге. «Де-факто» это случилось в начале 80-х и закрепилось к началу 90-х гг., т. е. с появлением и формированием «суперлиний», идущих через плеяду известнейших чемпионов Канто и Кванто Винерау, Канто Арминиус и прочих, кличками которых забиты родословные всех «звезд» экстерьерных рингов последних лет.

Одно из упомянутых «обстоятельств» может показаться странным, но все-таки: не последнюю роль в появлении породы «выставочных НО» сыграли… дрессировщики и нормативы дрессировки. Дело вот в чем. Немецких овчарок, применяемых для службы, традиционно дрессировали и дрессируют, используя жесткую методику «немецкой школы», дающую прекрасные результаты на собаках с сильной, выносливой нервной системой. Практика использования НО в условиях тяжелой работы однозначно показывает: собака, не прошедшая «жесткого» обучения, по-настоящему надежной не бывает. Разумеется, не все овчарки способны выдержать такую дрессировку по полной программе. Мы ведь имеем дело с живыми существами, обладающими сложной и тонкой психикой, среди которых небольшой процент нежелательных отклонений от нормы — явление вполне обычное и неизбежное. В полицейском или армейском питомнике незачем и задаваться целью выдрессировать всех попадающих туда собак, если есть из кого выбирать. Так или иначе, лучшая по задаткам характера собака будет подготовлена к службе быстрее, без лишних затрат времени и сил, и покажет в среднем более высокие и стабильные результаты, чем собака худшая изначально. Слабонервных особей проще выбраковать и не использовать ни в работе, ни разведении. Так и поступали, пока все разведение носило в целом «рабочий» уклон и брак встречался лишь время от времени, а не в массовом порядке.

Но с тех пор, как порода «вошла в фавор» у любителей собаководства, большая часть овчарок оказалась оторванной от практического служебного применения. Чтобы из-за этого в массовом разведении не потерять рабочих качеств, были придуманы специальные нормативы дрессировки, призванные играть роль своеобразных тестов. Собака, выдержавшая испытания по нормативной программе, включающей в себя проверку следовых, защитных и общекомандных навыков, как бы подтверждала свою пригодность для служебного использования (и в этой части — для разведения) по способности к обучению, силе, уравновешенности и подвижности нервных процессов. Дрессируя собак на выполнение этих спортивных нормативов, первоначально использовали ту же «жесткую» методику обучения, что и для служебных собак. Но любитель, очарованный перипетиями выставочной борьбы, титулами чемпионов и блеском медалей за экстерьер, редко когда имеет неискаженное представление о том, каким характером должна обладать настоящая служебная собака, если ему вообще до этого есть дело. Такой любитель озабочен единственно важной проблемой: как бы натаскать свою, пусть весьма не блестящую по характеру собаку, чтобы она получила этот треклятый диплом по дрессировке, без которого ее не допустят в разведение. Особенно если собака красивая, да еще, глядишь, претендующая на высокие места в рингах… Диплом нужен любой ценой! Ну уж коли испытаний не избежать, надо как-то так подготовить к ним собаку, чтобы «не сорвать ей психику». Спрос рождает предложение, и дрессировщики в этом случае предлагают использовать игровые приемы дрессировки. Правда, собака, обученная на игре (пусть она и способна выполнить весь полагающийся комплекс упражнений в стандартных условиях), оказавшись в непривычной обстановке, в любой момент может отказаться от работы. Выполняя навыки «защиты», такая собака не испытывает сильных эмоций — злобы, ярости. Она имитирует нападение, единственным объектом ее атаки является защитный рукав. Не человек — враг, облаченный в снаряжение, а рукав — апортировочный предмет, надетый человеку на руку! Никакой злобы и смелости тут уже, естественно, не требуется, был бы хоть какой-нибудь темперамент, да желание играть. Более того, агрессивность здесь очень мешает. Агрессивную собаку научить играть непросто, нужно прежде погасить агрессивность и приучить собаку к тому, что фигурант, изображающий побег или нападение, вовсе не противник, а партнер по игре. Да, от игровой агрессивности до настоящей — «дистанция огромного размера», поэтому натасканная на игре овчарка в случае реальной опасности не сможет достойно защитить не только хозяина, но и самое себя. Но ведь это от нее и не требуется. Собака должна всего лишь отработать норматив, и больше ничего. А это она запросто! И даже с определенным преимуществом перед «честно» работающими собаками. Например, при выполнении защитных упражнений овчарке нужно по первой команде быстро отпустить и стеречь фигуранта. Но возбуждение в ярости и возбуждение в игре — величины разных порядков. Собака, работающая яростно, работает энергозатратно: у нее соответственно должны быть и большая сила торможения, и высокая скорость вспыхивания и затухания, и быстрый переход от возбуждения к торможению, и общая уравновешенность нервных процессов. Большие затраты нервной энергии у азартных, по-настоящему боевых собак чреваты срывами, огрехами в работе. Конечно же, уравновешивание игрового возбуждения требует гораздо меньших сил, собака «работает» без напряжения, не утомляется и не срывается, т. е. не теряет баллов на испытаниях. Раз нормативы условные и противник условный, почему же не быть и работе условной, злобе условной, характеру условному — для полного равновесия! А если учесть, что дрессировщики, использующие игровую методику (что еще называют «итальянской школой дрессировки»), по их общему признанию, предпочитают брать в обучение собак беззлобных, доверчивых, игривых и даже чуть трусоватых, стало быть, по типологическим признакам малопригодных для служебного использования, то… Чего ждать, если средство подменило собою цель? В результате в разведение непрерывной чередою вливаются собаки, выполнившие нормативы, но лишь в малой степени пригодные, а то и вовсе негожие для практической работы.



poisk-ru.ru

история породы, как вывели, предки, кто вывел

Немецкая овчарка является незаменимым помощником человека из-за ума и трудолюбия еще с незапамятных времен. Кроме того, они отличаются преданностью, рассудительностью и хорошим отношением к детям. Конечно же, все зависит от воспитания. Так же ее нужно регулярно дрессировать.

Поэтому, из-за таких прекрасных качеств, виды овчарок существуют почти в каждой стране. При выведении учитываются география и климат каждой отдельной местности.

Бытует мнение, что бронзовая собака, произошедшая в результате скрещивания индийского волка с европейскими собаками, стала родоначальником породы овчарка. Более подробно о происхождение породы немца читайте ниже.

Как вывели немецкую овчарку, кто вывел

Фаворитом представителей служебных собак является немецкая овчарка, несмотря на то, что была выведена лишь в конце XIX века.

Основоположником этой породы стал Макс фон Штефаниц.

История происхождения (история создания)

Предки:

Изначально существовал малый индийский волк. Далее появились типы между дикой и домашней собакой.

Где-то 4 тысячи лет до нашей эры была собака эпохи бронзы.

Потом 700-200 лет назад самым ближним предшественником немецкой овчарки был Хофоварт (дворовая собака средневековья).

После появились примитивные типы немецкой овчарки и, наконец, вывели, всем известную, современную немецкую овчарку.

Первая немецкая овчарка была зарегистрирована в 1882 году, которая еще не имела того презентабельного вида, какой имеют современные собаки. 1899 год ознаменован созданием Общества и официальным показом на выставке. Кроме того, в этом году была создана Племенная книга и составлен стандарт породы.

СПРАВКА! Кобель Хоранд фон Графрат стал самым первым, занесенным в Племенную книгу.

Сначала эти собаки предназначались в качестве помощников пастухов.

Благодаря высокому интеллекту, они отлично справлялись с охраной стада. Но Штефаниц сумел заинтересовать военных для привлечения овчарок в армии.

Собаки смогли отлично зарекомендовать себя в Первую мировую войну. Их привлекали для обнаружения врагов и мин, как санитаров и связистов.

История появления в России

Происхождение немецкой овчарки в России началось в 1904 году. Они сразу прижились. Но, к сожалению, во время гражданской войны было уничтожено много собак. В 1924 году удалось восстановить породу, закупив большое количество поголовья.

Второй сокрушительный удар по служебному собаководству был нанесен в период Великой Отечественной войны. Так как погибло огромное количество опытных кинологов страны и овчарок. Массовый завоз производителей произошел только в 70-х годах.

Полезное видео

История породы немецкая овчарка:

Эти уникальные собаки до сих пор являются самой популярной породой во всех странах мира. Их используют не только в качестве служебных, но и как домашних питомцев. Обладая замечательным характером, прекрасно уживаются с детьми и могут стать компаньонами для пожилых людей.

lovegav.ru

Немецкая овчарка: история популярности породы

За пределами своей Родины, немецкая овчарка приобрела популярность достаточно поздно — в период между 1910 и 1920 годами. Толчком к этому послужила Первая мировая война, на которой порода зарекомендовала себя с самой лучшей стороны.

Еще одной причиной довольно бурного интереса к собаке стала серия фильмов, вышедшая в те годы на экране. Главным героем был пес по кличке Рин-Тин-Тин. В результате этих факторов немецкая овчарка довольно быстро набрала популярность и завоевала всемирную любовь.

Немецкая овчарка в США

В первую очередь, порода покорила США. Основателем породы являлся Джон Гэнс — именно он стал одним из создателей, в 1913 году, Американского клуба любителей немецких овчарок. У Гэнса были превосходные деловые связи в Германии, он вывозил оттуда только лучших племенных собак, которые сыграли решающую роль в разведении немецких овчарок Америки.

Тем временем, в Германии бушевал экономический кризис, вынуждающий заводчиков за бесценок продавать высококлассных племенных собак. Все они отправлялись в США. Когда, в Европе разразилась война, селекционные работы в Америке ничуть не пострадали, спрос на щенков постоянно возрастал, и любимая порода американцев вошла в десятку самых популярных пород страны.

Немецкая овчарка во Франции и Великобритании

Во Францию немецкие овчарки попали в 1920 году. Но, сначала, животные не очень прижились там. После нескольких неудачных попыток внедрить породу, за дело взялся взялся заводчик по имени Жорж Баре. Он основал в 1920 году Societe duChien de Berger Allemand (SCBA), с целью разведения породистых собак. В Германии были закуплены отличные кобели: Вальтер ам дер Нейштрассе — 1923 года рождения, Ариберт фон Вильдвейбшенштейн, затем появился Гокель фон Хольцштоккранд, и наконец, в 1949 году, Баре сам лично вывез из Германии знаменитого кобеля по имени Фауст фон Виккратер Шлосс.

До 1 января 1958 года, в SCBA велась племенная книга, куда записывались данные о собаках. Начиная с 1958 года, все записи стали заносить в единую Французскую племенную книгу. В 1971 году, было принято решение об обязательном клейме всех записанных в книгу собак.

В Великобритании, немецкая овчарка завоевала репутацию достаточно быстро. В 1919 году был создан первый клуб любителей породы The German Shepherd Dog League of Great Britain (GSDL), который сейчас является одним из ведущих членов Всемирного союза клубов немецкой овчарки. Возглавляет клуб Перси Эллиот — заводчик с 60 — летним стажем.

В Англии два типа немецких овчарок: эльзасский (английский) тип и тип, отвечающий немецкому стандарту SV. Овчарки эльзасского типа более добродушные, а что касается экстерьера — то они более мощные и коротконогие, нежели их «товарищи» немецкого стандарта. У собак стандарта SV характерный волосяной покров и особая пластика движений.

Немецкая овчарка в Швейцарии и Италии

В Швейцарии национальный клуб любителей породы был основан в 1902 году, и стал крупнейшей кинологической организацией в стране. В настоящее время, селекционная работа ведется по двум направлениям: разведение спортивных собак (питомники «VD Drei Tanen», «V Balsinger» и д.р.), и разведение шоу собак ( наиболее известный питомник — «Vom Haus Robinson»). Начиная с 50-х годов, местные собаки выступали на чемпионатах в Германии. Одна из известнейших сук, получивших чемпионское звание в Дуйсбурге (1987 год) — знаменитая Сента фон Базилик.

Италия — одна из ведущих стран по рождаемости немецких овчарок. Порода более 30 лет держится на пике популярности в стране, о чем свидетельствуют данные Итальянской племенной книги (LOI). Создателем Общества любителей немецкой овчарки (SAS), в 1949 году, стал граф Леонардо Гатто — Роиссард. Нигде в мире не рождается столько собак, как в Италии — свыше 25 000 ежегодно.

За последние 20 лет селекционная работа перенесла значительные изменения. Самое пристальное внимание уделяется вопросам питания, а также объективным критериям контроля производителей. Таким как: дисплазия (рентгенологическое обследование тазобедренного сустава), проверка ДНК, морфологические и поведенческие селекционные тесты. Также, контроль за разведением собак осуществляется с помощью базы данных, куда внесены оценка характера животного, результаты селекционных испытаний, тест ДНК и дисплазия тазобедренного сустава.

Немецкая овчарка в России

И, наконец, немецкая овчарка в России. Завезенные из Германии овчарки в 20-х годах XX века являлись, что называется, забракованным на Родине материалом. Кобели достигали в холке 68-70 см, а подобных переростков изъял из селекционной работы сам создатель породы в Германии — Макс фон Штефаниц. Также, завезенные в СССР собаки отличались крупным и мощным телосложением, что тоже являлось существенным недостатком стандарта SV.

В 1950 -х годах, порода, которую разводили в СССР, все больше и больше отклонялась от стандарта. Собаки отличались мощным волосяным покровом, чрезмерным ростом, большой физической силой и крупным телосложением. Селекционная работа тех лет была направлена на получение рабочих качеств собак, а не их экстерьера. Об этом пишет в своей книге эксперт — кинолог А. Мазовер (1954г.). Подобный тип собаки был закреплен в стандарте в 1964 году, и получил название восточноевропейской овчарки.

Немецкие овчарки западного типа появились в Советском Союзе лишь в 80-х годах. Этот тип слегка обескуражил селекционеров, но классический тип, на удивление быстро прижился в СССР. Стали пересматриваться селекционные критерии, важнейшую роль в этом сыграли семинары, на которых приглашали немецких экспертов. Заметный след в Российском собаководстве оставили знаменитые Канто и Кванто фон дер Венерау. А также собаки, импортированные из Венгрии. В 1989 году, в Москве состоялась первая выставка национального объединения любителей немецких овчарок, а в 1991 году, наконец, был принят стандарт SV в России, как «основа основ селекционной работы».

usatiki.ru

Немецкая овчарка – описание породы

Характер

10.0 /10

Активность

10.0 /10

Склонность к дрессировке

10.0 /10

Отношение к детям

10.0 /10

Охранные и сторожевые качества

10.0 /10

Более универсальной собаки, чем немецкая овчарка не найти. Она может быть пастухом, военным или армейским псом, охранником, защитником. Еще «немцы» успешно несут караульную службу, являются отличными компаньонами, поводырями и прекрасно ладят с ребятишками. Такой питомец подойдет как опытному, так и неопытному собаководу. Но чтобы не было с овчаркой проблем, она нуждается в прохождении нескольких курсов дрессировки.

Содержание:

История возникновения породы

Родиной немецкой овчарки является Германия. Изначально собаки указанного вида использовались как пастухи домашнего скота. Есть предположение, что далекими предками представителей породы являются северные и индийские волки, обитавшие на территории Скандинавии.

Чистой природной породой немецкую овчарку не назовешь, так как над ее созданием потрудились селекционеры. Изначально такие собаки были востребованы и ценились, как отличные пастухи. Со временем количество выпасаемых стад значительно уменьшилось, и овчаркам грозила «безработица». Было принято решение изменить породу, для этого проводилось скрещивание представителей гуртовых собак из южных и центральных областей Германии с немецкими овчарками.

В итоге скрупулезной работы немецких заводчиков к концу девятнадцатого века немецкая овчарка обрела тот экстерьер, характер и навыки, которые мы наблюдаем в ней сегодня. Этот пес кроме пастушьей работы способен нести караульную службу, он используется в войсках, в полицейско-сыскной службе. При этом обладает уравновешенным характером, адекватен в сложных ситуациях. Такая характеристика позволяет использовать «немцев», как поводырей слепых людей. Универсальный пес обрел большую популярность среди разных слоев населения.

При внесении последних изменений в стандарт (2010 г. декабрь) были признаны наравне с короткошерстными длинношерстные немецкие овчарки. Теперешнее главное их предназначение – служебная собака.

Во время Второй мировой войны немецкие овчарки широко использовались в германской армии, а также в войсках стран Антанты и в армиях союзников. За время военных действий много представителей породы погибло, племенная работа была, практически, прекращена. Осталось совсем немного чистокровных «немцев», используя их, заводчики занялись восстановлением численности овчарок.

На данный момент исчезновение немецким овчаркам не грозит. По всему миру есть питомники, занимающиеся разведением данных собак. Такие питомцы считаются одними из самых популярных.

Стандарт породы

Общий внешний облик немецкой овчарки довольно строгий, отличается средним сложением (не тяжелое и не легкое), мускулистостью всех частей тела и большими размерами. Рост взрослых особей в холке достигает 60-65 см., вес от 23 кг. до 40 кг. Суки уступают кобелям и в росте, и в весе.

На мускулистой без подвеса шее держится клинообразной формы голова. Череп квадратной формы. Уши треугольные, не слишком большие, стоят вертикально, концы слегка заостренные. Миндалевидные, темные глаза посажены чуть косо. Размер глаз средний. Нос черный. Челюсти мощные, отлично развиты, с ножницеобразным прикусом.

Корпус растянутый, спина прямая, крепкая, холка выраженная, грудь сильно развитая. Конечности прямые, параллельные, с крепкими, выраженными скакательными суставами и предплечьями. Лапы большие, округлые. Хвост свободно свисает в изгибе.

Движения свободные, размашистые.

Существуют две разновидности немецких овчарок, которые различаются по шерстному покрову: короткошерстные и длинношерстные.

Короткошерстная немецкая овчарка – шерсть с подшерстком, короткая, жесткая, плотноприлегающая. Самый длинный волос наблюдается на шее.

Длинношерстная немецкая овчарка – шерстный покров средней длины, значительно длиннее, чем у короткошерстного вида. Подшерсток имеется, но слабо выраженный. Главным отличием длинношерстной овчарки является густая, оттопыренная шерсть у основания ушей и хвост с длинной шерстью. У короткошерстных особей хвост опушен в 3-4 раза слабее.

Подшерсток имеет серый оттенок. Окрас шерстного покрова по стандарту допускается трех видов:

1. Серый – имеется темная маска и темный «плащ».2. Черный – однотонный.3. Черный с отметинами – допустимы желтые, серые, коричневые, светлые отметины на фоне основного черного окраса.

Содержание и уход

 

Так как немецкая овчарка относится к крупным служебным породам, ей будет некомфортно проживать в тесной малогабаритной квартире. Идеальный вариант для такого питомца – просторный вольер с теплой будкой, установленный в частном дворе. Овчарка нуждается в регулярных физических нагрузках, поэтому при вольерном содержании ее необходимо выгуливать, давать возможность побегать, попрыгать.

При квартирном содержании ежедневные длительные выгулы становятся жизненно необходимыми для активного питомца. Если он заскучает, если не дать ему возможность истратить накопившуюся энергию, пес может повредить мебель, обувь, предметы интерьера. Также может испортиться характер, животное станет непослушным и даже агрессивным. Вывод из вышесказанного один – овчарку можно содержать в квартире, но она должна быть достаточно просторная и с собакой нужно будет часто гулять.

В вольере необходимо регулярно убирать. Собаку необходимо обеспечить укрытием от солнца, дождя и сквозняков. В квартире для пса определяется место для сна и для отдыха, где нужно положить матрас или лежанку. В этом месте не должно быть жарко, также это место должно быть огражденным от суеты. Если питомец решил отдохнуть, беспокоить, а тем более вытягивать насильно его с места нельзя.

Можно сказать, что немецкая овчарка линяет постоянно. Если регулярно не избавлять шерстный покров от отмерших волосков, вся квартира или весь вольер за короткое время заполнится темными шерстинками. Также без вычесывания (3-4 раза в неделю) на животе и на шее образуются колтуны, с такой спутанной шерстью практически невозможно бороться.

Водные процедуры ограничиваются мытьем лап после прогулки. «Генеральное» купание требуется не чаще двух раз в год. Если будете купать питомца чаще, есть риск того, что шерсть потеряет естественный блеск и яркость окраса. Во время купания рекомендуется использовать специальный шампунь, а после купания – щетку, предназначенную для избавления собаки от лишней шерсти.

Безусловно, не стоит забывать о гигиеническом уходе. Уши и глаза регулярно нужно протирать влажными салфетками. Если замечены чрезмерные скопления глазных или ушных выделений, покажите питомца ветеринарному врачу. Такое явление может сигнализировать об инфекционном заболевании. Зубы чистить регулярно, в случае с овчаркой проще покупать ей специальные косточки для чистки зубов. Когти стачиваются естественным путем, так как собака данной породы ведет активный образ жизни.

Такому большому животному, как немецкая овчарка нужно составить рацион питания, в котором около 70% будет белковая еда. Основа сбалансированного питания овчарки – это мясные продукты, субпродукты. Нельзя кормить картофелем, макаронами, сладостями, копченостями.

Кормить взрослого пса нужно два раза в день, при этом порции подбираются в зависимости от его веса. Чистая, прохладная вода всегда должна быть в доступности собаки.

Здоровье

Нельзя сказать, что немецкие овчарки имеют слабый иммунитет и слабое здоровье. Они, как и все служебные собаки, выносливые, крепкие, сильные. Но слабые места в их организме имеются. Владелец «немца» должен быть готов к тому, что его питомец предрасположен к онкологическим заболеваниям, к аллергическим реакциям и к ушным инфекциям. Кроме перечисленных проблем немецкая овчарка может быть подвержена следующим болезням:

  • Эпилепсия – сопровождается судорогами.
  • Дисплазия суставов – деформация суставов, сопровождается хромотой, сильными болями.
  • Вздутие – происходит из-за неправильного рациона, некачественных продуктов. Может привести к летальному исходу в течение нескольких часов.
  • Опухоли яичка — характеризуются увеличением яичек и уплотнением или размягчением их ткани.
  • Заболевание межпозвоночных дисков — дегенерация диска вызывает его постепенное смещение в спинномозговой канал с развитием постепенного и прогрессирующего сдавливания спинного мозга.
  • Заболевания глаз.
  • Сахарный диабет – генетическое заболевание.
  • Пиодермия — распространённое воспаление кожи, сопровождается зудом и гнойными выделениями.
  • Аортальный стеноз – сужение аорты.
  • Экссудативный перикардит — характеризуется выраженной постоянной одышкой, вынужденной позой животного — сидячим положением с наклоном вперед.

При правильном уходе и питании немецкая овчарка может прожить 13-14 лет, но бывают случаи долгожительства, когда пес достигает семнадцатилетнего возраста. Здоровье и продолжительность жизни домашнего питомца напрямую зависит от владельца. Необходимо, чтобы он 1-2 раза в год посещал с собакой ветеринарную клинику для проведения профилактических осмотров. Также необходима своевременная вакцинация и обработка животного от кожных паразитов.

Характер

Немецкая овчарка – это сильное, бесстрашное, уверенное в себе животное. При этом такая собака обладает устойчивой психикой. При правильном воспитании она никогда без причины не проявит агрессию и не нападет. Хотя, из-за сильно-развитого охранно-сторожевого инстинкта «немец» настороженно и недружелюбно встречает незнакомцев.

Если овчарка признала хозяина, она, несмотря на количество, мощь и размеры врага, готова защищать от него своего владельца. Этот питомец настолько предан ему и всем домочадцам, что готов драться за них на смерть, рискуя своей жизнью. Такая собака с раннего возраста будет стараться угодить хозяину, у нее практически отсутствуют плохие черты характера. У «немца» одна цель – приносить пользу, служить во благо всей семьи, а главное, во благо своего хозяина.

Овчарка не переносит скуку, ее раздражает долгое бездействие. Ей необходимо работать или, хотя бы, играть в активные игры. Отличный способ избавить пса от скуки – найти для него задание. Можно поручить «немцу» охрану какой-то вещи, например, сумки. Пес с удовольствием будет по приказу охранять дом или двор. На такого охранника можно оставить детей. Собака относится к ребятишкам с любовью и с заботой. С удовольствием играет с ними в разные игры. Когда наблюдаешь за такими играми, кажется, что резвится не огромный пес, а маленький щенок.

Дрессировка и воспитание

Если немецкая овчарка прошла раннюю социализацию, проходить с ней дальнейшее обучение и курсы дрессировки – одно удовольствие! Дело в том, что данная порода входит в список самых обучаемых и самых интеллектуально развитых собак. Естественно, что от владельца понадобится терпение и постоянство. За положительные результаты во время тренировок питомца необходимо поощрять похвалой или вкусными бонусами.

Обязательно прочтите наши статьи:

Воспитание щенка. С чего начать и как добиться успеха

Собака не слушается или «Кто в доме хозяин?!»

С раннего возраста щенок должен усвоить самые простые команды. После этого, примерно с 5-6 месячного возраста питомец должен проходить профессиональные курсы дрессировки, желательно, под руководством опытного кинолога. Курс подбирает сам владелец собаки, отталкиваясь от того, с какой целью приобреталась овчарка. Самыми востребованными считаются:

  • Курс «Управляемая городская собака».
  • Курс «Собака-компаньон».
  • Курс «Защитная городская собака».
  • Курс «Караульная служба»

Природа наградила немецкую овчарку острым умом и сообразительностью. Она со щенячьего возраста легко поддается обучению, дрессировке. Нужно не упустить шанс и развивать в ней природные способности.

Интересные факты о породе Немецкая овчарка

  • Памятник Преданности установлен в Тольятти, он посвящен памяти немецкой овчарки, которая ждала своего хозяина целых 7 лет.
  • Овчарка, страдающая от глухоты, спасла тонущую в водоеме девочку. Малышке было всего 5 лет. Собака почувствовала, что ребенку нужна помощь, бросилась в воду и смогла дотащить до берега.
  • Кобель по кличке Рин Тин Тин имеет в Голливуде свою собственную актерскую звезду на славноизвестной аллее. Этот пес снялся более чем в двадцати пяти фильмах, чаще всего ему приходилось исполнять роль волка.
  • Немецкая овчарка по кличке Джульбарс во время военных действий смогла обнаружить больше четырех сот мин и около ста пятидесяти снарядов. Пес активно участвовал в боях. За это он был представлен к награде «За боевые заслуги».

Плюсы и минусы породы

Мало одного желания иметь собственную собаку. Важно точно определить, какая порода вам подходит, какого пола лучше приобрести щенка. Перед окончательным решением рекомендуется посетить питомники разных пород, выставки собак, площадки, где владельцы выгуливают своих питомцев. Пообщавшись с опытными собаководами можно узнать много интересного о собаках.

Если приглянулась немецкая овчарка, ознакомьтесь с достоинствами и недостатками породы:

Плюсы:

1. Универсальность.2. Высокий интеллект.3. Отлично развиты охранные качества.4. Выносливость.5. Неприхотливость в еде.6. Несложный уход.7. Отсутствие беспричинной агрессии.8. Заботливое отношение к детям.9. Хорошо ладит с домашними животными.10. Хорошая обучаемость.

Минусы:

1. Потребность в высокой степени активности.2. Не подходит для содержания в маленьких, тесных помещениях.3. Необходимость ежедневных длительных выгулов.4. Требует прохождения нескольких курсов дрессуры.5. Обильная линька.6. Предрасположенность ко многим заболеваниям.

sobaky.info


Смотрите также